Размах крыльев ангела - Лидия Ульянова

– Вадик, ну ты же не будешь меня уговаривать, что это ограбление? – взмолилась Мария, когда они вышли с отделения.

– Я не буду, – мрачно ответил Вадим.

Никакое это не ограбление, понятно. И никто никого не найдет, да и искать не станет, тоже понятно.

– Вадь, как ты думаешь, мне, наверно, надо пойти в отделение милиции и все рассказать. И про Ивана рассказать, и про все остальное. Пусть они это… как в кино говорят… объединят дела в одно, да? Я правильно назвала?

– Правильно ты назвала, – Вадим улыбнулся ей и погладил по голове. От этого легкого прикосновения Мария сразу почувствовала уверенность и некоторую безопасность.

– Давай прямо сейчас и пойдем. Что тебе доктор сказал, из какого отделения милиции приходили? Ты только там сам с ними поговори, по-вашему, чтобы они меня выслушали.

– Хоть по-вашему, хоть по-нашему, а кому захочется на себя глухаря вешать? – остудил Вадим ее энтузиазм. – Маша, ведь, по большому счету, это та еще проблема, связь здесь уловить. Одного твоего знакомого ударили по башке у тебя дома, когда в квартиру влезли, а потом, через какое-то время, другого твоего знакомого тоже ударили, но в больнице. И что?

– Как что? Как что, Вадик? – возмутилась Мария. – Ты что, хочешь сказать, что мне кажется? И тебе так кажется, что мне кажется?

– Нет, Маш, мне не кажется, я тебе верю, – поспешил успокоить Вадим. Не хватало еще, чтобы она сейчас разревелась на всю ивановскую. – Верю, потому что тебя знаю. А какой-нибудь лейтенант Гаврилов тебя знать не знает, а к этому Гаврилову с жалобами каждый день придурочные старушки приходят, которым голоса мерещятся, и они требуют голоса найти да в тюрьму посадить. Ты ведь конкретно ничего предъявить не можешь.

– А записка? У меня же записка есть.

– Ну да, записка, без подписи и с нелепой фразой. Еще ты можешь сказать, что в твое отсутствие у тебя в квартире кто-то пыль вытирает. Чем это лучше бабушек с голосами?

– Хорошо, а что же нам делать? Он же так всех нас укокошит, – Маша снова подумала о том, что следующим может быть Вадик, и это прибавило ей решительности. – Если ты не хочешь, то не надо, я сама его найду.

Вадим остановился, посмотрел ей в глаза и твердо ответил:

– Отставить сама. Вместе будем искать. Похоже, дело действительно серьезное. Ты прости меня, я вовремя значения не придал. Мне, дураку, тоже надо было шевелиться, а я долго раскачивался. Будь я порасторопнее, то и не случилось бы ничего с твоим Степанычем.

– Вадь, а мы его найдем? – с благодарной надеждой спросила его Маша.

– А то. Разумеется, найдем. Всячески. Нет, ты не думай, что я хвастаюсь, просто не так это должно быть сложно, если постараться. И никакой лейтенант Гаврилов нам не нужен. И даже капитан Сергеев не нужен. Сами найдем.

– Вадь, чего он хочет, как ты считаешь? – воодушевилась Мария.

– Маша, этого я тебе сказать не могу, – задумчиво произнес Вадим, – пока не могу. Это ты сама должна знать лучше меня. И если ты мне скажешь, то и искать будет проще.

У Маши в сумке зазвонил телефон.

– Привет, – раздался в трубке звонкий детский голос. – Слушай, я телефон нашла на улице. Я посмотрела, а там все звонки тебе. Ну или от тебя. Написано «Маша». Скажи, ты Маша?

– Маша, – подтвердила удивленная Мария Константиновна. Ей никогда не звонили дети и, тем более, не называли ее на ты.

– Могу вернуть, – сообщила неизвестная девочка. – Папашка твой потерял, да? А мама ваша где? У моего в телефоне одни мамины звонки, он мне редко звонит, мне мама всегда названивает: куда пошла, когда вернешься, посуду помой.