Фикс - Дэвид Бальдаччи

Джеймисон опустила взгляд на пояс, на кобуру с пистолетом.

– Это непросто, Алекс, – сказала Браун. – И никогда не станет проще.

– Меня это изменило, Харпер. Я уже никогда не буду такой, как прежде. Я убила человека.

– Ты не изменилась. Изменилась лишь какая-то твоя частица. И это большая разница.

– Но ведь в какой-то момент можно будет двинуться вперед, правда?

– Ты обязательно двинешься вперед, Алекс. Я вовсе не говорю, что это будет просто, потому что это не так. Но это обязательно произойдет.

С признательностью улыбнувшись, Джеймисон вышла из машины и направилась в здание. Декер ждал ее прямо за дверью. Он внимательно изучил ее лицо.

– Синяков и ссадин нет; очень хорошо. Какие-либо скрытые раны?

– На самом деле мы с ней поладили. Теперь у меня совершенно другое мнение об агенте Браун.

– Что ж, отрадно это сознавать.

– И мы снова говорили о тебе.

– Это еще зачем?

– Мы просто предположили, что тебя нужно считать девушкой.

Амос озадаченно посмотрел на нее.

– Думаю, я оставлю это без комментариев.

Пройдя мимо охранника, они поднялись на лифте наверх. Декер предварительно позвонил Богарту, и тот встретил их в коридоре.

– У меня есть кое-что, – сказал он.

Росс проводил их в кабинет в конце коридора. Там уже сидел перед компьютером Миллиган.

Погасив свет, Богарт кивнул Тодду; тот нажал несколько клавиш, и на противоположной стене ожил экран.

– «Гарри Поттер и узник Азкабана», – сказал Росс. – Мы обнаружили в книге кое-что такое, о чем вряд ли подозревает Дж. К. Роулинг. Все сели?.. Тодд, прокрути.

Миллиган снова нажал клавиши, и на экране появилась страница книги.

– Я ничего не вижу, – сказала Джеймисон.

– Подожди минутку.

Миллиган нажал клавишу, и вдруг некоторые буквы текста начали светиться.

– Они обработаны флуоресцентной краской! – воскликнула Алекс.

– Точно. Мы перепробовали различное освещение и в конечном счете нашли то, что нужно.

– Но они разного цвета, – продолжала Джеймисон. – Буквы разного цвета.

– Мы считаем, что разобрались, в чем дело. Если этой книгой пользовались продолжительное время, с ее помощью передавалось множество сообщений. И благодаря разным краскам получатель определял, что именно ему нужно. Синий цвет – одно сообщение, красный – другое. Мы еще не определили, какие сообщения более старые, а какие новые, но, на наш взгляд, именно так все работало.

– Но о чем тут говорится? – спросил Декер.

– Все не так просто. Буквы не складываются в осмысленный текст. Сейчас над этим работают наши криптографы, и мы обратились за помощью в АНБ и РУМО. Возможно, на это потребуется какое-то время, но по крайней мере мы знаем, что именно так передавались зашифрованные сообщения.

– Между Беркшир и Дженкинсом, – добавил Декер.

– Точно. Беркшир добывала секреты, шифровала их и записывала в книгу, после чего Дженкинс с помощью специального освещения восстанавливал текст, переписывал его и расшифровывал. А затем переправлял дальше тому, на кого работал.

– Хитрый шаг – использовать для этого хоспис, – заметил Декер.

– Ты хотел сказать – жестокий, – добавила Джеймисон.

– Таким образом, Беркшир и Дженкинсу даже не нужно было встречаться, – сказал Богарт. – Они просто пользовались книгой.

– Ты полагаешь, они воспользовались этим способом, чтобы передать секреты, похищенные Дабни? – спросила Джеймисон.

– Полной уверенности у меня нет, но можно предположить, что так все и было.

– И тем не менее Дабни убил Беркшир. Почему?

– Мы постоянно возвращаемся к этому, – согласился Богарт. – Раскаяние в содеянном?

– Но мы даже не смогли установить, что Дабни и Беркшир встречались друг с другом, – заметил Амос.

– Ну, они могли встретиться на конспиративной квартире. Быть может, в том домике в лесу…

– Итак, Дабни продает Беркшир секреты, – сказал Декер. – Он полагает, что речь идет о десяти миллионах, но на самом деле сумма значительно меньше. Дабни даже не видит перевод денег. Он только знает, что деньги пришли по адресу, потому что его дочь и ее семья живы и здоровы. Затем его охватывает раскаяние, как ты и сказал, он убивает Беркшир, а потом и себя. Но почему в таком людном месте? И почему Беркшир согласилась встретиться с ним перед зданием имени Гувера? Наверное, это самое последнее место на земле, куда ей захотелось бы пойти. Я хочу сказать, разве она не учуяла бы западню?

– Может быть, и нет, – возразил Богарт. – Я хочу сказать, Дабни только что совершил с ней сделку. Она могла подумать, что он хочет совершить новую сделку.

– Шпионка, использующая такое тонкое прикрытие, как книга в хосписе, чтобы не встречаться с другим шпионом, с кем работает уже длительное время, решает встретиться лицом к лицу с типом, с которым, возможно, совершила всего одну сделку, прямо на пороге американского правительственного ведомства, чьей задачей является охота на шпионов? – Декер посмотрел на Богарта. – Честное слово, много ли здесь смысла?

– Немного, – согласился Росс. – Но это произошло.

– Нет, возможно, этого не было, – ответил Амос.