Победитель - Дэвид Бальдаччи

На следующее утро Лу-Энн проснулась рано после по большей части бессонной ночи. Расставание с дочерью явилось для нее самым мучительным событием; однако она понимала, что эта задача покажется легкой по сравнению с тем днем, когда ей придется рассказать Лизе правду о своей жизни. Лу-Энн надеялась, что ей представится возможность это сделать. И тем не менее ее захлестнула огромная волна облегчения, когда она увидела, как красные габаритные огни «Рейнджровера» скрылись в ночной темноте.

Теперь главной ее заботой было придумать способ снова обратиться к Риггсу, не вызвав у него еще большее подозрение. И времени на это было в обрез. Если она в самое ближайшее время не представит Джексону какую-либо новую информацию, тот полностью перенесет свое внимание на Риггса. Лу-Энн была полна решимости не допустить этого.

Размышляя над всем, она расшторила окно в спальне и выглянула на лужайку за домом. С третьего этажа открывался захватывающий вид на окружающую местность. Двустворчатая стеклянная дверь вела на балкон. У Лу-Энн мелькнула мысль: не этим ли путем Джексон вчера проник к ней в комнату? Обыкновенно она включала сигнализацию непосредственно перед тем, как лечь в кровать. Можно начать включать ее раньше, хотя Лу-Энн сомневалась, что найдется хоть какая-нибудь система безопасности, с которой у этого человека возникнут серьезные проблемы. Похоже, он способен пройти по вертикальной стене, а затем шагнуть сквозь нее.

Лу-Энн сварила кофе в маленькой кухоньке рядом со спальней и, накинув шелковый халат, с чашкой дымящегося напитка вышла на балкон. Там стояли стол и два стула, однако молодая женщина устроилась на мраморном ограждении, обозревая свои владения. Солнце давно взошло, и его розовые и золотые лучи создавали фон морю зеленой листвы. И все же даже этому восхитительному зрелищу не удалось поднять настроение Лу-Энн. Но то, что она увидела дальше, едва не привело к ее падению с балкона.

Мэтью Риггс стоял на коленях в траве рядом с тем местом, где она собиралась построить студию. Сверху Лу-Энн открывался хороший обзор, и она с растущим изумлением наблюдала за тем, как он разложил на земле чертежи и принялся изучать местность. Лу-Энн взобралась на ограждение, ухватилась для опоры рукой за кирпичную стену и встала на цыпочки, чтобы было лучше видно. Теперь она разглядела вбитые в землю колышки. У нее на глазах Риггс размотал бечевку и привязал концы к колышкам, размечая фундамент будущего строения.

Лу-Энн подумала было о том, чтобы его окликнуть, однако так далеко ее голос не разнесся бы.

Спрыгнув с ограждения, она выбежала из спальни, даже не удосужившись обуться. Перескакивая через две ступеньки, сбежала по лестнице, отперла дверь черного хода и понеслась босиком по мокрой от росы траве. Тонкая шелковая ткань облепила ее тело, демонстрируя длинные стройные ноги.

Учащенно дыша, Лу-Энн добежала до того места, где видела Риггса, и огляделась по сторонам. В холодном утреннем воздухе у нее изо рта вырывались облачка пара, и она сильнее укуталась в халат.

Черт побери, куда он провалился? У Лу-Энн не было никаких мыслей на этот счет. Колышки торчали в земле, с привязанной бечевкой. Лу-Энн уставилась на них, словно надеясь выведать местонахождение Риггса.

— Доброе утро!

Вздрогнув от неожиданности, Лу-Энн обернулась и увидела Мэтью, вышедшего из зарослей с большим камнем в руке. Он торжественно положил камень посреди огороженной площадки.

— Здесь будет стоять каменная печь, — улыбнувшись, торжественно объявил Риггс.

— Что вы делаете? — спросила потрясенная Лу-Энн.

— Вы всегда бегаете по улице в таком виде? Так можно подхватить воспаление легких.

Взглянув на нее, Риггс тотчас же смущенно отвел взгляд, поскольку лучи поднявшегося над деревьями солнца сделали тонкую ткань практически прозрачной; под халатом у Лу-Энн ничего не было надето.

— Не говоря уж о том, каково приходится мне, — пробормотал он себе под нос.

— Мне нечасто приходится видеть в своем поместье постороннего, ни свет ни заря вбивающего колышки в землю.

— Я просто выполняю распоряжение.

— Что?

— Вы хотели студию, вот я и строю вам студию.