Дрянь погода - Карл Хайасен

Щелкунчик пришел в себя со смутным ощущением, что находится там, где не бывал двадцать два года – в кресле дантиста. Врач навис над ним и проворно копошился большими руками у него во рту. Когда последний раз Щелкунчику ставили пломбу, он рефлекторно оттяпал стоматологу фалангу большого пальца на правой руке. Но сейчас ампульное ружье впрыснуло в него покой.

– Лестер Маддокс Парсонс! – Дантист пытался его разбудить.

Щелкунчик открыл мутные глаза. В дурманном мареве плавала улыбка, окруженная седой бородой. Дантист в цветастой купальной шапочке? Щелкунчик заерзал.

– Уааыы-ы? – спросил он.

– Отдыхай, шеф.

Басовитый смех дантиста прокатился в черепе Щелкунчика, как товарняк. Рот широко разинут, будто в ожидании бормашины. Давай, мужик, заканчивай с этим, подумал Щелкунчик.

Ага, зажужжало. Хорошо.

Но жужжало не во рту, а в ушах. Жуки! У него в ушах летают сволочные жуки!

– Ыааххх! – Щелкунчик яростно затряс головой. Это оказалось больно. Внезапно его накрыла волна соленой воды. Он закашлялся, в раззявленном рту, как в естественном корыте, осталась тепловатая лужица.

Теперь он окончательно проснулся. И вспомнил. Туман в голове рассеялся. Костер. Эди, потная и босая. Девка Бонни обнимает мудозвона, который в него стрелял.

– Ку-ку, Лестер! – Это одноглазый огромный псих с пустым ведром. И никакого дантиста.

Но Щелкунчик определенно чувствовал холодную стальную штуковину, которая растягивала челюсти, больно упираясь в нёбо и нежную плоть под языком. Тяжелая штуковина шла от подбородка ко лбу и оттягивала голову вперед.

Какая-то специальная железяка. Щелкунчик скосил глаза, стараясь ее рассмотреть. Красная. Твою мать!

Щелкунчик взвыл и попытался встать, но запутался в ногах. Ватными рукам он тщетно старался сбросить закрепленную во рту железку.

Сцинк поднял хромированный ключик:

– Только без фуфла.

– Ыыыыааааооооууу!

– Ты стрелял в моего друга. Назвал его ниггером. – Сцинк смиренно пожал плечами. – Избил женщину, бросил на дороге и украл обручальное кольцо ее матери. Ты не оставил мне выбора.

Он схватил воющего Щелкунчика за волосы и отволок к берегу широкой бухты с мутно-зеленой водой.

– Какой у меня выбор? – мягко повторил Сцинк.

– Ууыыааа! Ууууыыыаааа!

– Конечно. Теперь ты сожалеешь.

Подошли Эди, Бонни и Августин. Сцинк присел на глинистый берег рядом с Щелкунчиком.

– Вот какое дело. У других биологических видов ты бы давно уже сдох. Слыхал про Чарльза Дарвина?

Щелкунчик кивнул. Вокруг его глаз роились комары.

– Вот и хорошо, – сказал Сцинк. – Тогда ты должен понять, что сейчас произойдет. – Он повернулся к остальным. – Кто-нибудь, поведайте мистеру Лестеру Маддоксу Парсонсу, где мы находимся.

– На Крокодильих озерах, – сказал Августин.

– Точнее некуда. – Сцинк поднялся, снова показал хромированный ключ – единственное, что могло снять блокиратор с болезненно растянутых челюстей Щелкунчика, – и бросил его в воду. – Крокодильи озера – это заповедник. Угадай, откуда появилось название.

Щелкунчик скорбно смотрел на круги, расходившиеся там, где булькнул ключ.

На 905-м шоссе они останавливались только раз, чтобы Сцинк подобрал с асфальта раздавленную гремучую змею.

– Только не говорите, что на вкус она – чистая курица, – усмехнулась Эди.

Губернатор, свернув у ног кольцами безвольное тело змеи, прикинулся обиженным. Эди слишком цинична для такой красивой женщины, сказал он. Потом оторвал у змеи погремушки и преподнес Эди как сувенир.

– Всю жизнь об этом мечтала, – сказала та и сунула подарок в пепельницу.

Машину они бросили, и Сцинк соорудил из смолистой сосновой ветки факел. Почти два часа он вел компанию под тенистыми кронами платанов, сумаха, пальм, фиговых и красных деревьев. Щелкунчика губернатор нес на плече, как мешок с овсом. В одной руке он держал факел, в другой – чемодан. Эди шла следом по узкой тропке, на которой не разминулись бы и кролики. За ней двигалась Бонни, а замыкал шествие Августин, несший, по указанию Сцинка, ружье и блокиратор. Пистолет он сунул за ремень.

Наконец они вышли на небольшую опушку с кострищем, обложенным закопченными камнями, посередине. Чуть в стороне стоял дряхлый микроавтобус с пятнами ржавчины, выцветшей оранжевой полосой и разбитой красной мигалкой на крыше. Бонни с Августином подошли ближе и опознали в нем старую машину «скорой помощи» округа Монро, установленную на шлакоблоки. Августин открыл заднюю дверпу и выразительно присвистнул: машина была забита книгами.