Обратный отсчет - Фиона Келли

Великолепный вид.

Чуть помолчав, они поглядели друг на друга.

Юноша смущенно улыбнулся и заговорил:

— Дело в том, что меня не должно было быть вчера у Альбертхолла. Отец думает, что я продал фургон еще на прошлой неделе.

Девушка удивленно посмотрела на него.

— Те типы вот уже несколько недель донимают его. У него из-за них нервное истощение. Он хотел отказаться от лицензии и перестать продавать мороженое. Так поступили многие его друзья, и их места тут же позанимали какие-то другие типы. Мне казалось, что я смогу как-то помочь им, — юноша печально улыбнулся. — У меня даже был с собой фотоаппарат. Собирался снять тех, кто нападет на меня, и отдать фотографии в полицию. Но все произошло так стремительно, что я и пальцем не успел пошевелить.

Мэдди, посмотрев на него, произнесла:

— Ты сделал все, что мог.

— Смеешься? — воскликнул Лайэм. — Да если б не ты, из меня бы сделали отбивную!

— Я для того и тренируюсь, — промолвила девушка и, помолчав, сказала: — Это часть моей работы, — Мэдди перевела дыхание. — Я стажер-полицейский.

Юноша изумленно уставился на нее:

— Вот это да!

— Мое начальство хочет, чтобы я уговорила тебя помочь нам с делом мороженщиков. — Она взглянула на него. — У нас нет ни одного показания, никто не желает говорить.

— Я дам показания, — проговорил юноша. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь полиции.

— Не пожалеешь? — спросила Мэдди. — Это может выйти тебе боком.

— Ты занимаешься этим делом? — осведомился Лайэм.

— Да, — ответила она, глядя ему прямо в глаза.

— В таком случае не пожалею, — улыбнулся он.

— Помнишь, я тебе говорила, что ушла из балета из-за несчастного случая? — опустив глаза, спросила девушка.

— Да.

— Ну так вот, все было не так.

Запинаясь, она начала рассказывать. Странно было говорить на эту больную тему с тем, кого лишь недавно повстречала. Однако Лайэму, казалось, она могла поведать обо всем.

Под конец рассказа голос у нее дрогнул. Девушка вдруг почувствовала, как Лайэм взял ее руки. Она сжала его ладони.

— Маму убили, — прошептала Мэдди, — а папа… папа проведет всю жизнь в инвалидной коляске. Я провалялась в больнице, а затем еще дольше проходила курс физиотерапии. — Она подняла голову — на ее ресницах заблестели слезы.

Лицо Лайэма выражало беспокойство.

— Я не знала, что с собой делать, — промолвила девушка. — Папа получил новую работу, с повышением. Однажды он привез меня к себе, и тут я поняла, что хочу ловить преступников… вот так я и оказалась в полиции. — Мэдди улыбнулась, и будто после дождя показалось солнышко. Тебе следует знать, кто я.

— Спасибо за правду, — промолвил юноша.

Вынув ладонь из его руки, она протерла глаза.

— Вот так ланч, — рассмеялась девушка. — Знай ты, что так все обернется, тебе, наверно, и не захотелось бы приглашать меня!

Улыбнувшись, он ответил:

— Нет, захотелось бы.

С плеч Мэдди словно сто пудов свалилось.

Она перегнулась через парапет. В лучах солнца сверкала медленно текущая река.

Так радостно на душе уже давно не было.

Ствол пистолета Меченого буравил лоб Алекса.

— Мы из полиции, — проговорил юноша, бесстрашно глядя в холодные глаза охранника. — Пожалуйста, опустите оружие. Ну!

Меченый с презрительной холодностью улыбнулся. Отведя пистолет назад, он спрятал его в кобуру под пиджаком.

— Ты везунчик, — произнес он. — Играя в такие игры, недолго и пулю схлопотать.

Дэнни поднялся на ноги и поправил смятую одежду. Красавчик и Скелет тоже убрали пушки.

Дальше по коридору отворилась дверь, и из номера вышел Джиорджио Прима.

— Что здесь происходит? — осведомился он.

Увидев опрокинутый столик, итальянец стремительным шагом подошел к Алексу с Дэнни и посмотрел им в глаза.

— Что они здесь делают? Я в номер ничего не заказывал.

— Мы из УПР, — ответил Алекс. — Мы пытались поговорить с вами в аэропорту, но ваш офицер по связям не позволила нам.

Лицо Примы расплылось в понимающей улыбке.

— Ясно, — сказал он, — вы решили прикинуться гостиничными служащими, чтобы проверить моих телохранителей. — Итальянец нахмурился. — Однако вы подвергли себя большой опасности, друзья мои. С этими парнями не шутят, вас могли покалечить.

— У этих парней есть пистолеты, — прервал его Дэнни. — Один звонок в министерство внутренних дел, и их вышлют из страны.

Прима уставился на Меченого:

— Карло… это правда? У вас при себе оружие?

Меченый с безразличным видом кивнул.

— Я не знал, что они вооружены, — повернувшись к Алексу, произнес синьор Прима. — Прошу, пройдемте со мной.

Он что-то сказал телохранителям, и те, ни словом не обмолвившись, скрылись у себя в номере.

— Я должен извиниться за этот инцидент, — проговорил Прима, вводя агентов в просторный люкс.

Сквозь высокие окна внутрь лился солнечный свет. Тут стояли три письменных стола, две кушетки, несколько кресел и четыре настроенных на разные каналы телевизора. Две боковые двери вели в другие комнаты.

На пристенном столике громоздились компьютер, факс и два телефона.

Прима нажал на кнопку внутренней связи:

— Сеси? Сюда! Живо!

Повернувшись к агентам УПР, он развел руками:

— Я в ужасе! Я не имел ни малейшего представления, что мои люди незаконно провезли в вашу страну оружие.

Алекс Кокс не произнес ни слова в ответ. Он пытался раскусить этого итальянца. Тот, казалось, и впрямь был потрясен. Но что из этого следовало: то ли Прима и в самом деле ничего не знал, то ли перед ними очень хороший актер разыгрывал спектакль?

У Дэнни тоже имелись кое-какие соображения насчет итальянца. «Малый, несомненно, обаятелен, — думал он. — Однако, чтобы стать миллиардером, надо иметь трезвый ум и безжалостный характер. Приму нельзя недооценивать. Доверять ему тоже, кажется, нельзя».

В дверь постучали.

— Войдите! — рявкнул итальянец.

В номер вошла Сесилия Росси.

При виде Алекса и Дэнни у нее сузились глаза. Алекс жестко взглянул на женщину. Дэнни ухмыльнулся.

— У Карло, Луиджи и Джино при себе оружие, — набросился на нее Прима. — Ты знала?

Сесилия Росси ответила не сразу. Алексу показалось, что женщина думает, как ей лучше ответить.