Прогулки с Хальсом - Карина Тихонова

Консьерж и охранники встретили его недоумевающими взглядами. Антону пришлось объясниться:

— Я не сбежал, меня освободили.

Охранники понимающе переглянулись, а консьерж начал суетливо перебирать бумажки на своем столе. Никто не произнес ни слова.

Антон пешком поднялся на седьмой этаж, на ходу доставая ключи. Поперек его двери была наклеена бумажка с печатью. Точно такая же была наклеена на двери Марка. Антон оторвал бумажку, отпер замки и вошел в квартиру. Бросил на пол сумку, сел на диван и огляделся.

Дома царила тишина, пахло пылью и еще чем-то неуловимо грустным, похожим на женские духи. А может, ничем не пахло, и Антону просто показалось.

Он прошелся по комнатам, проверил автоответчик. За прошедшие дни ему не позвонила ни одна живая душа. Антон усмехнулся. Почему его это ничуть не удивляет?

Он отправился в ванную, смыл с себя тюремные запахи, побрился и переоделся в парадный костюм. Преодолеть спуск на два этажа оказалось не так уж сложно, труднее было позвонить в знакомую дверь. После нескольких тщетных попыток Антон смирился со своей трусостью и спустился в ресторан.

Здесь его встретили так же, как охрана в подъезде: испуганными взглядами и перешептываниями. Антон подошел к свободному столику и сел, стараясь ни на кого не обращать внимания. Через минуту к столику подошла Аня и положила перед Антоном меню.

— С возвращением, Антон Аркадьевич, — шепнула она.

— Спасибо, — ответил Антон. Он был благодарен девушке за первое приветливое слово, услышанное после своего освобождения.

Аня сделала неуловимое движение, и на столе под кожаной папкой оказался клочок бумаги. Антон с недоумением взглянул на девушку, но Аня едва заметно покачала головой. Понятно, просит не выдавать.

— Я посмотрю меню и позову вас, — сказал Антон.

Официантка удалилась, и Антон осторожно развернул бумажку. Лаконичный текст, ничего не скажешь. «Нужно поговорить. В одиннадцать у вас». Буквы неровные, спотыкающиеся, словно человек сильно волновался или торопился. Антон незаметно скомкал бумажку, сунул ее в карман и тихо сказал подошедшей официантке:

— Договорились.

Через два часа Антон сидел дома и возился со старым диктофоном. Раньше он часто бродил по городу, записывал разговоры в парикмахерских, в магазинах, в маршрутках и на остановках, пытался понять строй чужой речи. В последнее время Антон изрядно разленился и забросил диктофон на антресоли. Хватит валять дурака, пора браться за дело. Анализ речи — отличное упражнение для пишущего человека. Завтра с утра он отправится в город, только сначала нужно вспомнить, как работает этот проклятый прибор.

Антон вставил чистую кассету, нажал красную кнопку и проговорил:

— Раз два три, раз два три…

Тут в дверь позвонили. Антон бросил диктофон под подушку, взглянул на часы и пошел открывать.

— Аня?

Официантка заглянула в лестничный пролет и приложила палец к губам.

— Что случилось? — шепотом спросил Антон. — За вами следят?

— Не знаю, — ответила она так же шепотом. — Вполне возможно.

Антон проводил гостью в гостиную и усадил на диван. Аня окинула громадную комнату восхищенным взглядом.

— Как у вас красиво! — Тут она спохватилась и перешла к делу: — Антон Аркадьевич, я буквально на пять минут. Извините, что пришла так рано, попросила девочек меня прикрыть. Честное слово, я ужасно рада, что вас освободили! Они нашли настоящего убийцу?

Антон рассказал то немногое, что он знал, Аня выслушала очень внимательно, не сводя с него глаз. Антону польстило ее внимание. Когда он умолк, Аня вздохнула и сказала:

— Не знаю, может, это неважно…

— Говорите, говорите, — поторопил Антон.

— В общем, так, — решилась Аня. — Я заметила, что за вами следит какой-то мужчина.

От изумления Антон утратил дар речи.

— Да-да! — подтвердила Аня. — Он сидел за столиком в углу и фотографировал вас и вашу девушку. У него был очень маленький фотоаппарат, я такого никогда не видела.

— Вы запомнили этого мужчину? Сможете описать?

Аня кивнула.

— Очень хорошо запомнила и могу описать, но… — Аня вдруг замялась: — Понимаете, Антон Аркадьевич, если наш директор узнает, что я общаюсь со следователем, меня уволят. Он у нас очень мнительный, безумно боится налоговиков. Не обижайтесь, но мне очень нужна эта работа. У нас и зарплата хорошая, и чаевые приличные, и продукты…

— Да-да! — перебил Антон. — Я все понял! Давайте сделаем так: я сам все расскажу следователю. Попрошу, чтобы он не светился в ресторане, а вызвал вас к себе. Хорошо?

Аня отрицательно покачала головой.

— Простите, Антон Аркадьевич, но мне не хочется фигурировать даже в качестве свидетеля. Давайте поступим по-другому: как только я увижу этого мужчину в ресторане, я дам вам знать. Ну а дальше — как считаете нужным. Хотите, сами с ним разбирайтесь, хотите, сообщите следователю. — Аня виновато отвела глаза в сторону: — Только без меня. Извините.

Антон не обиделся. Аня права, это его проблемы, незачем впутывать в них посторонних. Он написал на газетном обрывке номер своего мобильника и протянул гостье.

— Звоните сразу, как только его увидите.

Аня сложила бумажку, сунула ее в нагрудный кармашек и вскочила с дивана.

— Все, я побежала.

— Спасибо вам, — сказал Антон, провожая ее к двери. — Вы мне очень помогли.

Аня остановилась на пороге, словно не решаясь что-то сказать. Потом махнула рукой и вышла из квартиры, так ничего и не добавив. Антон дождался, пока цокот ее каблучков окончательно смолкнет, и запер дверь.