Безумный гороскоп - Людмила Ситникова

– Твои шутки всегда оставляли желать лучшего. Я не в состоянии воспринимать плебейский юмор, поэтому сделай милость – помолчи.

Аглая вступилась за дочь.

– Если кто-то переспал или встал не с той ноги, это вовсе не означает, что этот кто-то должен срываться на домочадцах. Вот! Боря, я правильно сказала?

Борис Игоревич замялся.

– Борюся!

– Ну… ты…

– Оставь его в покое! – рявкнула Купатова. – Ты хотя бы раз в жизни можешь что-нибудь сделать, не посоветовавшись с мужем? Целыми днями только и слышишь: «Боря, я права? Борис, ты согласен?»

Аглая Константиновна резко скинула со своего плеча ладонь супруга.

– Шурка, ты себе даже не представляешь, что я могу сделать.

– Очень сомневаюсь в твоей самостоятельности.

– Для тебя я до сих пор маленькая несмышленая девочка.

– Ты и ведешь себя как несмышленая девчонка.

– Неправда!

В гостиной зазвонил телефон.

Нина вскочила со стула.

– Аглая, – продолжала Александра, постепенно набирая обороты, – не надо меня раздражать. Я сегодня не в духе.

– Ты всегда не в духе. Злая, как цепная собака. Боря, я…

– Вот, опять Боря. Без Бори мы и слова вымолвить не можем.

Аглая открыла рот, но в этот момент в столовую вбежала Нина. Держа в руке телефонную трубку, она, обведя испуганным взглядом присутствующих, обратилась к Купатовой.

– Александра Константиновна, возьмите трубку.

– Кто звонит?

– Там… девушка… она представилась Раисой.

Александра вздрогнула:

– Что нужно этой нахалке?

– Она говорит… м-м… Александра Константиновна, она утверждает, что вашего сына… Олега… убили сегодня ночью.

Аглая выронила из рук вилку.

– Олежек!

Купатова выхватила у Нины трубку.

– Что с моим сыном? Говори! Говори, что с ним?

По мере того как неизвестная Катке Раиса говорила, лицо Александры покрывалось красными пятнами.

Диана прижалась к Егору. Люсьена, боясь вымолвить слово, зажала рот рукой. А Борис Игоревич судорожно пил воду.

Купатова отсоединилась. Аглая подбежала к сестре.

– Шура, не молчи. Это правда?

– Олега убили, – вымолвила Александра. – Я уезжаю.

– Тетя, кто такая Раиса?

Вопрос Дианы остался без ответа.

Купатова уехала.

В особняке начался переполох. Разрыдавшаяся Диана бросилась в спальню, Егор кинулся за ней. Натка с Люсьеной и Ниной вышли в сад. Розалия, забыв на время про свои выкрутасы, успокаивала Аглаю.

– Глаша, я с тобой.

– Мой племянник… Олежек. Он же был такой молодой. За что?

Катка сидела молча. Перед глазами стояло улыбающееся лицо Олега.

Вскоре по гостиной разнесся запах сердечных капель. У Аглаи прихватило сердце. Она полулежала на диване и тихо стонала.

* * *

В семь вечера вернулась Купатова. Не обращая ни на кого внимания, она пересекла гостиную и скрылась в кабинете.

– Шура! – позвала Аглая.

– Оставь ее, дорогая, ей сейчас необходимо побыть в одиночестве.

– Нет, – сопротивлялась Аглая, – она моя сестра, я должна находиться рядом в трудную минуту.

– Глашенька, послушай меня, так будет лучше, – уговаривал ее муж.

На колебания ушли доли секунды, после чего Аглая быстро закивала и, взяв Бориса под руку, пошла к лестнице.

– Голова ничего не соображает.

– Ты приляг, Глашенька.

– Да, да, ты прав.

Катка осталась в гостиной одна. Копейкина гадала, как лучше поступить: отправиться к себе или же стоит зайти к Купатовой.

В конечном итоге она выбрала второй вариант.

Просунув голову в кабинет, Катарина прошелестела:

– Александра Константиновна, я не помешаю?

– Проходи, Катарина.

– Мне так жаль… примите мои соболезнования.

Купатова кивнула. Ее суровое лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Создавалось впечатление, что Александра нацепила на себя маску. Маску отчуждения.

– Наверное, я не вовремя, но… что случилось с Олегом?

– Его убили.

– Как?

– Зарезали. – Александра выдвинула верхний ящик стола. – Моего сына зарезали кухонным ножом.

– Кто?

– Кто?! Лучше бы этого подонка нашла милиция. Потому что если его встречу я – ему не жить.

– Александра Константиновна, а кто такая Раиса? Откуда ей известно о смерти Олега?

– Раиса… любовница Олега. Бывшая любовница.

– Судя по всему, вы не очень жаловали девушку, я права?

– На все сто. Более того, я настаивала, чтобы Олег как можно скорее расстался с Райкой.

– На то имелись веские основания?

Купатова нахмурилась.

– Ты решила устроить мне допрос с пристрастием?

– Простите.

– Я совершенно обессилела, Катарина. Мне кажется, что это не я. Внутри сплошная пустота. Я даже не могу плакать, представляешь? Слез почему-то нет.

– Это шоковое состояние.

– Как знать, – протянула Александра, – возможно, ты права.

Катка хотела выйти, но Купатова ее остановила.

– Сядь.

– Хотите поговорить?

– Не могу находиться одна. Все давит на мозги: и стены, и потолок, и даже этот чертов стол, – она саданула кулаком по столешнице.

Не решаясь лезть к Купатовой с расспросами, Катка рассматривала свои руки.

Александра первой нарушила молчание:

– Райка типичная охотница за состоянием. Я пыталась вдолбить эту нехитрую истину в голову Олега, но он только отмахивался. Считал, что я ревную. Ревную, представляешь? Господи, ну почему он не мог понять, что материнская любовь и ревность – это две разные вещи. Я хотела предостеречь его от ошибки.

– А где обнаружили тело Олега?

– В съемной квартире. На протяжении полугода Олег снимал жилье в городе, для встреч с… этой. Вчера вечером он туда отправился. А сегодня утром Райка приехала в квартиру и обнаружила Олега мертвым. Девка сразу позвонила в милицию, а потом набрала наш домашний номер.

Осторожно подбирая слова, Ката спросила:

– Александра Константиновна, а вы… вы кого-нибудь подозреваете в убийстве сына?