Ошибка резидента - Владимир Востоков

Умолчав о подробностях истории «монетного двора» и о своей собственной в нем роли, Кока во всем остальном не поскупился на детали, и его отчет шефу получился весьма красочным. Он считал, что Владимир Борков, изготовивший хотя и не пригодившуюся машинку, но тем не менее сделавшийся соучастником преступной группы, отныне готов для вербовки. Антиквар рекомендовал не оттягивать.

Когда Кока по телефону попросил о встрече, Борков, ждавший гонорара за работу, быстро согласился. Они опять увиделись на Большой Грузинской.

Кока положил свою инкрустированную белым металлом палку на стул, снял тяжелое меховое пальто, повесил его на гвоздь, вбитый в дверь, и не торопясь подошел к столу, за которым, скрестив руки на груди, сидел невесело глядевший Борков.

– Ну-с, молодой человек, я ваш неоплатный должник, – тоном доброго дедушки, привезшего внуку гостинцы, начал Кока. – Вы отлично потрудились, а каждый труд должен быть вознагражден.

Борков усмехнулся, но заговорил мрачным голосом:

– Но ведь машинка-то еще у меня. Смотрю на вас и думаю: если у вас попросить взаймы, вы, пожалуй, дадите, но сначала произнесете речь о вреде алкоголя и об испорченности молодого поколения.

Кока театрально всплеснул руками.

– Неужели похож на этакого нудного старикашку?! Ай-я-яй! Никогда не предполагал. – Кока плавным движением опустил руку во внутренний карман пиджака и двумя пальцами, оттопырив мизинец, извлек небольшой пакетик пергаментной бумаги. – Вам не надо просить у меня в долг. Вы их заработали. Первый ваш образец все же пригодился. Мир, к счастью, не без дураков. – И он положил пакетик перед Борковым. – Двадцатипятирублевыми устроит? Здесь ровно тысяча.

Борков, не изменяя позы, метнул быстрый взгляд на деньги.

– Вы называли, кажется, другую сумму.

– Совершенно верно, – подтвердил Кока. – Но не волнуйтесь, в следующую встречу вы получите еще столько же. У меня сейчас просто нет при себе.

– Лучше было бы сразу, – недовольно бросил Борков.

– Неужели вам не хочется больше меня видеть? – Кока явно поддразнивал его и не скрывал этого.

Борков развернул пакет, взглянул на деньги, спрятал их в карман и сказал:

– Бросьте вы этот дурацкий тон, Николай Николаевич. Не идет. Чего вам от меня еще нужно?

– Помилуй бог, Володя! – воскликнул Кока. – Я просто предполагал, что на этом наша дружба не кончится. У нас могут и в будущем найтись общие интересы.

– Какая там дружба! – Борков махнул рукой. – Что между нами общего?

– Мы уже дважды были полезны друг другу.

– Ну и хватит. Неужели непонятно?!

– Я бы так категорически не отказывался. У меня вы всегда найдете возможность заработать на карманные расходы. Есть много способов.

– На карманные расходы? Например?

Кока опустил глаза, долго рассматривал свои коротко остриженные ногти, наконец произнес:

– Боюсь говорить. Боюсь, не так поймете.

– Да уж пойму. До сих пор получалось.

– Ну хорошо. – Кока как бы собрался с духом. – Вы можете, например, раз в два-три месяца составлять для меня коротенький отчет, что вам приходилось делать на работе, лично вам. За хорошую плату…

Борков съежился при этих словах, но тут же принял злой и презрительный вид. Наступило долгое молчание. Борков смотрел на Коку, плотно сжав губы, словно решив не отвечать вообще. Это выглядело как предложение убираться к чертовой матери. Но Кока не отступал.

– Что же вы скажете?

– Вы, Николай Николаевич, сошли с ума. Обратитесь к психиатру.

– Это ничуть не страшнее, чем ваша машинка.

Борков порывисто встал, отшвырнул стул ногой и почти закричал:

– Ах, уже машинка моя?! Не ваша, нет! Моя! – Он стоял над Кокой со сжатыми кулаками.

Переход от полного спокойствия к бурной вспышке был так неожидан, что старик на мгновение растерялся.

– Не волнуйтесь, Володя, – сказал он примирительно. – Я не вкладывал в свои слова никакого особого смысла.

– Это шантаж! – по-прежнему громко выкрикнул Борков. – Вы провокатор! На кого вы работаете, старая сволочь?!

Кока вздрогнул как от пощечины.

– Я не заслужил… – начал было он, но Борков не дал договорить.

– Посмотрим! Я сейчас возьму тебя за шиворот и отвезу на Лубянку. – Сказав это, Борков сразу успокоился. – А ну-ка одевайся, дорогой мой вербовщик, я тебя сейчас завербую куда надо.

Кока почувствовал, что наступил решающий момент. Он тоже поднялся и встал перед Борковым.