Праздник покойной души - Валентина Андреева

– Дим, ты ее тряхни, как следует, а я сейчас – только возьму свои вещи и ключ от дома. – Окончание Наташкиной фразы долетело уже из спальни Антонины Генриховны.

Прошло три дня. Целых три дня спокойной мирной жизни на нашем тринадцатом этаже. Приехавший из командировки Борис не уставал удивляться царившему в наших семьях спокойствию. Все разговаривали друг с другом, расточая приветливые улыбки и не повышая голоса.

Вернувшаяся домой Милочка долго плакала по телефону, не в силах выжать из себя даже слова благодарности. Вместе с Наташкой они составили прекрасную пару. Полчаса сплошных рыданий, прерываемых только междометиями. Я за это время ужин приготовила. Договорились встретиться только тогда, когда все будем окончательно спокойны и готовы к нормальному разговору. Димка вместе с Вячеславом отвезли Дашковским свалившееся на них наследство, по взаимной нашей договоренности умолчав об имеющихся на него претендентах. Сами разберутся. У каждого свое собственное чувство справедливости.

И ведь действительно разобрались. Да так, что мы с Наташкой только ахнули! Месяцев через десять Людмила Станиславовна Дашковская прибавила к своей фамилии еще две: Винтер-Келлер. Вместе с Фимкой вышла замуж за внука госпожи Элизабет Винтер-Келлер, которую Ольга Ивановна – бабушка Людмилы, ласково называла Лизонькой. За того самого старика Генриха, сорока двух лет от роду, который, в свое время, напрочь отказался выполнить волю отца и жениться на Маринке. Живут молодые в замечательном Австрийском городке Зальцбурге – родине Моцарта.

Елизавета Угрюмцева, она же госпожа Винтер-Келлер, неожиданно для самой себя обрела спокойное счастье в новом статусе вдовы и перестала стремиться в жаркие страны. Хотя строгий режим экономии, рухнувший в связи со скоропостижной смертью супруга прямо у телеэкрана, время от времени позволяет ей швырять деньги на ветер странствий и перемен. С Людмилой они практически не общаются.

Как удивительны фортели судьбы! Маринка приняла твердое решение закончить свой РУДН и ни при каких обстоятельствах не выходить замуж за иностранца. Объясняет это аллергией.

У сестры Влада – Лизы на носу защита кандидатской диссертации. Сам Влад закончил институт, работает программистом в крупной рекламной кампании и осенью намерен посетить Зальцбург, чтобы убедить Людмилу в своей правоте: она нигде не будет счастлива и ни с кем. Кроме него.

Ох уж эти третьи лишние… Я попыталась убедить Влада в бесперспективности решения – для Людмилы он, без вины виноватый, всегда будет страшным напоминанием о трагедии Дашковских. Не убедила. Наташка пошла своим путем. Отыскала девицу, удивительно похожую на Людмилу. Увы, только внешне…

У Григория Совкина открылись редкие способности: он научился видеть предметы в полной темноте. Даже читает по ночам, не зажигая света и радуя свою мать экономией постоянно дорожающей электроэнергии.

«Народный артист» Анатолий Андреевич, пройдя курс лечебной терапии, вернулся в родную деревню, где в первый же день дал большой сольный концерт. Увы, последний. Потерял голос. Вернувшаяся с ночевки у соседей семья потерю компенсировала лишь частично. С песнями ушла радость жизни. В знак траура было ликвидировано производство «Анатольевки». Душевную пустоту заполнили заботы об организации пасеки. Музыка пчелиного роя открывает страдальцу новые грани искусства жить в ладу с окружающим миром.

Угрюмцев Тимур Георгиевич осужден к длительному сроку лишения свободы с отбыванием в исправительно-трудовой колонии строгого режима. Нарисованная мною картина преступления подтвердилась полностью. За исключением незначительных деталей. Самой страшной новостью, вызвавшей у Тимура нервный срыв, было сообщение о том, что заветная шкатулка содержала только лекарственные препараты. Он так не переживал даже смерть Эдика, которого убил, якобы спутав его с Владом.

Загородный дом Дашковских продан. Содержимое перекочевало к Совкиным. Теперь внешнее содержание их дома не соответствует внутреннему. Куда делась этажерка, мы не знаем.

Новый владелец участка снес все построенное вместе с фундаментом, хранившим печальную память об истории семьи Келлер-Дашковских. Там уже начинает пробиваться трава – трава забвения. Фундамент нового строения заложен на месте старенького дома, бывшей дворницкой.

Наши семьи – моя и Натальина – получили приглашение погостить в Зальцбурге. Боксериха Денька и кошки его не получили. Но до августа времени хватает. С кошками, надеемся, проблем, благодаря нашей бабуле, не возникнет. Главное, заранее бабушку в этом убедить. А еще недавно в программе «Розыгрыш» мы своими глазами видели, насколько Александр Абдулов истинно по-собачьи, то есть, не допуская и мысли о предательстве, привязан к собакам, эталону верности и преданности. Со всей ответственностью доброго и порядочного человека. А у него так много почитателей! Наташка права, найдется кто-нибудь пригреть на пару недель боксериху Деньку. На всякий случай, следует приучить ее отзываться на кличку Алекс.