Клятва смерти - Нора Робертс

Алекс и его свита сидели молча, пока Ева и Пибоди готовились к допросу, пока Ева, включив запись, зачитывала права. Она уже зачитывала ему права раньше, но для протокола сделала это еще раз.

— Вопросы? — любезно осведомилась она. — Замечания? Колкости? Шпильки?

Как она и ожидала, Главный Костюм ударился в заранее подготовленную речь о том, что мистер Рикер явился добровольно и готов к сотрудничеству, после чего привел примеры его сотрудничества в прошлом. Ева терпеливо выслушала и кивнула.

— Это все? Вы закончили? Или хотите привести примеры доброго отношения мистера Рикера к бедным сиротам и маленьким собачкам?

Генри Проктор взглянул на нее с глубоким неодобрением.

— Я особо отмечу ваш сарказм и невежливую манеру.

— Моя напарница все это фиксирует на диске.

— Могу сделать вам копию, — любезно предложила Пибоди.

— Я тоже кое-что отмечу особо, — продолжала Ева. — Благонамеренный и готовый к сотрудничеству мистер Рикер является на беседу не с одним, не с двумя, но — пересчитываю: раз, два, три! — с тремя адвокатами. У меня сразу возникает вопрос: что вас так беспокоит, Алекс?

— Я просто считаю, что всегда надо быть готовым, особенно когда речь идет о полиции.

— Да уж, держу пари. Но — бог свидетель! — это выглядит странно, когда бизнесмен вашего калибра ведать не ведает, как вы сами утверждаете, о махинациях… Правда, шикарное слово, Пибоди?

— Оно у меня в горячей десятке самых любимых, — подтвердила Пибоди.

— Давай повторим его еще раз: о махинациях своего личного помощника и давнего друга Рода Сэнди. Странно, что вы пребывали в блаженном неведении, пока Сэнди и ваш отец плели заговоры против вас. Это выставляет вас в идиотском свете, не правда ли?

Лицо Алекса вспыхнуло краской негодования, но голос остался ровным:

— Я доверял Роду. Это моя ошибка.

— Да уж, ошибочка вышла. Это ведь тянулось годами, Алекс. Ваш приятель прятал в носок денежки, которые платил ему ваш папаша, чтобы он шпионил за вами и передавал информацию. Возможно, вам удастся вспомнить какую-нибудь сделку, которая сорвалась, и спросить себя: может, это потому, что ваш старик получил инсайдерскую информацию и решил вам подгадить?

— Я здесь для того, чтобы признать, что друг, которому я доверял, использовал меня для собственной выгоды, а моему отцу нравится осложнять мне жизнь? Признаю. Безоговорочно. Это все?

— Ну что вы, мы еще даже не начали. Но это должно было вас разозлить.

— И опять-таки признаю безоговорочно.

— На вашем месте я бы захотела поквитаться. — Ева бросила задумчивый взгляд на Пибоди. — Вот если бы моя напарница предала меня подобным образом, а я бы узнала?.. Ей не удалось бы от меня скрыться, как бы быстро и далеко она ни бежала.

— А я таки умею быстро бегать, особенно если это необходимо, — подхватила Пибоди.

— Я бы заставила ее заплатить. Как ты думаешь, я бы заставила тебя заплатить, а, Пибоди.

— Самым болезненным и унизительным для меня способом.

— Вот видите, как хорошо мы друг друга знаем? А разница между вами и мной, знаете, в чем? Я бы ее не убила. Я бы хотела, чтобы она страдала и еще долго-долго боялась меня. Но у всех у нас разные представления о веселье, играх и развлечениях. Вам весело было убивать Сэнди, Алекс?

— Данное обвинение…

Алекс вскинул руку и заставил своего адвоката замолчать.

— Род убит? Как?

Ева держала эту новость в секрете от прессы, и теперь увидела, насколько была права в своем решении. Он не знал, подумала она. Его люди не нашли Сэнди, а может, и не искали. Может, и приказа такого не получали.

— Здесь я задаю вопросы. Он предал вас, выставил дураком, а теперь он мертв. Здесь, в нашей лавочке, это та ситуация, когда один плюс один равняется двум. Если, конечно, предположить, что вы козел. — Ева откинулась и покачалась на задних ножках стула. — Мы могли бы предположить, что вы с Сэнди сговорились и вместе дурачите вашего отца. Берете его денежки, и Сэнди скармливает ему туфту по договоренности с вами. Вам бы хватило ума это провернуть.