Гонка - Клайв Касслер

Бухгалтер объяснил, что, охраняя Джозефину, Исаак Белл провел свой моноплан «Американский орел» через всю Америку и приземлился первым, показав лучшее время.

— Я не участник гонки. Как я могу победить?

— Я дипломированный бухгалтер, сэр. Мой штат следил за каждой минутой полета всех участников. Вы победили. Честно и определенно.

— Но я не регистрировался. И у меня нет лицензии пилота.

Как вскоре понял Белл, Вайнер хорошо использовал время гонки: вдобавок к бухгалтерскому делу он овладел искусством рекламы.

— Я уверен, — понимающе подмигнув, сказал он, — что мистер Уайтвей не обратит внимания на некоторые технические детали, когда сообразит, сколько читателей станут покупать истории о победителе, который не только смелый детектив, но и обручен с прекрасной блондинкой, режиссером синема. Публика ждет вас.

Вайнер показал на толпу фотографов и репортеров, готовых наброситься на победителя.

— Не волнуйтесь о мелочах, мистер Белл, мы сделаем вас самым известным человеком в Америке.

В стороне от толпы Белл увидел перевязанного «Техасца» Уолта Хэтфилда, стоявшего рядом с Джеймсом Дэшвудом. Они передавали друг другу фляжку и попыхивали сигарами. Дэш закашлялся от дыма. Техасец хлопнул его по спине. Дэш немедля выхватил из рукава новый «дерринджер», и, когда оба рассмеялись, Белл сообразил, что, если примет Кубок Уайтвея, самый знаменитый человек Америки станет слишком знаменит, чтобы оставаться детективом «Агентства Ван Дорна».

Подлетела в такси Марион Морган и принялась расставлять операторов. Она ослепительно улыбнулась Беллу и показала его операторам с обычным строгим предупреждением: не снимать.

Вслед за ней подъехал Престон Уайтвей, он выскочил из нового доставочного фургона, который вел шофер разбитого «роллс-ройса».

— Кто победил? — взревел он.

Вайнер из бухгалтерии выжидающе повернулся к Исааку Беллу.

— Вы на него смотрите, — сказал рослый золотоволосый детектив.

— На кого?

Исаак Белл в последний раз взглянул на приветствующие его толпы. Потом медленно повернулся и показал на небо. Над холмом показался революционно-красный «Освободитель» Джо Мадда, выпрямился на океанском ветру и опустился на траву.

— Рабочий? — ахнул Уайтвей.

— Каменщики, кирпичники, штукатуры и паровозные кочегары.

— Мою гонку выиграл профсоюз?

— Скажите вашим читателям, что им пришлось ради этого поработать.

Арчи, Марион и Лилиан стояли вместе, пока Энди и Даниэлла помогали Исааку Беллу заправить летающую машину. Энди заверил его, что машина в порядке, несмотря на несколько пулевых пробоин. Он все время повторял:

— Старик Даниэллы строил прочные машины, правда, Дэнни?

— Elastico! — сказала Даниэлла, награждая Энди и Белла ослепительной улыбкой. — Он бы гордился вами, вами обоими.

— Ваш отец облегчил нам задачу, — ответил Исаак Белл.

Потом повернулся к Марион Морган и взял ее за руку.

— Я обещал прокатить тебя.

Марион села в кабину позади его и обняла его за пояс. Энди провернул пропеллер, и Белл покатил по траве. «Орел» быстро поднимался в теплом морском воздухе.

Высоко над голубыми водами Сан-Францисского залива Исаак Белл выключил мотор. Когда стал слышен только шум ветра в распорках, он обернулся и поцеловал Марион.

— Дорогая, мы не сядем, пока не назначим дату венчания.

Марион ответила на поцелуй. Она посмотрела на голубой залив, на зеленые холмы, на солнце, садящееся в алых облаках в безграничный тихий океан, снова поцеловала Белла и положила голову ему на плечо.

— Как прекрасно, — сказала она. — Давай останемся здесь навсегда.