Считается убийством - Миранда Джеймс

– Азалию? – Я уставился на Хелену Луизу, не понимая, при чем здесь моя домоправительница? – Откуда Азалия о них знает?

– А ты как думаешь? – Хелена Луиза покачала головой: я оказался слишком недогадлив. – Она работала у них когда-то, правда, недолго. Месяца три, если я правильно помню.

– Надо же, я и подумать не мог. Но вообще-то я про Азалию, наверное, многого не знаю, – я сделал глоток воды. Дизель потерся о мое колено, я опустил руку под стол и погладил его.

– Если выбрать правильный момент, думаю, она тебе про них расскажет, – Хелена Луиза допила кофе и поставила чашку на стол. – Но одно я знаю точно: к главе семьи они любовью не пылают.

– А где вы с ними встречаетесь? – Шон играл с крышкой от своей бутылки, запуская ее на столе, как волчок. – Просветите нас, пока отец не успел поговорить с Азалией. Наверняка вам известны о них какие-нибудь пикантные подробности.

Посмеиваясь над попыткой Шона польстить ей, Хелена Луиза откинулась на спинку стула.

– Мы с ними ходим в одну церковь. Сестра Джеймса Делакорта, Дафна Моррис, ни одной службы не пропускает, – она фыркнула. – Уж такая образцовая христианка – до тех пор, пока не требуется помочь ближнему: поработать в бесплатной столовой или в каком-нибудь комитете. Ей, бедняжке, здоровье, видите ли, не позволяет!..

Презрительный тон не оставлял сомнений в ее чувствах, и я их разделял. Пекарня отнимала у Хелены Луизы много сил, но она нередко жертвовала своим досугом, чтобы заниматься благотворительностью.

– А кто еще есть, кроме сестры? – Я накрыл ладонью пальцы Шона, чтобы он перестал вертеть крышку. В детстве он и пяти минут не мог просидеть спокойно, и взрослым остался таким же. Он с удивлением посмотрел на меня, но оставил крышку в покое.

Хелена Луиза с улыбкой наблюдала за нами.

– Дай подумать, – она начала считать, загибая пальцы. – У Дафны есть сын Хьюберт, который думает, что он пуп земли. Его жена Элоиза – из этих богатеньких капризных барышень из дельты Миссисипи. Ты ведь читал серию «Кости» Каролин Хайнс^[10]? Точь-в-точь оттуда.

Мы с Хеленой Луизой любили детективы и просто обожали Хайнс.

– До чего же милые люди, – Шон говорил так искренне, что сарказм было заметно только по глазам. – Уже мечтаю с ними познакомиться.

– К знакомству с Элоизой нужно быть морально готовым. Говорят, в последнее время она совсем не в себе.

Я решил пока не расспрашивать о ней подробнее.

– А кто еще?

– Внучатая племянница, дочь одного из братьев Джеймса. Ее зовут Синтия, она работает медсестрой в городской больнице. Я мало что о ней знаю, но держится она так холодно, что уши отморозишь. Если я вдруг попаду в больницу, надеюсь, что за мной будет ухаживать кто-нибудь другой, – Хелена Луиза покачала головой. – И, наконец, внучатый племянник Стюарт Делакорт, преподает химию в Афинском колледже, – она подмигнула Шону. – Вот кто будет рад с вами познакомиться, он ценитель мужской красоты.

Шон покраснел, а Хелена Луиза похлопала его по руке:

– Не слушайте меня, я просто люблю всех дразнить, спросите отца.

– Но тех двух братьев Делакортов уже нет в живых? – Я решил вернуть разговор в прежнее русло.

– Нет, осталась только Дафна. Она самая младшая, а Джеймс старший, – Хелена Луиза задумалась. – Ему, пожалуй, лет восемьдесят пять.

– А выглядит моложе, я бы не дал ему больше семидесяти. – И ты говорила, что родственники его не любят. Почему?

– Он миллионер, а им всем постоянно нужны деньги. Дафна с Хьюбертом об этом стонут даже в церкви, когда нужно думать о других вещах, – фыркнула Хелена Луиза. – А у Джеймса Делакорта редкая по нынешним временам идея, что все, кто может работать, должны кормить себя сами, а не сидеть на шее у богатых родственников. Правда, поговаривают, что он вообще ужасно скуп. Им всегда было трудно найти прислугу, потому что он очень мало платит.