Танец на кладбище - Линкольн Чайлд

Рич Плок стоял посреди хаоса, где крики сектантов и демонстрантов сливались с воплями животных, шумом трещоток и барабанной дробью. После недолгого сопротивления сектанты стали отступать — они поспешно выбегали через боковые двери и рассеивались в закоулках Вилля.

Плок был несколько обескуражен таким поворотом событий. Животных они, конечно, освободили, но что с ними делать дальше, пока неясно — девать их было некуда, и они в панике носились по церкви, выбегая через разбитые двери во двор. С жителями Вилля тоже вышла промашка. Их намечалось выдворить из Вилля, а они вместо этого разбежались кто куда и исчезли из виду. Рич никак не ожидал найти здесь такой лабиринт построек и запутанных ходов и не думал, что обитатели Вилля разбегутся по закоулкам, вместо того чтобы отражать нападение и под напором демонстрантов отступить из поселка. А эти сектанты предпочли не сражаться, а вероломно скрыться в неизвестном направлении, как это делали индейцы в стародавние времена.

Их надо было выдворить. И одновременно найти похищенную женщину.

До Плока стало доходить, что если они ее не спасут, то вторжение в Вилль ничем не будет оправдано, а это грозит очень большими неприятностями. Им надо было сначала очистить Вилль, вымести оттуда всех его обитателей, так чтобы эти мясники не смогли попрятаться, и одновременно спасти эту женщину. В этом случае общественное мнение было бы однозначно на их стороне. А так…

В разбитые двери церкви продолжали вливаться демонстранты, заполняя ее до отказа. Все жители Вилля разбежались. В церкви остался лишь их предводитель Боссон, мрачно наблюдавший за происходящим. Он стоял неподвижно, как изваяние, не стирая кровь, струившуюся со лба.

Когда все демонстранты собрались в церкви, Плок взобрался на постамент.

— Люди! — вскричал он, поднимая руки.

Толпа затихла.

— Мы не должны расходиться! — начал Плок, стараясь не обращать внимания на зловещее присутствие Боссона. — Эти изуверы ушли в подземелье. Мы должны найти их и выкурить оттуда! И главное, мы должны спасти женщину!

— Это наш дом, — вдруг послышалось из угла, где стоял Боссон.

Плок повернул к нему искаженное яростью лицо.

— Ваш дом! Эта камера пыток? Вы не заслуживаете дома!

— Это наш дом, — тихо повторил Боссон. — Так мы поклоняемся своим богам.

Плок чуть не задохнулся от негодования.

— А как вы им поклоняетесь? Режете бедных животных? Похищаете и убиваете людей?

— Уходите. Уходите, пока не поздно.

— Ой, напугал. Так где же женщина? Где вы ее заперли?

Толпа возмущенно загудела.

— Мы чтим животных и приносим их в жертву, чтобы накормить нашего защитника. С благословения наших богов мы…

— Довольно чушь молоть! — завопил Плок, трясясь от негодования. — Скажи своим людям, чтобы убирались отсюда. Иначе мы вышвырнем их вон! Понял? Идите куда хотите со своей паскудной религией!

— Боюсь, что тебе конец, — спокойно произнес Боссон, указывая пальцем на Плока.

— Сейчас умру от страха, — усмехнулся Плок и приветственно развел руки. — Покарайте меня, боги живодеров! Давайте, я жду!

Тотчас же в одном из темных приделов церкви возникло какое-то движение и шум. Потом кто-то вскрикнул, и толпа расступилась, как отхлынувшая от берега волна, пропуская жуткую фигуру, появившуюся из темноты. Поперхнувшись, Плок в ужасе уставился на страшное существо, в котором с трудом угадывался человек. Широкое плоское лицо, покрытые струпьями губы, гнилые зубы и бледное мускулистое тело под грязными лохмотьями, которое распространяло невыносимую вонь. В руке существо держало окровавленный нож. Закинув голову назад, оно мычало, как теленок под ножом мясника. Единственный мутный глаз, пошарив в толпе, уставился на Плока.

Тяжело передвигая ноги, существо направилось к нему. Плок молча застыл на месте, не в силах оторвать глаз от зловещей фигуры.

В наступившей тишине послышался шорох. Это Боссон встал на колени и, склонив голову, молитвенно воздел руки.

— Envoie, — тихо и печально произнес он.

Существо крабьей походкой проковыляло к постаменту и, взобравшись на него, бросилось на Плока.

Тот наконец обрел дар речи и попытался крикнуть, но существо схватило его за горло, и он испустил последний вздох молча.

Все кончилось очень быстро.