Убийства в Солтмарше. Убийство в опере - Глэйдис Митчелл

— А как вы на него вышли? — с добродушным видом поинтересовалась миссис Брэдли.

— Дал объявление, — с улыбкой ответил Смит. — Примерно следующего содержания: «Приглашаются оправданные судом убийцы, желающие заработать двести пятьдесят фунтов». В газетах решили, что это какой-то тайный шифр или нелепая шутка. Но поскольку закону это не противоречило, а деньги есть деньги, то объявление напечатали. И на него в конце концов отозвался этот самый Катлер.

— А если бы вашим объявлением заинтересовалась полиция?

— Я бы сказал, что пошутил. Сделал это на пари. И мне бы поверили. Кроме того, я выбрал правильные газеты. Не какой-то низкопробный мусор, а солидные, выходящие каждое утро. Объявление появлялось целых две недели, и никто не задавал никаких вопросов.

— А потом он явился к вам под видом электрика. Но денег своих не получил?

— Да. Он немного загримировался. Не сильно, но достаточно, чтобы его не могли опознать по фотографии. Неглупо придумал. А насчет денег устроил шумную сцену, уж не помню, как там все было. Но я его успокоил. Пригрозил, что, если он не уйдет, я повешу на него убийство Келмы Феррис. Катлер был на территории школы как раз в это время, и они были знакомы.

— Значит, вы к тому времени знали, что Келма Феррис убита?

— Я никогда этого не отрицал, — произнес Смит, вновь напуская на себя томный, скучающий вид. — Но к ее убийству отношения не имею, и с этой стороны не стоит копать. Да, ответственность за гибель миссис Хэмстед я признаю, но ничуть об этом жалею. А кто расправился с бедной Келмой, это уж вы распутывайте.

— А вы знаете, что мистер Хэмстед с тех пор даже не подходит к Алкесте Бойл? Я полагаю, его мучает совесть, которая у вас, кажется, отсутствует.

— Хэмстед подозревает, что смерть его супруги не случайна. Он говорил мне об этом. — Смит нагло усмехнулся. — Но все пройдет. Как я сказал, они с Алкестой просто созданы друг для друга, так почему между ними должна стоять какая-то конченая женщина. Не человек, а недоразумение. Повезло, что коронер не стал заморачиваться, быстро составил заключение. А насчет совести, это вы напрасно. Она у меня присутствует и даже мучает. Но только по одному поводу — почему эта мысль не пришла мне в голову лет десять назад.

— А относительно смерти девушки в гостинице в Богноре вам что-нибудь известно? — спросила миссис Брэдли.

— Да. Эта смышленая плутовка ворошила корреспонденцию Катлера и наткнулась на кое-что, достаточное для шантажа. Катлер струсил, и ему ничего не оставалось, как ее прикончить. Вот такое дело.

— Понимаю, — вздохнула миссис Брэдли. — Спасибо, любезный.

Смит встал и медленно направился к двери. Закрыв ее за собой, он тут же снова открыл ее и, сунув в щель голову, произнес:

— А тайна смерти Келмы Феррис до сих пор не раскрыта?

Миссис Брэдли кивнула в ответ, и он наконец ушел. А она взяла с полки том современной поэзии и углубилась в чтение.

Учителя приходили в перерыв, что-то оставляли, что-то брали и снова исчезали, но миссис Брэдли не замечала их, поглощенная поэзией. Наконец, снова оставшись одна, она отложила книгу и принялась размышлять вслух:

— Он подготовил гибель миссис Хэмстед и косвенно виноват в смерти Сьюзи Козенс. Но к убийству Келмы Феррис учитель рисования Смит отношения не имеет. В его действиях просматривается извращенная филантропия. Он считает себя благодетелем. Короче, Богом. Многие художники себя таковыми считают. Не все, конечно, ноте, которые имеют способность к творчеству при отсутствии развитого ума. Но если это не он, то кто же? — Она принялась листать блокнот. — Мисс Камден, Мойра и Харствуд отпадают. Значит, это сделал кто-то, у кого была возможность, но еще не ясен мотив.

Миссис Брэдли закрыла блокнот и встала.

— Боже, как они мне все надоели.