Где распростерся мрак… - Майкл Ридпат

— Уже выяснили, кто этот тип? Который стрелял?

— Нет. Паспорт американский, хотя мы уверены, что фальшивый. А сам он молчит.

— Правильно: он же профи.

Прошлой ночью Магнус сообщил все имевшиеся у него сведения, включая контактный адрес в бостонском полицейском управлении. Балдур предельно ясно дал понять, что и на пушечный выстрел не подпустит Магнуса к допросу доминиканца.

— Они могут еще кого-нибудь прислать, — заметила Вигдис. — Или даже целую группу наемников.

— У них уйдет не меньше двух суток, чтобы узнать о неудаче и подготовить замену. А к тому времени меня здесь уже не будет.

— Все равно держите ушки на макушке, — посоветовала Вигдис. — Тем более что Арни за вами уже не присматривает.

Магнус усмехнулся:

— Постараюсь.

Вигдис права. В ближайшие сутки особой опасности не предвидится, но вот после этого надо найти надежное местечко, отсидеться вплоть до вылета в Штаты.

— Если что-то понадобится, обращайтесь без стеснения, о’кей?

— Ладно. Спасибо.

Когда Вигдис ушла, Магнус занялся своим компьютером. Сообщать о происшествии Уильямсу и федералам надо лично. Впрочем, не успел он начать набивать письмо, как в почтовом ящике появилось входящее сообщение, причем присланное напрямую, а не через ФБР.

«Магнус, привет!

Я должен вам кое-что рассказать. Пару дней назад ко мне в квартиру вломился какой-то мужик и вставил револьвер в рот. Он хотел знать, где вас найти. Ну, я и упомянул ему про доменный адрес полицейского управления Рейкьявика, потому что это было указано в шапке вашего сообщения.

Я очень переживаю, что так вышло. На работе я ничего об этом не рассказывал, но вам, по-моему, на всякий случай лучше находиться в курсе.

Джонни Йоу».

Магнус вспыхнул от бешенства, ткнул иконку ответа и принялся настукивать письмо, но через пару слов остановился. Вообще-то Джонни винить нечего. Оружие было настоящим, угроза абсолютно реальной, и если бы Джонни не раскололся, ему вполне могли снести полчерепа.

Хотя он мог бы и пораньше предупредить.

Злиться в первую очередь надо на самого себя — нечего нарушать протокол безопасности, назначенный ФБР. На то и придумали обходной способ пересылки сообщений в Штаты. Как теперь стало ясно, по вполне обоснованной причине.

Магнус стер неоконченное письмо, заменив его лишь простенькой фразой: «Спасибо, что наконец-то соизволили сообщить». Ничего, с Джонни Йоу он еще разберется: нет, не за разговор с гангстером, а за медлительность. Всему свое время.

Затем сержант составил письмо для Уильямса, где описал события прошлой ночи, хотя и опустил тот факт, что доминиканцы вышли на Исландию с подачи Джонни Йоу.

Увлекшись работой, он не сразу заметил, что к противоположному краю стола, на место Арни, подсел какой-то человек. Снорри Гудмундссон, национальный комиссар полиции. Большой Лосось собственной персоной.

Да, сержант ожидал, что рано или поздно его вызовут на ковер, однако он и не предполагал, что комиссар придет к нему сам.

— Как поживаете, Магнус? — спросил Гудмундссон.

— Ни в сказке сказать, ни пером описать, — ответил тот. — Особенно насчет Арни. Места себе не нахожу…

— Напрасно. Я же знаю, что вы под топором ходите. Да и с самого начала я не отрицал возможность, что за вами кто-нибудь явится. Признаюсь, допустил я промах, не предусмотрел, что могут пострадать мои люди… Но это уже моя сфера ответственности, а не ваша. — Комиссар вздохнул. — Слова Богу, он выживет.

— Врачи уже уверены? — насторожился Магнус.

— Ну, стопроцентной гарантии от них не добьешься, однако дела идут на лад.

— Арни — смелый парень, — сказал Магнус. — Очень смелый.

— Я знаю.

— Послушайте, Снорри… Я тут хотел вам сообщить… В общем, шеф недавно дал мне понять, что бостонский процесс перенесли поближе, на следующую неделю. Мне придется лететь, чтобы там выступить.

— Что ж, хорошая новость.

— И… и я уже не вернусь…

— А вот это вряд ли. — В глазах комиссара сверкнули насмешливые искры.

Магнус недоуменно вздернул брови.

— А чего вы удивляетесь? Мы же этот вопрос обсуждали в самый первый день. Я пригласил вас сюда сроком на два года.

— Да, но… После всех этих событий…

— Смотрите: по делу Агнара появились результаты. Теперь мы знаем, кто убийца, осталось лишь его поймать. Как мне сообщили, вы сыграли немаловажную роль в раскрытии этого преступления.

— Сообщили? Кто? Уж конечно, не Балдур?

— Разумеется, нет. Торкетл.

— Вот уж сомневаюсь, что ему понравилась новость о подстреленном племяннике.

— Тут вы правы, но он вас ни капельки не винит. А если обижается на меня, то вслух этого тоже не заявляет.

— Постойте, а как быть с Балдуром? Он спит и видит, когда меня спровадят в Штаты.

— С ним я разберусь сам.

— Ну, не знаю, — с сомнением сказал Магнус. Вплоть до этой минуты он был уверен, что Исландия в его жизни закончится через пару дней и что это станет наилучшим выходом.

— Словом, мы вас ждем, — заявил комиссар, поднимаясь со стула. — У вас теперь есть моральное обязательство. Оно важно для меня, и, как я полагаю, для вас тоже.

Провожая взглядом высшего начальника, Магнус лихорадочно обдумывал две мысли одновременно.

Во-первых, следует ли ему оставаться в Исландии? А во-вторых (хотя это чувство и носило меньший приоритет), он не мог отделаться от неприятного ощущения, что комиссар оказался не прав: дело Агнара отнюдь не раскрыто.

Минут через десять в отдел пожаловал Балдур.

— А вы что тут делаете? — зарычал он, едва завидев Магнуса.

— Здесь мое рабочее место. По крайней мере на текущий момент.

— Мне зеваки ни к чему. Рапорт составили?

— Еще ночью.

— Тогда катитесь домой. Если понадобитесь, вас вызовут.

— Вы уже нашли преподобного Хакона? — кротко спросил Магнус.

— Пока нет. Ничего, это дело времени. Из страны ему все равно не выбраться.

— На хутор Стенк заглядывали? Или в Алфабрекку?

— С какой стати?

— Так ведь мы знаем, что кольцо полностью держит Хакона в своей власти. Он человек со странностями, своего рода романтик. Где ему придет в голову прятаться? Я совершенно уверен, что вы уже обшарили все очевидные места — например, аэропорты или дома родственников, если таковые имеются… Однако есть шансы, что он отправится туда, где находится нечто важное с точки зрения кольца. Например, хутор Стенк. Или, скажем, пещера, где нашли это кольцо. Кажется, у меня в машине осталась карта, которую некогда составил доктор Асгримур.