Глаза убийцы - Джон Сэндфорд

— Лукас?

Никакого ответа.

— Дэвенпорт, ради бога…

— Ты хочешь поехать в больницу? — спросил Слоун.

— Зачем? — спросил Лукас.

Дел отвел его от стены, затащил в лифт, и они спустились в вестибюль.

— Там тебе дадут что-нибудь сильнодействующее.

— Нет.

— Ты в жутком состоянии. Так нельзя, — сказал Слоун. Он вел «порше», а Лукас полулежал на сиденье рядом с ним.

— Просто отвези меня домой, — сказал Дэвенпорт.

Буря вернулась в его сознание, буря, которой он так боялся. Лицо Кэсси. Вещи, которые ему бы следовало сделать, которые он мог бы сделать, которые могла бы сделать Кэсси. Он метался по кругу: тысячи возможностей, миллионы вариантов, и каждый вел к жизни или смерти… В его сознании всплыло лицо Сибил.

— Мы спасли жизнь женщине, которая должна умереть через неделю… — простонал он.

— Но юристы уже просматривают запись ее показаний — возможно, мы сумеем взять Беккера.

— Будь я проклят, — сказал Лукас, опустив голову.

Он должен был плакать, но у него не получалось. Потом он сказал:

— Я поехал в похоронное бюро. Если бы я решил зайти к ней…

Прошло несколько минут.

— Каждая женщина, с которой я начинаю встречаться, страдает. Я — самое настоящее проклятие для них…

После долгой паузы он добавил:

— Я мог ее спасти.

— Мне нужно позвонить, — неожиданно сказал Слоун, направляя машину к стоянке у магазина. — Подожди минутку.

Детектив набрал номер Эллы Крюгер, стараясь не упускать из виду друга, полулежащего на пассажирском сиденье «порше». Он видел лишь его макушку. Трубку взяла секретарша; Слоун объяснил, что он из полиции и звонит по срочному делу. Девушка довольно быстро сумела выяснить, что монахиня ушла обедать, и сказала, что ее сейчас позовут. Она попросила немного подождать.

— Лукас? — сказала Элла, взяв трубку.

— Нет, это его друг Слоун. У Лукаса несчастье…

Когда детектив вернулся в машину, глаза Дэвенпорта были закрыты, и он дышал медленно, словно спал.

— Ты в порядке? — спросил Слоун.

— Чертов Дружок. Если бы он отозвался, то мог бы посмотреть на фотографию Друза в тот момент, когда я ее нашел, и мы бы его взяли. А так нам пришлось поместить объявление в газету, и мы потеряли время…

— Теперь уже ничего нельзя изменить, — ответил Слоун.

Элла ждала их возле дома Лукаса. Она приехала в маленькой черной машине вместе с другой монахиней.

— Как ты? — спросила она.

Дэвенпорт потряс головой, глядя себе под ноги. Он не мог посмотреть ей в глаза, это было непосильной задачей.

— Я могу позвонить своей подруге, она привезет для тебя успокоительное.

— У меня в голове снова началось… — сказал он.

Пистолеты: он уже чувствовал оружие в подвале своего дома. Не так сильно, как прошлой зимой, но ощущение вернулось.

— Позволь мне позвонить подруге.

Элла взяла его за руку и повела к дому, как ребенка, Слоун и вторая монахиня следовали за ними.

На следующее утро Дэвенпорт проснулся измученным.

Лекарства позволили ему погрузиться в забытье без снов. Буря в голове утихла, но он чувствовал, что она затаилась где-то на горизонте сознания. Он осторожно встал с постели, пошатываясь, добрел до двери спальни, распахнул ее и чуть не упал на диван. С дивана, придвинутого к двери, поднялся Слоун.

— Лукас…

Детектив был в футболке и брюках, на плечи он набросил одеяло. Он выглядел усталым и встревоженным.

— Что за дьявольщина здесь происходит, Слоун?

Детектив пожал плечами.

— Мы решили, что это будет правильно — вдруг ты начнешь бродить ночью…

— И стану искать свои пистолеты?

— В общем, что-то в этом роде, — не стал спорить Слоун и посмотрел на друга. — Ты выглядишь дерьмово. Как ты себя чувствуешь?

— Так же, — сказал Дэвенпорт. — И я собираюсь выкопать нескольких мертвых детей.

Кровь отхлынула от лица Слоуна, и Лукас не сумел сдержать улыбку — так может улыбаться вдова в день похорон мужа.

— Не беспокойся, я не спятил. Давай я расскажу тебе о Беккере…