Девять драконов - Майкл Коннелли

Но Ферраса на месте не было, и Босх спросил себя, а не ушел ли он намеренно на обед, чтобы избежать дальнейшей конфронтации. Гарри вошел в кабинет проверить, нет ли у него на столе каких-нибудь служебных записок или пакетов. Таковых не было, но он увидел мигающий красный огонек на настольном телефоне. На автоответчике было сообщение. Гарри все никак не мог до конца привыкнуть к необходимости проверять телефонную линию на предмет оставленных сообщений. В их прежнем помещении оборудование было старомодным, и персональной голосовой почты не было. Все сообщения приходили на центральный узел связи, где их отслеживала секретарь отдела. Затем она выписывала на бланке уведомления, поступавшие в почтовые ящики либо на столы сотрудников. Если сообщение было срочным, секретарша лично разыскивала конкретного детектива по пейджеру или сотовому телефону.

Босх сел и набрал на телефоне свой код. У него значилось пять сообщений. Первые три были просто рутинными звонками по поводу других текущих дел. Он сделал себе несколько пометок в ежедневнике и стер сообщения. Четвертое было оставлено прошлой ночью детективом Ву из гонконгского полицейского управления. Он уведомлял о прибытии в гостиницу и желании договориться о собеседовании. Это сообщение Босх тоже стер.

Пятое было от Терри Сопп из лаборатории латентных отпечатков. Оно было оставлено сегодня в четверть десятого утра, примерно в то самое время, когда Босх вскрывал плоскую коробку с новым компьютерным столом для дочери. «Гарри, мы провели электростатическую оптимизацию отпечатков на стреляной гильзе, предоставленной вами. На ней обнаружился отпечаток, и все мы тут порядком взволнованы по этому поводу. Мы также нашли соответствующий ему отпечаток в базе данных министерства юстиции. Так что перезвони мне, как только получишь это сообщение».

Набирая номер лаборатории латентных отпечатков, Босх бросил взгляд через стенку своего отсека и увидел, как Гэндл сопровождает двух гонконгских детективов обратно в комнату для совещаний. Лейтенант помахал Босху рукой, приглашая его присоединиться к ним. Тот поднял указательный палец, давая понять, что просит одну минуту.

— Латентные отпечатки.

— Могу я поговорить с Терри Сопп?

С нарастающим волнением Гарри подождал секунд десять. Пусть даже Бо-Джинг Чанга пришлось выпустить на свободу и пусть он даже вернулся в Гонконг, но если его отпечатки пальцев присутствуют на гильзе одной из пуль, которые убили Джона Ли, тогда это коренной поворот в данном уголовном деле. Это прямая улика, связывающая Чанга с убийством. Они могли бы предъявить ему обоснованное обвинение и ходатайствовать об ордере на его экстрадицию.

— Терри у телефона.

— Это Гарри Босх. Я только что получил ваше сообщение.

— А я как раз думала, где это вы. Мы идентифицировали отпечатки на вашей гильзе.

— Это замечательно. Они принадлежат Бо-Джинг Чангу?

— Я сейчас в лаборатории. Позвольте, я дойду до своего стола и уточню. Имя китайское, но не того человека, чей отпечаток был на дактилоскопической карте, переданной мне вашим напарником. Те отпечатки не подходят. Подождите немного.

Она отошла, а Босх почувствовал, как в его следственной гипотезе образуется трещина.

— Гарри, ты идешь?

Босх опять посмотрел поверх перегородки своего отсека. Гэндл звал его, стоя в дверях комнаты для совещаний. Босх молча показал на телефон и покачал головой. Не удовлетворенный этим, Гэндл вышел из переговорной и подошел к столу Босха.

— Слушай, они сдаются, — сказал он, всем видом показывая неотложность дела. — Тебе надо подойти к ним и довести дело до конца.

— Это может сделать мой адвокат. У меня важный звонок.

— Какой звонок?

— Такой, который меняет…

— Гарри?

На другом конце провода опять появилась Терри Сопп. Босх прикрыл рукой микрофон.

— Это очень важно, — сказал он Гэндлу.

Затем, убирая руку, снова заговорил в трубку.

— Терри, назови мне имя.

Гэндл безнадежно покачал головой и пошел обратно в комнату для переговоров.

— Так, это не то имя, что ты упомянул. Это Генри Лау. Дата рождения 09.09.82.

— А почему он оказался в базе данных?

— Был остановлен на дороге два года назад в Венис-Бич.

— И это все, что за ним числится?

— Да. За исключением этого он чист.

— А адрес его имеется?

— Адрес на водительских правах был такой: Венис, Квартердек, восемнадцать.

Босх занес сведения в карманную записную книжку.

— Хорошо, а этот отпечаток, что вы выявили, он надежный?

— Без сомнения, Гарри. Проявился ярко, как рождественская иллюминация. Эта технология поразительна. Она произведет революцию.

— И они хотят использовать это в качестве прецедентного дела[14]для Калифорнии?

— Я бы не стала торопить события. Мой начальник хочет сначала посмотреть, как это проявит себя в твоем расследовании. Ну, понимаешь, он должен убедиться, действительно ли этот человек тот, кого вы ищете, и какие еще доказательства имеются. Мы ищем такое дело, где технология стала бы неотъемлемой частью обвинения.

— Что же, Терри, ты первая об этом узнаешь. Спасибо тебе. Мы прямо сейчас этим займемся.

— Удачи, Гарри.

Босх положил трубку и сразу же посмотрел в сторону комнаты для совещаний. Жалюзи на ее прозрачной стенке были опущены, но не закрыты. Сквозь них было видно, как Холлер жестикулирует, обращаясь к детективам из Гонконга. Потом Босх бросил взгляд на рабочее место своего напарника, но оно по-прежнему пустовало. Он принял решение и снова снял телефонную трубку.

Дэвид Чу находился в офисе ПАГ и сразу же ответил на звонок Босха. Гарри передал ему новости из отдела латентных отпечатков и попросил проверить Генри Лау по картотеке триад. Тем временем, добавил Босх, сам он сейчас подъедет, чтобы забрать Чу с собой.

— Куда мы отправляемся? — спросил молодой детектив.

— На поиски этого человека.

Гарри положил трубку и направился в комнату для совещаний — но не за тем, чтобы принять участие в прениях, а проинформировать Гэндла о крупнейшем, судя по всему, прорыве в их деле.

Когда он открыл дверь, Гэндл посмотрел на него с выражением «ну наконец-то», но Босх жестом попросил начальника выйти на минутку.

— Гарри, у этих людей все равно остались к вам вопросы, — сказал Гэндл.

— Им придется подождать. У нас наметился серьезный прорыв в деле Ли, и мне необходимо срочно уехать. Немедленно.