Тайна семьи Вейн. Второй выстрел - Энтони Беркли

– Зададим Джону жару! – загоготал Поль, подкручивая черные усики. И кто бы сказал, что ему исполнилось тридцать пять! Он вел себя на том же уровне, что Арморель.

Из всех присутствующих только мы с Этель, похоже, еще сохранили здравый смысл и попытались охладить пыл зачинщиков. Увы, даже Джон Хиллъярд выступил на их стороне.

– А зачем ограничивать показ только мной? – раздумчиво протянул он. – Почему бы не показать всей нашей братии? В Девоншире живет с полдюжины, не меньше, моих коллег, и я с большинством знаком. Хотите, я их обзвоню?

– Точно! – заверещала Арморель. – Скажите им что-нибудь такое: «Завтра утром в колокольчиковой роще близ Минтон-Дипс совершится злодейское убийство. Будут оставлены все необходимые улики, а сыщиков допустят к телу через пять минут после смерти. Найдите преступника».

– Отличная идея, – усмехнулся Джон, судя по всему, окончательно растеряв остатки здравого смысла.

– Кого мы можем зазвать?

Я улыбнулся Этель и пожал плечами. Она обреченно улыбнулась в ответ.

– Ну, во-первых, Алисию Даммерс, из-под Эксетера, – начал Джон. – Она вообще известный автор, но и детектив у нее был. И Мортон Хэррогейт Брэдли, из Солкома. Да, и еще одну известную писательницу, тоже ударившуюся в детективы, миссис Фитцуильям. Ну знаете, она печатается под псевдонимом Хелен Эш.

– Хелен Фитцуильям? – переспросил голос от двери. – Я ее знаю. По крайней мере, когда-то знал, и чертовски близко. Славная крошка. А что вы вдруг о ней?

Само собой, это оказался Скотт-Дэвис. Никто более из знакомых мне джентльменов не позволил бы себе говорить о даме в таком тоне.

Арморель во весь голос объяснила ему.

Эрик, конечно, одобрил затею. Ввалившись в комнату, он прислонился к каминной полке, засунув руки в карманы. Мое присутствие, судя по всему, нисколько его не смущало.

– Устроим все в лучшем виде. – Он словно бы полностью взял ситуацию в свои руки и немедленно принялся командовать: – Джон, сочините нам историю. Что-нибудь такое обыденное. Ссора между гостями, а?.. Привет, Пинки, высохли волосы?

Невероятная наглость!

Я отвел глаза и демонстративно обратился с какой-то репликой к миссис де Равель.

– Ах, Пинки не желает со мной разговаривать, – не унимался невыносимый тип. – Итак, Джон, ссора между гостями. Справитесь? А кто будет трупом?

– Ну это же очевидно, Эрик, конечно, ты, ягненочек мой, – завопила Арморель. – Тебя всякий убить захочет. Да и потом тебе, бедняжечке, никакая другая роль не под силу.

– Отлично, труп за мной. А кто меня убьет?

– Точно так же очевидно, – осклабился Поль де Равель. – Пинки.

Давно терпеть не могу де Равеля.

Рад отметить, что всех остальных это бестактное замечание явно смутило.

– Погодите-ка, – торопливо вмешался Джон. – Насчет убийцы надо придумать что-нибудь позаковыристее. Да, пусть выйдет ссора между гостями, но пусть она послужит ложной уликой. А настоящим убийцей пускай окажется кто-нибудь со стороны. Вообще не из дома.

– Могучий писательский ум за работой, – в притворном благоговении выдохнула Арморель. – Эй вы, потише! Слушайте, как вращаются колесики.

– Давайте, Джон, – благосклонно подбодрил хозяина дома Эрик.

– Тогда нужен кто-нибудь, кто в любом случае просто обязан находиться на месте преступления, – медленно начал Джон, – так, чтобы его присутствие не то что не упоминали, а даже и не замечали толком. Как с почтальоном у Честертона. Помните, все клялись, что ни единой живой души мимо не проходило, потому что на почтальона никто внимания не обращал. Кого бы придумать в таком же стиле? Совершенно незначительного персонажа, занятого рутинным делом.

– Пинки, рассказывающий о своей коллекции марок, – глумливо захохотал Эрик. Рад сказать, что снова никто не улыбнулся.

– Усталый селянин, который медлительной стопою идет[4], – предложила Этель.

– Не-е-е, не совсем то, – отклонил предложение ее супруг.

– Лесничий с ружьем, охотящийся на кроликов, – сказала Арморель. – Развратный сквайр обесчестил его дочь, – продолжала она с тем полным пренебрежением благопристойностью, кое так прискорбно наблюдать в нынешних девицах, – а он очень удачно принимает сквайра за кролика и всаживает в него пулю.

– Недостаточно убедительно, – засмеялся де Равель. – Никто не примет Эрика за кролика. Конечно, если переменить роли и сделать трупом Пинки…

– Поль, заткнись, – оборвала его Арморель.

– Чудесная идея, Арморель, – торопливо вмешался Джон, – и все же хотелось бы чего-нибудь получше. Лесничего вполне могут заподозрить. Вспомните про почтальона.

– Кажется, у меня есть идея, – протянула Сильвия де Равель и, широко распахнув глаза, сделала паузу, чтобы мы все подготовились эту идею воспринять. – Не совсем про почтальона, наверное, но примерно в ту же сторону. Сохраним развратного молодого человека и соблазненную дочку, только мстящий отец пусть будет не лесничим, а местным полицейским. И предполагается, что он обнаружил тело жертвы, а не убил. Его присутствие уж точно будет восприниматься само собой разумеющимся.

– Великолепно, Сильвия! – захлопал в ладоши Джон. – То, что нужно. Да, это будет тайный мотив, а ссора среди гостей – просто для отвода глаз. О, никому из наших знаменитых жертв и в голову не придет устроить перекрестный допрос полицейскому, нашедшему тело.

– Да, Сильвия, просто отлично, – заорал Эрик. – И, ей-богу, старина Пинки может сыграть полицейского. Пинки-полицейский! Представляете, а?

– Безусловно, – тихо улыбнулся я. – Безусловно, я сыграю полицейского, если это всех позабавит.

Теперь, когда все решилось, отказаться принять участие в игре с моей стороны означало испортить удовольствие всем остальным. Да и в любом случае я не хотел показывать, что Эрик Скотт-Дэвис вывел меня из себя.

Мои слова вызвали новый взрыв аплодисментов, и я понял, что единогласно утвержден на звездную роль полицейского. Возможно, глупо и даже по-детски с моей стороны, но при этой чести, пусть и нелепой, меня вдруг пробрала дрожь удовольствия. Да и Эрик Скотт-Дэвис поставил себя в дурацкое положение, когда его вот так поймали на слове.

Эльза Верити, которая не произнесла еще ни слова с тех пор, как вернулась вместе с Эриком, тоже с улыбкой кивнула в знак одобрения.

– Давайте же, Джон, – не унималась Арморель. – Идите обзвоните всех. Куйте железо, пока горячо. Завтра как следует обдумаете все еще раз. Мы сделаем за вас всю работу.

Джон поднялся:

– Что ж, пожалуй. Сирил, идемте со мной, будете диктовать мне номера.