Авантюрист - Сергей Шведов

— Почему я должен тебе верить, ублюдок?

— А вот это вы напрасно, милейший. Напрасно грубите. Поверите вы мне потому, что вам выгоднее поверить, чем усомниться. Если вы приедете в Москву с этой папкой, то вам гарантирована жизнь. Любой другой вариант чреват для всех вас либо отсидкой, либо смертью. В самом лучшем случае с вас снимут погоны и выкинут на помойку.

— Это те самые бумаги, которые вы украли у Тюрина?

— Да. За исключением некоторой части, касающейся моего хорошего знакомого Павла Эдуардовича Юрлова. А вам, Шестопалов, я предлагаю миллион за молчание. В долларах, разумеется. И ставлю еще только одно условие: вы отпускаете Язона и Наташу. Думаю, что теперь они вам уже не нужны. Со смертью генерала оборвались многие нити, в том числе и та, что вела к Веневитинову.

— Я своих не предаю, — хрипло отозвался Шестопалов.

— А я вас к предательству и не склоняю. Я плачу всего лишь за беспамятство. Вы и ваши люди должны забыть, что на вашем пути встретились Строганов, Чернов и Веселов. Вот папка с бумагами, а это чек на ваше имя. Не сомневайтесь, его вам оплатят. И желаю вам счастливого пути.

Строганов поднялся, взглянул на часы, кивнул нам и направился к выходу. Я пристально следил за Шестопаловым и ждал, когда он обнажит ствол, уж слишком удобную мишень представляла собой спина Феликса. Однако Вадим не выстрелил, а вскоре мы увидели графа, проходящего мимо окон кафе. Его осветил джип, выскочивший из дождя прямо на тротуар.

— Храпов! — воскликнул Сорокин, и в голосе его прорезалось торжество.

Подполковник, широко расставив ноги, стоял на пути у Феликса Строганова, и в руках у него был пистолет. Граф даже не замедлил шага, он все так же уверенно шел на целившегося в него человека, словно и не видел его за пеленой усиливающегося дождя. Все это было очень похоже на дуэль, с одной только оговоркой: у Строганова не было оружия. Противники сошлись на расстоянии шести шагов, и только тогда прозвучал выстрел. Однако упал не граф — упал Храпов, и было в его позе что-то безнадежное, исключающее надежду на продолжение пути в этом грешном мире.

— Господи, — просипел севшим голосом Сорокин. — Как же так?!

— А вот так, — глухо отозвался Шестопалов и сунул лежавший на столе чек во внутренний карман пиджака.

Строганов прошел мимо распластанного на тротуаре трупа, сел в потрепанный «москвич» и круто вывернул на дорогу. Где-то вдалеке завыла сирена, возможно, даже милицейская. Шестопалов поднялся, прихватил папку с бумагами и махнул рукой своим людям. Судя по всему, объяснения с правоохранителями не входили в его планы.

Минут через пять в кафе ворвалась Надеждина. Чернов поднялся ей навстречу.

— Там же человека убили! — крикнула она ему.

— Убили, — сказал детектив глухо. — Такое несчастье.