Огненная дорога - Энн Бенсон

— Возможно, мы последуем ему — если решим, что он полезен, — ответила графиня.

«Возможно, — подумал он. — Конечно, когда речь идет о советах особам королевских кровей, это всегда будет только "возможно"».

— Тщательно изучая течение «черной смерти», я пришел к выводу, что ее разносят крысы, — сказал он.

На мгновение графиня утратила дар речи, но потом спросила:

— Какое отношение это имеет к нашему покрывалу?

— Несомненно, это прекрасный мех, но животные, которым он принадлежал, мало чем отличаются от крыс.

— Ох, господи! Какая гадость!

Де Шальяк сделал шаг вперед и открыл рот, собираясь вмешаться.

— Это так и есть, мадам, — сказал Алехандро, — за что смиренно прошу у вас прощения. В мои намерения не входило огорчить такую прекрасную леди, как вы. Единственная моя цель — защитить вас и вашего мужа.

— И каким образом меня защитит то, что я не стану использовать мех?

— Мне неизвестно, как именно крысы переносят чумную заразу. Может, она находится в мехе. В конце концов, это их наружный покров.

Элизабет молчала, во все глаза разглядывая покрывало. Когда она снова подняла взгляд на Алехандро, на ее прекрасном юном лице читалась тревога.

— Вы правда верите в это, сэр?

— От всего сердца.

Она посмотрела на де Шальяка, интересуясь его мнением по этому поводу. Он хмыкнул, пробормотал что-то, но в конце концов сказал:

— Мой коллега большой знаток во всем, что связано с «черной смертью». Ему можно доверять. И, должен добавить, сам я никогда не сплю под меховым покрывалом.

— В таком случае, — заявила Элизабет, — мы уберем все свои меха и не будем пользоваться ими до тех пор, пока из-за холода не сможем без них обходиться.

Алехандро благодарно улыбнулся ей.

— Польщен тем, что вы с такой снисходительностью отнеслись к моей теории. Но давайте займемся сердцем.

Приставив один конец скатанного трубкой пергамента к груди Лайонела, он приложил ухо к другому. Сердцебиение было сильное, ровное. Алехандро выпрямился и протянул пергамент коллеге.

— Хотите послушать?

— Да.

Француз взял пергамент и наклонился, вслушиваясь.

— Ну, что скажете? — с тревогой спросила Элизабет.

— У вашего мужа очень энергичное сердце, леди, — ответил Алехандро. — И еще оно очень большое. Это сулит ему отменное здоровье.

— Согласен, — заявил де Шальяк, не желая оставаться в стороне. — Сердце на редкость большое.

— А что с моим пальцем? — простонал принц.

«Он тоже наверняка окажется большим», — подумал Алехандро.

— Совсем скоро доберемся и до него, но сначала мы хотели бы проверить вашу печень.

— Мою печень?

— Да-да, непременно, — подхватил де Шальяк. — Возможно чрезмерное разлитие желчи или, наоборот, закупорка. И то и другое очень вредно для тела. Не исключено, что этот разлад и сказался на состоянии вашего пальца.

— Ах! — воскликнула графиня и зашептала мужу с очень серьезным видом: — Нужно позволить им осмотреть тебя, любимый.

Она стянула покрывало и приподняла его рубашку, обнажив живот и даже мужское достоинство.

«В отличие от сердца и, скорее всего, пальца ноги оно не так уж велико».

Алехандро посмотрел на де Шальяка.

— Осмотрите принца сначала вы, коллега, — сказал он.

— С удовольствием, коллега. — Де Шальяк прощупал живот принца. — На мой взгляд, все в норме.

Алехандро сделал то же самое.

— Согласен.

Он потянул вниз ночную рубашку, а потом вернул на место покрывало, к очевидному облегчению принца.

— Теперь, думаю, пора перейти к ноге.

Принц, вынужденный высунуть из-под покрывала ногу, едва не ткнул ею в лицо Алехандро. Ощутив отвратительный запах, тот инстинктивно отвернулся и встретился взглядом с Элизабет, которая, не отрываясь, смотрела на него. Он улыбнулся, втянул воздух и снова повернулся к ноге принца.

Ногти на ноге были слишком длинные и отчасти обломанные, а большой палец распух и покраснел. Алехандро посмотрел на графиню.

— Я так и думал — палец очень плохо выглядит. Мадам, сожалею, но вынужден сообщить, что в большом пальце вашего мужа скопилось много загрязненной жидкости. Слава богу, что мы вовремя обнаружили это, а не то он мог потерять ногу.

Все, кто входил в свиту принца, потрясенно раскрыли рты, де Шальяк негромко выругался. Сдержав улыбку, Алехандро сказал, обращаясь к нему:

— Пожалуйста, коллега, я не хотел бы ставить столь критический диагноз, не выслушав ваше просвещенное мнение.

Де Шальяк наклонился, внимательно разглядывая вросший ноготь принца. Бросил на Алехандро уничтожающий взгляд и произнес еле слышно:

— Ваш диагноз верен.

Им предстояло удалить принцу ноготь.

— Здесь не обойтись без хирургического вмешательства.

Новые ахи и охи, а также произносимые шепотом молитвы.

— Да. — Гол ос де Шальяка дрожал от ярости. — Нужен хирург.

Алехандро злорадно улыбнулся.

— Вы ведь захватили свой нож?

— И опий, — со вздохом ответил де Шальяк.

Днем Мария ускользнула на свидание с любовником, и ее работу взялась выполнить Кэт. Вызвав служанку и увидев вместо нее Кэт, Марсель поинтересовался, где Мария.

— Ей нездоровится, — ответила девушка и добавила, для большего эффекта: — Женские дела.

Обычно после такого разъяснения новые вопросы у мужчин не возникали.

— В таком случае принесите вы нам что-нибудь подкрепиться, будьте так любезны, — сказал Марсель.

Кэт была наготове.

«Днем он всегда просит что-нибудь подкрепиться, — предупредила ее Мария. — Вот тут, в котелке, я оставляю овощи, а тут — хлеб».

Кэт выложила щедрые порции овощей на две тарелки и понесла наверх.

Марсель и Каль сосредоточенно изучали карты, наносили на них возможные дороги и места сбора.

— Если мы встретим его вот здесь, — Марсель ткнул кончиком пера в карту, — оттуда будет самый короткий путь до места сбора королевских сил.

Ставя перед Гильомом тарелку, Кэт заглянула ему через плечо и ненадолго задержалась, заинтересовавшись картой.

— Я не вижу тут пути, по которому можно скрыться, — заметила она.

Марсель раздраженно уставился на нее.

— Женщина, знай свое место. Это мужские дела, а ты занимайся своими, — сказал он, взмахнув рукой в сторону лестницы. — Есть еще что-нибудь?