Шерлок Холмс против графа Дракулы (сборник) - Дэвид Стюарт Дэвис

Поникнув головой, Холмс некоторое время молча смотрел на бренди в бокале. Наконец он поднял взгляд и ответил, глядя мне прямо в глаза:

– Вы уже не первый человек за сегодняшний вечер, от которого мне приходится слышать подобный упрек. Мой милый друг, мне бы хотелось искренне, от всей души попросить у вас прощения. Вы совершенно правы, я даже мысли и не допускал, что вы меня можете подвести. – Он улыбнулся. – Вы ведь меня еще ни разу не подводили, и потому я полностью был уверен в вас.

Я не сдержался и улыбнулся Холмсу в ответ.

– Ну что ж, будет. Просто на будущее я попросил бы вас быть осторожнее и заранее посвящать меня в свои планы.

– Я постараюсь.

Некоторое время мы сидели в молчании. Я был доволен, что высказал Холмсу то, что хотел, однако не питал при этом никаких иллюзий. Я прекрасно понимал, что и в будущем Холмс будет поступать точно так же, как сегодня. Любовь к независимости являлась благословлением и проклятием моего друга, и от этой черты характера Холмсу не избавиться никогда. Впрочем, если бы это ему удалось, передо мною был бы уже совсем другой человек, а я этого не хотел.

– Что будет с Катрионой Эндрюс? – спросил я.

– Если ей попадется толковый адвокат, он будет напирать на смягчающие обстоятельства и ограниченную ответственность правонарушительницы. В любом случае, полагаю, юная леди просидит в тюрьме недолго. Как только она смирится со смертью отца, ей придется заняться собой. Она умная, сильная девушка. Я верю, у нее все будет хорошо.

– Хорошо, если так. – Я помолчал. – Холмс, получается, из всех участников преступления в живых осталась только она?

– Получается так. Сколько же людей в этом деле мечтали победить смерть! И каков итог? Она все равно собрала богатую жатву. В жизни слишком много радостей и загадок, чтобы тратить бесценное время на попытки узнать, что скрывается за порогом смерти. Рано или поздно мы все и так это выясним. «Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться, и время умирать». – С этими словами мой друг отвернулся от меня и воззрился на яркое пламя, плясавшее в камине.