Время легенд - Норма Бейшир

Лайнд и Болдуин пересекли зал, протискиваясь сквозь толпу, и наконец оказались рядом с сенатором и его супругой. Колби радушно приветствовал Болдуина.

— Где вы пропадали, Лью? — спросил он. — Мы очень давно вас не видели.

— Пожалуй, даже слишком давно, — согласился Болдуин и представил сенатору Лайнда. — Мы вместе воевали во Франции, — сообщил он супругам. — Вы могли видеть Джима на страницах газет. Его наградили почетным крестом.

— Ну да, еще бы. — Лицо Колби просияло. — Как же, помню. Счастлив познакомиться с вами, — сказал он Лайнду.

— Знакомство с вами — честь для меня, — церемонно отозвался Лайнд.

— Где же ваши красотки? — поинтересовался Болдуин, обращаясь к Колин Колби. — Надеюсь, сегодня они здесь?

— Разумеется. Неужели вы не заметили Кэтрин у рояля, когда входили в зал? — Колин кивком указала на инструмент, стоявший у боковой стены помещения. Пока оркестранты отдыхали, Кэтрин сидела за роялем, наигрывая современные мелодии в окружении толпы восхищенных мужчин. — Порой я начинаю сомневаться, что мне удастся научить ее уму-разуму, — добавила она.

— А как же Фрэнни? — спросил Болдуин.

— Фрэнсис засела в курительной. Вы же знаете, Лью, каковы эти современные девицы, — ответила Колин с безупречной улыбкой, и Лайнд подумал, что миссис Колби, вероятно, безупречна и совершенна во всем, что бы она ни делала. Колин Колби напомнила Лайнду…

Впрочем, это было слишком давно, сказал он себе и бросил на супругу сенатора короткий оценивающий взгляд. Ей было чуть больше пятидесяти, ее вечернее платье отличалось скромной элегантностью, которую удачно оттеняли нитка жемчуга на шее и крохотные жемчужные сережки; на левой руке сверкал громадный бриллиант. Это была типичная жена политика, рожденная повелевать.

— Льюис Болдуин! — прозвенел за их спинами девичий голос. Все четверо повернулись, и в тот же миг Кэтрин, заметившая Болдуина рядом с родителями, метнулась через весь зал и бросилась ему на шею, радостно его приветствуя. — Где вы все это время скрывались, Лью?

— Я вовсе не скрывался, Кейт, просто вы были слишком заняты своими поклонниками, чтобы замечать меня, — возразил Болдуин, деликатно высвобождаясь из объятий девушки. — Джим, позволь представить тебе Кейт Колби… Кейт, это Джим Лайнд, мой очень близкий друг.

Кейт тепло улыбнулась.

— Рада познакомиться, Джим Лайнд, — сказала она. — Друг Льюиса — мой друг! — воскликнула Кейт и вновь повернулась к Болдуину:

— А Фрэнни знает, что вы здесь?

— Я еще не видел ее.

— Она будет счастлива встретиться с вами.

Лайнд послал девушке улыбку, полную восхищения.

Невысокая и изящная, Кэтрин тем не менее обладала округлыми развитыми формами. На ее лице с тонкими чертами мягко сияли темные карие глаза. Пышные черные волосы Кейт были собраны в высокую прическу, а открытое белое платье подчеркивало очарование ее фигуры. Лайнду оставалось лишь гадать, как выглядит ее сестра.

— Я не видел Фрэнни с тех самых пор, когда она окончила Вассар, — говорил тем временем Болдуин, обращаясь к сенатору. — Полагаю, после ее возвращения ваши пороги обивают толпы ухажеров.

— Ну нет, Фрэнни совсем не такая, вы же знаете, — с улыбкой отозвался Колби. — Она предпочитает безмятежность и спокойствие. Штурм и натиск — это скорее по части Кейт.

— Папа!

— Милая, мы оба знаем, что это истинная правда.

Никак не пойму, какое удовольствие ты находишь в такой любви, если подобные отношения вообще можно назвать любовью, однако…

— Гаррисон… — Миссис Колби коснулась руки супруга, давая молчаливый знак оставить эту тему.

— Да, дорогая, — отозвался тот.

— А вот и Фрэнни, — сказала Кейт, глядя на старшую сестру, которая направлялась к ним, пересекая зал.

Фрэнсис Колби ничуть не походила на Кейт, но была не менее привлекательна. Она была выше сестры, ее худощавую фигуру можно было назвать спортивной. Кейт была брюнеткой, а у Фрэнсис были золотистые, словно пропитанные солнцем, волосы и светло-голубые глаза.

Черты Кейт казались мягче, но и Фрэнсис для своего телосложения была весьма изящна.

— Джим, это Фрэнни Колби, — заговорил Льюис. — Фрэнни, познакомься с моим близким другом Джимом Лайндом.

— Очень приятно, — негромким голосом обронила Фрэнсис.

Лайнд взял руку девушки и, чуть наклонившись, поцеловал ее.

— Счастлив познакомиться с вами, мисс Колби, — галантно произнес он.

Фрэнсис залилась румянцем, испуганно переводя взгляд с сестры на родителей и обратно.

— Что ж, Кейт, — сказал Болдуин, беря руку девушки, — давай-ка покажем этой толпе, как надо танцевать.

Кейт подняла голову и бросила на него шаловливый взгляд.

— С удовольствием, — ответила она.

Кейт и Льюис удалились, и Лайнд, улыбнувшись, посмотрел на Фрэнсис.

— Не окажете ли мне честь? — спросил он, протягивая ей руку.

— Буду очень рада.

Лайнд вывел Фрэнсис на середину зала и привлек к себе. Поначалу девушка держалась напряженно, но постепенно ее скованность исчезла;

— Так вы друг Лью? — спросила она наконец, пытаясь завязать беседу. — Вы давно знакомы?

— С войны, — ответил Лайнд улыбаясь. — Когда приходится сражаться бок о бок день за днем, когда со всех сторон грозит опасность, люди очень хорошо узнают друг друга.

— Вы говорите о войне, словно о спортивном матче, — сказала Фрэнсис, чуть растягивая губы в улыбке.

— В некотором смысле это действительно так, — заметил Лайнд. — Война похожа на шахматы.

— Неужели?

— Это стратегическая игра, в которой ум противостоит грубой силе.

— Похоже, вам нравится война.

— Война никому не может нравиться, мисс Колби, — возразил Лайнд.

— Простите, — растерянно произнесла девушка. — Я имела в виду совсем другое…

— В таком случае давайте отвлечемся от разговора о войне, — предложил Лайнд. — Лью сказал мне, что вы окончили Вассар. Какая у вас специальность?

— История искусств.

— Вы интересуетесь искусством?

— Очень. — Фрэнсис на секунду умолкла. — Я даже собиралась стать художником, но мои таланты оказались куда скромнее моих желаний.

На лице Лайнда отразилось сомнение.

— По-моему, у вас заниженная самооценка, — сказал он.

— Нет, что вы, — быстро ответила Фрэнсис. — Самое неприятное состоит в том, что, обладая неплохим чутьем искусствоведа, я не замечаю своих собственных недостатков как художника.