Список нежных жертв - Лариса Соболева

– А я не против, пусть сидят хоть два года, – запальчиво сказал Эмиль. – Как-нибудь прокормлю. Но идти в пасть...

– Я пойду, – повторила Оленька, встала и направилась к выходу. Возле двери обернулась: – Не знаю, что вы думаете, а я... Этот человек, если только он человек, очень многое изменил во мне. Думаю, всех изменил. И я знаю, что просто так это не кончится. Может, хоть сегодня что-то прояснится.

Эмиль перекрыл собой дорогу:

– Бог велел не бросать слабоумных... Оля выйдет отсюда только в том случае, если я буду с ней.

Савелий неодобрительно покачал головой, но спорить не стал – поджимало время.

– А я? – подскочил Лешка.

– Интересно, а нас кто охранять будет? – вскипела Алена. – Я не такая смелая, как Ольга. Мы с Риммой боимся. Вон Варьку из-под носа этот гад выкрал...

– Лешка останется, – твердо произнес Савелий, вставая. – Пойдем, Оля.

На улице все трое залезли в милицейскую машину, где находились милиционер и два человека в штатском, не считая водителя. Разумеется, один из штатских выразил протест, что Савелий привел еще и Эмиля.

– Не отпускал ее, – извинился Савелий. – Он будет со мной.

– Ольга, – обратился к девушке тот же штатский, – вам следует пробыть в доме до десяти часов, не меньше. К этому времени город становится безлюдным. Возвращайтесь через сквер, где была убита Марина. Так надо. Идите по направлению к троллейбусной остановке. Затем сядете в троллейбус, проедете несколько остановок. Потом пересядете в нашу машину. Ну вот, пожалуй, все. В случае непредвиденных обстоятельств кричите. Вас услышат.

– О каких непредвиденных обстоятельствах вы говорите? – подал голос Эмиль.

– Всяких, – бросил тот, потом сказал Ольге: – Но хорошо запомните: когда будете возвращаться по Баррикадной, держитесь проезжей части дороги, идите посередине, не сворачивая. И еще. Проверьте, чтобы дедушку не закрыли... Нет, нет, не пугайтесь, мы вовсе не думаем, что это он... Но проследите, чтобы его комната осталась открытой.

– А меня пустят в дом? – сомневалась Оленька.

– Пустят, – уверенно сказал он. А через секунду добавил: – Лишь бы потом выпустили.

– Не могут же меня прямо в доме... – едва вымолвила она.

– Исключено, – усмехнулся он. – Ведь вы жили в том доме и остались невредимой. А теперь выходите, вон там такси, вас довезут до самого дома. И постарайтесь, чтобы соседи услышали, что вы приехали. Кстати, если хозяева станут вызывать такси, когда вы будете уходить, не отказывайтесь. Ни одна машина к ним не приедет.

Эмиль и Савелий сопроводили ее до такси.

– Оля, умоляю, будь внимательна, – наставлял Эмиль.

Савелий остановился с задумчивым видом. Потом решился:

– Ай, держи под мою ответственность! – и протянул девушке пистолет. – Это игрушка Эмиля Максимовича. Смотри – раз... и сняла с предохранителя. А нажимать, чтобы он выстрелил, вот здесь. Просто.

– Нет, я не сумею им пользоваться... – начала отказываться она.

– Бери, – приказал Эмиль. – Научишься, когда потребуется.

Оленька послушно сунула пистолет в карман пальто и села в такси. Остальные, сев обратно в машину, поехали следом.

Неподалеку от Баррикадной из нее вышли штатские и милиционер, а Савелия с Эмилем водитель высадил за пару кварталов от коттеджа, дальше оба пошли пешком.

– Черт возьми, – взорвался Эмиль, – ты скажешь, кого вы подозреваете?

– Не кипите. Как только поймаем с поличным, сразу узнаем.

– Выходит, вы не знаете, – сник Эмиль. – Но... это все... очень рискованно для Ольги. Если вы не знаете, кого ловить, как же...

– Он должен клюнуть. Ладно, введу вас в курс дела. Следить за коттеджем мы начали после вашего рассказа об Ольге и ее хозяевах. Особенно нас заинтересовало, что хозяйка всячески задерживала Ольгу. Но не этот факт заставил нас предположить, что убийца обитает в этом доме, а наркотики, которые Оля колола больному парню. Ваша дочь была убита метадоном, Эмиль Максимович. Это средство непросто достать, наркоторговцы предпочитают делать бизнес на традиционных препаратах. Кайф от него ощутимый, привыкание почти мгновенное. А Лешке убийца вколол какой-то редкий состав из барбитуратов. Очевидно, приготовил шприц для тех, кто попадется ему на пути и попытается помешать. Вот и пригодился... – Савелий усмехнулся. – Кто может достать данный препарат? Тот, кто связан с лекарствами, то есть Антонина. Она фармацевт, владелица аптек. Она же заставляла Ольгу колоть сына барбитурой и метадоном. Улавливаете?

– Вы считаете, что она...

– Погодите, мы пришли, – сказал Савелий, сворачивая.

Это было учреждение, некая фирма, расположенная в бывшем детском садике, который находился неподалеку от интересующего их коттеджа. Им открыл сторож, мужчины поднялись на второй этаж, затем забрались на пологую крышу. Там уже сидели двое милиционеров, один смотрел в странный прибор, нечто вроде бинокля. Савелий обменялся с ними несколькими фразами, посмотрел в прибор и передал Эмилю. Тот поднес его к глазам и задержал дыхание – видно, как днем, только цвет зеленоватый. Савелий предложил покурить, поэтому они с Эмилем спустились на этаж.

– Ну, вот, слушайте дальше, – прикуривая, сказал он. – Мы начали складывать ваши версии и свои. Смотрите, что вышло. Ольга в ночь с пятого на шестое сентября теряет сумку с удостоверением, по которому легко ее найти. В ту же ночь убили Ингу. Ольге приносит сумку Влас, который нашел ее на капоте автомобиля. Чуть позже Ольгу берет к себе в дом Антонина. Мы узнали у заведующего отделением, где работает Ольга, как на нее вышла Антонина. Оказывается, она просила его помочь найти медсестру, мотивы известные – у нее двое больных. Как только он дал ей список, она остановила свой выбор сразу на Ольге. То есть он мало о ком из медсестер ей рассказал, она ни о ком больше и слышать не хотела, сказала, что ее устраивает Ольга. Более того – кинула с барского плеча его отделению редкие лекарства за услугу. Странно, да?

– Дальше, дальше, – нетерпеливо подгонял его Эмиль.

– Ольга поселяется в ее доме. И Влас, и Антонина принимали участие в конкурсе, то есть спонсировали его. Разумеется, связь убийств с участниками конкурса бесспорная. Но погибают еще психолог, домработница Марина и, наконец, Варвара. Психолог и Варвара – это понятно. Убийство Марины, на поверхностный взгляд, необъяснимое, но она жила в том же доме, что и семья Антонины. И снова странности. Борис Евгеньевич имеет алиби, а машина его в крови Марины. Возвращается домой беглый отец Антонины. Его одежда в крови, а кровь тоже принадлежала Марине. Об этом Антонина прямо сказала Ольге. Это и навело нас на мысль, что домработница была убита не случайно. Все каким-то непонятным образом сходится на доме Антонины.

– Антонина имеет отношение к убийствам? – спросил Эмиль.

– Это один из главных вопросов, но утверждать, что она причастна к ним, я пока не берусь. Однако она что-то знает. Одно то, что мать пичкает сына наркотиками и сама употребляет их, согласитесь, наводит на нехорошие мысли. И Антонина удерживала Ольгу у себя в доме. А та оказалась слишком умна, устроила собственное расследование и выяснила состав препаратов, которые вводила ее сыну. Ольга высказала свои претензии, надумала уйти. Думаете, Антонину действия Ольги и ее принципиальность не испугали? Итак, мы установили слежку за всеми обитателями коттеджа, включая соседей. За Власом тоже. А теперь представьте, сколько в этой операции задействовано людей. Ведь и за девочками ходили наши сотрудники. Вчера Влас ускользнул, сегодня не явился на работу. Впрочем, суббота у него свободный день, и факт его отсутствия ни о чем пока не говорит. Но дома его тоже нет. А сегодня после полудня обнаружена машина Власа. Неужели он бросил на окраине города крутую тачку? Неправдоподобно. Понимаете теперь, почему мы обеспокоены его исчезновением?