Грань - Джеффри Дивер

Мы подошли к дому, я набрал код, и дверь со щелчком открылась.

Первое, что мы увидели, — устремленные на нас два бесконечно взволнованных лица. Джоанн сильно побледнела. При появлении сестры она шагнула к ней и, чуть коснувшись ее рук, сказала:

— Прости меня. Я очень виновата.

Потом отошла, заметив, что Мари не выказала никаких чувств. Она словно не принимала извинений, но и не отвергала их.

— Послушай, Мари… Я сама не знаю, что на меня нашло. Я была так расстроена… Ты же понимаешь. Аманда…

Молодая женщина, пожав плечами, подошла к своему компьютеру и взяла его со стола. Опустившись на диван, она углубилась в просмотр файлов. Кстати, эту новую тенденцию в последнее время я все чаще замечал у своих подопечных, когда мы останавливались в мотелях или в явочных домах. Им нравилось уходить от реальности в виртуальное киберпространство.

— Ну пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, — не унималась Джоанн.

— Я перееду от вас, как только мы выберемся из этого заточения, — сказала едва слышно Мари, продолжая открывать и закрывать файлы с фотографиями.

«Образы. Мы называем это образами».

Джоанн опустила голову. Она явно хотела сказать что-то еще, но промолчала.

В этот момент подал сигнал мой компьютер. Я удалился в свой закуток. Пришло электронное письмо от Клэр Дюбойс, в котором, как я надеялся, содержались ответы на все вопросы, поставленные Джоанн, когда она узнала на снимке колумбийского дипломата.

Часть полученной информации ничем не удивила меня. Зато все остальное повергло в состояние, близкое к шоковому.

Я довольно долго смотрел на монитор, а потом, распечатав полученные документы, вернулся в гостиную. Видимо, мне не удалось скрыть моих чувств, поскольку с моим приходом атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Забыв о разногласиях, все выжидающе уставились на меня.

Перечитав еще раз текст на четырех или пяти страницах, я посмотрел на своих клиентов:

— Мари здесь совершенно ни при чем. Лавинга интересует не она.

— Но я подумала, что это из-за Альенде, — вздохнула Джоанн.

— Моя помощница только что разговаривала с компетентными людьми, — продолжал я. — Они узнали второго человека на снимке. Это сын любовницы Альенде. Ни к какой нелегальной деятельности он не причастен. В тот момент ему передавали флэш-карту с записями музыки. Даже если бы они заметили, что Мари фотографирует их, у них не было ни малейших причин нанимать Лавинга, чтобы добыть у нее снимки или другую информацию. Ни в прослушке их разговоров, ни в их передвижениях по миру не найдено ничего подозрительного.

Джоанн недоверчиво покачала головой. Вероятно, она даже начала что-то говорить, но только я не слышал ее, поглощенный чтением — уже третьим по счету — текста, присланного мне Клэр. Я хотел окончательно во всем убедиться.

Свернув листы в рулон, я сказал:

— Моей помощнице удалось выяснить кое-что еще.

— Что именно? Да говорите же! — Райану не терпелось все узнать. Инстинктивно он снова начал массировать больную ногу.

— Она нашла ответ на вопрос, зачем кому-то понадобились услуги Лавинга. — Я поднял взгляд и смотрел теперь прямо в глаза Джоанн.

Та застыла на месте. У нее было такое выражение лица, словно ее попросили опознать в морге тело близкого ей человека.

Низким мрачным голосом, совершенно отличным от того, к которому мы привыкли в последние дни, Джоанн сказала, обращаясь ко мне:

— Это не может быть проблемой, Корт. Этим уже занимались те, кому следует.

Мари непонимающе уставилась на сестру. Райан не сводил глаз с жены, побагровев и плотно сжав губы.

— О чем таком ты толкуешь? — спросил он.

Но на его вопрос пришлось ответить мне:

— Генри Лавинга интересуете не вы. Он охотится на вашу жену.