Возвращение Крестного отца - Марк Вайнгартнер

— «По-моему, ты протестуешь слишком бурно»[14].

— Что за ерунда!

Джерачи кивнул в сторону оранжереи.

— Так, вспомнилось… Это ведь Шекспир, Фредо! Ты же теперь актер, неплохо бы знать такие вещи!

— Хватит умничать, «простой кливлендский парень»! Считаешь меня дураком?

— Успокойся, я вообще никак не считаю! Просто вспомнилась шекспировская строчка, и все.

— Я видел шекспировские пьесы, и здесь, и в Италии!

— Да? Какие именно?

— Ну, так сразу не вспомнишь… Слушай, ты что, учитель литературы? Хватит указывать! К твоему сведению, у меня есть дела поважнее, чем читать книжки и ходить по театрам. Пьесы я видел, ясно? Тоже мне, умник!

— Хорошо-хорошо!

Некоторое время они шли молча. Пусть Фредо выпустит пары!

— Слушай, прости! — прервал молчание Ник. — Просто боюсь потерять расположение Майка, только и всего.

— Не бойся ты ничего! Дело слишком серьезное и масштабное, чтобы один человек мог уследить за всеми мелочами.

Если Фредо и правда так думает, то он не знает собственного брата.

— Высокомерие — вот главная беда Майка, — продолжал Фредо. — Он ведь даже не допускает, что у человека могут быть меркантильные желания. Например, я хочу открыть собственное дело. Что-то, принадлежащее только мне. Если ты не согласен…

— Фредо, не надо передергивать. Все, что хотел, я уже сказал. — Джерачи не ошибся в своих предположениях. Милый Фредо охотно продал брата за тринадцать сребреников. Как грустно! Но все же Фредо ему нравился. — Как ни крути, без помощи Майкла ничего не выйдет.

Корлеоне пожал плечами и посмотрел на свои мокасины:

— Кажется, я ошибся с обувью.

— Надо было надеть ковбойские сапоги! — посоветовал Джерачи.

— Какие еще сапоги?

— Я думал, в Голливуде все носят ковбойские сапоги и пару «кольтов» за поясом. Особенно Фредо Корлеоне — истребитель гоночных машин и карликовых пуделей!

Фредо засмеялся.

С чувством юмора у него все в порядке — еще один факт, говорящий в его пользу. И все же пешкой придется стать именно ему, ничего не поделаешь.

— Черт с ними, с машинами, — отозвался Фредо, — а вот собачку жаль!

— Ей правда оторвало голову?

Фредо воздел глаза к небу:

— Правда! Вот если бы я целился, то не попал бы ни за что на свете!

— Нам пора, — напомнил Ник, кивая в сторону выхода. — Опаздывать нельзя!

— Знаешь, у нас с тобой много общего!

— Весьма польщен! — Ник по-братски похлопал Фредо по спине.

Они пересекли шаткий деревянный мост над замерзшим прудом.

— Знаешь, как красиво здесь весной? Все деревья в цвету, розового столько, что словами не передать! — восторженно проговорил Ник.

— Обязательно приеду в апреле!

— Знаешь, давно хотел кое о чем тебя спросить…

— Спрашивай, дружище!

— Наверное, вопрос прозвучит бестактно, но в чем заключаются обязанности sotto capo? Майкл объяснял?

— Ты серьезно? С чего ты вдруг интересуешься?

— Потому что никто, и я в том числе, не понимает, что это за должность. Прости, да только всем кажется, что это чистой воды формальность!

— Формальность?! Да вы что, с ума посходили? У меня полно обязанностей! Таких, о которых нельзя рассказывать!

— Все понятно, просто…

— Наверное, после смерти Пита я стану посещать Собрания вместе с Майком! Это ответственнее, чем должность consigliere!

«Наверное»! Значит, этот идиот вообще не понимает, о чем речь! Пит ведь даже не был consigliere! Судя по всему, в дела семьи Фредо вообще не вникает!

— Но ты же у всех на виду! — с притворным удивлением воскликнул Джерачи.

— Ну, это сильно сказано! Крошечные роли, небольшое шоу… Семье это не помешает, скорее наоборот!

— Здесь я согласен, — признал Джерачи. — Все это очень поможет в создании нового имиджа семьи. Так ведь это далеко не все…

Они вернулись к машине.

— Не беспокойся! Мы с Майком обо всем договоримся!

Ник Джерачи не мог понять одного: если Майкл хочет превратить семью в мощную корпорацию наподобие «Дженерал моторс», зачем управлять ею, словно семейной лавочкой? «Корлеоне и сыновья», «Братья Корлеоне»… Разве у таких фирм есть шанс? Кто встал у руля, когда подстрелили Вито? Не Тессио, самый умный и преданный Вито человек, а смутьян Санни! Почему? Да потому что он Корлеоне! Фредо даже в дворники не годится, а Майкл сделал это ничтожество sotto capo!

Хейген не мог быть consigliere по определению, он ведь даже не итальянец! И все же он им стал, потому что вырос в семье Вито. Вот Майклу в способностях не откажешь! Однако отец сделал его боссом единолично, ни с кем не посоветовавшись. Разве можно ставить во главе семьи зеленого мальчишку? Получается, Санни, Майкл, Том и Фредо стали тем, кем стали, только благодаря фамилии? Воистину, лавочка «Братья Корлеоне»!

Семья оказалась во власти человека, который строит грандиозные планы и уничтожает неугодных. Он довольно умен, но разве кому-нибудь, кроме Салли Тессио, Ника Джерачи и, возможно, Тома Хейгена, приходило в голову, что их судьба полностью зависит от прихоти Майкла?

Если честно, то и сам Джерачи впервые об этом задумался только после того, как узнал, что Майкл пытался его убить. Что же, лучше поздно, чем никогда!

Похороны Питера Клеменца стали последними грандиозными похоронами в истории итальянской мафии. В соборе Святого Патрика было нечем дышать от сотен тысяч букетов и траурных венков. В прилагающихся записках чаще всего стояли лишь таинственные символы. В последний раз среди присутствующих было столько политиков и судей. Что касается представителей шоу-бизнеса, то они вообще редко упускают случай покрасоваться на публике, и тем не менее похороны Клеменца побили все рекорды. В толпе скорбящих можно было разглядеть почти всю элиту Нью-Йорка и даже гостей с далекой Сицилии. Никогда больше дон не придет на похороны члена другой семьи. Еще только раз соберется вместе вся Cosa Nostra. А пока шла церемония в дань памяти скромного импортера оливкового масла, который едва знал большинство присутствующих. Самым известным знакомым Клеменца был Джонни Фонтейн, но он на похоронах не появился.

Ник и Шарлотта Джерачи сидели за один ряд от Сала Нардуччи, его жены и сына Бадди, который вместе с Рэем Клеменца владел сетью супермаркетов, совершенно легальными инвесторами которой выступали семьи Корлеоне и Форленца. (Откуда взялся первоначальный капитал, молодых людей не волновало. Да и вообще, откуда берутся деньги и какой капитал является «первоначальным»?) Увидев Ника, Нардуччи долго хлопал его по спине.