Хозяйка книжного магазина - Наталья Солнцева

— Пойдемте, — сказал он и повел испуганного посетителя в свой кабинет, расположенный рядом с кабинетом нотариуса. — Я уполномочен посвятить вас в некоторые подробности. Вы не против?

У Хромова язык присох к небу, и он только согласно кивнул. В скромно обставленном кабинете адвокат по-хозяйски уселся за стол, а посетителю предложил занять стул с кожаным сиденьем. Тот, не поднимая глаз, покорно сел.

«Что это с ним? — неприязненно подумал Шелестов, доставая пакет с документами. — Он дееспособен хотя бы?»

— Ваша жена умерла… э-э… шестнадцатого января сего года…

— Простите, — перебил его Хромов. — Но я бы хотел знать, отчего… ну, какая была причина ее смерти? Болезнь или несчастный случай?

— Яну Арнольдовну убили.

— У-убили? — переспросил Хромов, и его губы задрожали. — Как убили? Вы… что-то путаете.

— Убили, — подтвердил адвокат. — Причем зверски. Тело было изуродовано… вот заключение о смерти. Кстати, мне придется сообщить в полицию о вашем появлении. Формальность, но я обязан ее соблюсти.

— В по… полицию? — еще больше побледнел Хромов.

— В случае насильственной смерти необходимо выяснить все обстоятельства. Ко мне приходили из уголовного розыска, но я ничем не смог им помочь… тогда. Они особо и не настаивали, так… соблюдали процедуру. Убийцы вашей жены, в принципе, известны — это банда «Алая маска». Слышали? В Москве от их рук погибли уже несколько женщин. Отличительная черта почерка преступников — изуродованные лица жертв, потому их так и назвали. Они могут ворваться не только в квартиру, куда угодно: в маленький магазинчик, в аптеку, в парикмахерскую. Быстро расправиться с какой-нибудь женщиной и скрыться. Говорят, бандитов трое, вероятно, психически неуравновешенные люди, наркоманы. Вашей жене не повезло, она неосторожно открыла им дверь квартиры… а впрочем, от судьбы не уйдешь. Вы верите в судьбу?

Валерию казалось, что это происходит не с ним — как будто он смотрел детективный сериал по телевизору или видел страшный сон.

— Дело в том, что вас не могли сразу найти, — продолжал между тем адвокат. — У Яны Арнольдовны не оказалось ни вашего адреса, ни свидетельства о браке, ее паспорт тоже пропал. Где вы? Чем занимаетесь? Никто не знал. Соседи успели о вас забыть, да и вообще в многоквартирных домах жильцы бывают едва знакомы. А вот мою визитку обнаружили среди вещей убитой, поэтому пришлось давать пояснения.

Хромов отказывался что-либо понимать.

— Кстати, что вы делали в тот день, когда убили вашу супругу? — усмехнулся Виктор Анатольевич. — У вас есть алиби?

— Я… каждый день работаю, с утра до вечера: много заказов. У меня один выходной — скользящий.

— Вот об этом вы и расскажете следователю, если он спросит. Сомнительно, что вас вызовут для дачи показаний. Судя по словам Яны Арнольдовны, вы давно расстались, отношений не поддерживали, да и способ убийства, все детали ясно указывают на «Алую маску». Надеюсь, вы не являетесь членом этой… преступной группы?

— Что вы! — подскочил на стуле Хромов. — Я впервые слышу… от вас… про убийство и про… бандитов. Я живу в Старице.

— Знаю, знаю, — почти добродушно закивал адвокат. — Вы позволите? У нас нынче идет борьба с курением… Ничего, если я стану дымить в вашем присутствии?

Он достал сигарету и прикурил.

— Пожалуйста… — пробормотал посетитель.

Шелестов сделал несколько глубоких затяжек и, прищурившись, уставился на Валерия.

— Приехать из Старицы в Москву, совершить убийство и уехать обратно — пара пустяков. Вы не находите?

— Д-да… да, конечно. Но это не я! Я не бандит! Я… столяр. Делаю двери, окна… мебель разную. Я года два никуда не выезжал, — оправдывался Хромов. — У меня мать больная!

— Лежачая?

— Нет. Пока ходит, но оставлять ее надолго нельзя. У нее бывают приступы… по ночам.

Шелестов выпустил струю дыма, хмыкнул. Ему расхотелось дразнить приезжего, тот и так еле дышит от страха и растерянности. Куда ему сотворить то, что сделали с Яной убийцы? Его от одного вида тела стошнило бы, а то и в обморок бы хлопнулся. Хлипкого мужичонку выбрала себе в мужья покойная Хромова. Правду сказать, она и сама внешностью не вышла, зато в другом оказалась не промах. А по виду не подумаешь… Ладно, хватит байки травить, пора и к делу приступать.

— Я пошутил, — примирительно произнес адвокат. — Успокойтесь.

Бывший супруг его клиентки покрылся испариной, нервно заерзал.

— Ч-что от меня тре… требуется? — с трудом выдавил он. — Расписаться где-нибудь?

— Ваша жена принесла мне на хранение некоторые бумаги… незадолго до смерти. Признаться, меня это удивило. Сказала, на непредвиденный случай.

— Бумаги? — не поверил своим ушам Хромов. — На хранение?

— Именно! Это документы. Все оформлено честь по чести. Яна Арнольдовна передала их в закрытом конверте, ваш адресок положила. По нему я вас и отыскал!

— Меня?

— Вас, сударь! Потому как мы с… покойной заключили договор — устный, разумеется, — что при резком изменении жизненных обстоятельств я вскрою конверт и найду человека, чей адрес окажется среди бумаг. Полагаю, смерть госпожи Хромовой можно квалифицировать как резкое изменение жизненных обстоятельств?

— Да, конечно, — мрачно подтвердил Валерий. — Выходит, вы были знакомы?

— Я адвокат, — ушел от прямого ответа Шелестов. — Она была моей клиенткой, которая обратилась за определенного рода услугой и заплатила за нее. Немалую сумму, между прочим. С тех пор мы больше не встречались. О насильственной смерти своей клиентки я узнал от оперативника уголовного розыска. Теперь я исполняю взятые на себя обязательства. Прошу вас, — он подвинул лежащий на столе конверт с бумагами в сторону Хромова. — Посмотрите.

У овдовевшего супруга дрожали руки. Он взял конверт, вытащил из него бумаги… какие-то бланки с печатями и подписями… другие документы.

— Что это? — Валерий поднял глаза на адвоката. — Я не понимаю.

— Ваша жена, как оказалось, была состоятельной женщиной… весьма обеспеченной. Гм-м… поскольку по закону вы являетесь ее мужем, а других родственников не имеется, через условленный промежуток времени все ее имущество перейдет к вам. Если не объявятся другие наследники и не заявят о своих правах.

Хромов почувствовал себя нехорошо. Яна была богата? Что за чушь! Вероятно, это все-таки сон.

— Вы шутите?

— Неужели мне больше делать нечего? — сердито сдвинул брови Шелестов. — Сидеть допоздна в офисе и разыгрывать столяра из Старицы по поводу состояния его зверски убитой жены — занятие неблагодарное и даже… кощунственное. Я такого греха на душу брать не собираюсь. Да и удовольствия никакого!

— Не верю, — угрюмо буркнул Валерий.

— Почему? Вы ведь уже давно вместе не проживали и, по словам Яны Арнольдовны, никаких отношений не поддерживали: следовательно, вам неизвестно, как складывалась ее судьба. К тому же перед вами документы — читайте, разбирайтесь.