Реквием для меццо - Кэрола Данн

Довольная тем, что Алек ценит ее помощь, Дэйзи помогла расправить широкое, странной формы зеленое покрывало.

— Чехол для рояля, мисс, — пояснил капельдинер.

Музыкальные атрибуты не оставляли несчастную и после смерти — Беттина исчезла под необычным зеленым саваном.

Дэйзи оглянулась на овдовевшего Роджера — склонившийся над ним молодой доктор разговаривал с Мюриэл.

— Да-да, верно, мистеру Абернати нельзя ложиться, — говорил он, — но следует пересадить его в более удобное кресло. Кстати, доктор Вудвард к вашим услугам.

— Он не может идти, доктор Вудвард, — запротестовала Мюриэл.

Яков Левич положил ладонь ей на руку:

— Я помогу.

Доктор кивнул:

— Спасибо, сэр, вдвоем мы справимся. Вот только куда?

— В кабинет дирижера, — предложила мисс Блейз с неожиданным злорадством. — Я проведу вас.

В глазах Мюриэл читалась тревога.

— Пойдете со мной? — умоляюще обратилась она к Дэйзи. — Бедному Роджеру так плохо, и…

— Я бы пошла. — Дэйзи обняла ее за плечи и вдруг заметила на сцене какую-то женщину, которой там раньше не было. — Но Ал… старший инспектор Флетчер просил меня оставаться здесь. Я приехала с ним. Он скоро вернется, и тогда я сразу вас найду.

— Да, пожалуйста. — С этими словами Мюриэл последовала за остальными.

Незнакомка была среднего возраста, полная, с невыразительным лицом. Ее наряд, даром что недешевый, смотрелся невзрачно и безвкусно. Как только она увидела Гилберта Говера, с излишним жаром обнимающего пышногрудую Консуэлу, губы ее сжались.

Говер тут же отпрянул от певицы как ужаленный и нервно пригладил завитые волосы.

— Дженнифер, дорогая! — Он подошел к женщине, которая, по всей видимости, была его супругой, взял ее за руки и поцеловал в щеку. — Мисс Делакоста ужасно испугалась, чуть истерику не устроила. Я ее успокаивал. Ох уж эти иностранцы!

— Слишком темпераментные, да? — сухо заметила миссис Говер.

— Я… э-э… не знал, что ты придешь.

— Детей пригласили на чаепитие и партию в теннис, так что я решила воспользоваться билетом, который ты мне дал.

— Я рад. — Стареющий тенор неожиданно прильнул к жене. — Тут полная неразбериха, дорогая. Полиция уже здесь. Похоже, они подозревают, что Бет… мисс Уэстли отравили.

Миссис Говер начала что-то объяснять, но тут подошел Алек, и Дэйзи присела на край сцены, чтобы с ним поговорить.

— Что-то еще случилось? — тихо спросил он.

— Нет, не считая того, что мужу Беттины стало плохо с сердцем. Тем не менее мне нужно многое вам рассказать.

— Не сочтите за неблагодарность, но, надеюсь, вы не собираетесь…

— Участвовать в расследовании? — виновато продолжила Дэйзи. — Не собиралась, однако Мюриэл хочет, чтобы я была рядом.

Алек тяжело вздохнул:

— Нетрудно догадаться. А если отправить вас домой, скажут, что я давлю на свидетелей… Разумеется, я хочу поговорить и с ней, и с мужем покойной. Он ведь хормейстер?

— Да. Оба потрясены, но Мюриэл взяла себя в руки, когда мистеру Абернати стало плохо. Она знает, что делать с его приступами, а сейчас с ним еще один из врачей, доктор Вудвард.

— Нужно будет спросить, в состоянии ли пациент отвечать на вопросы. — Алек взъерошил ладонью волосы — упругие темные кудри тут же снова легли как были. — Я распорядился, чтобы полиция перекрыла выходы — у большинства присутствующих спросят только имена и адреса. Труднее всего решить, кого допрашивать в первую очередь.

— Остальных солистов. — Дэйзи оглянулась, но на сцене уже никого не было, кроме накрытого чехлом трупа. В зале тоже было пусто, только некоторые зрители дальних рядов предпочли остаться на своих местах, а не толпиться в проходе и в фойе.

— Да, я так понял, что солисты пользовались одной гримуборной, — сказал Алек. — Органист тоже был с ними. Управляющий, майор Браун, считает, что бокал миссис Абернати, скорее всего, стоял там во время антракта. У двери дежурил капельдинер, но я еще не успел ни поговорить с ним, ни осмотреть гримуборную. Браун ее запер, а ключ отдал мне.

— А во время спектакля ее не заперли?

— Нет. Никто ведь не ожидает, что опоздавшие зрители станут шариться по сумкам солистов, не говоря уж о том, чтобы подсыпать им яд.

— Да уж, вряд ли!

— Хоть бы мне не пришлось гоняться за опоздавшими. Тут ничего невозможно найти. Здание круглое, в нем служебных помещений-то нет. А гримуборные, если их можно так назвать, вообще за пределами основного здания, так что и артисты, и зрители ходят по одному и тому же коридору. Сущий хаос! Ладно, сначала главные подозреваемые.

— Дирижер? — предложила Дэйзи. — Он ведет себя как-то странно. Он…

— С ним позже. Кто еще?

— Его жена, пожалуй. Оливия Блейз — конкурентка Беттины, теперь уже бывшая. Возможно, жена Гилберта Говера, хотя не уверена, что она вообще общалась с Беттиной. Это она там с ним сейчас. Больше пока никто в голову не приходит.

— Не забывайте про органиста, трех врачей и Брауна. Ими я тоже должен заняться сам, а не передавать Тому Трингу.

— Сержант Тринг будет здесь? — обрадовалась Дэйзи. У них с великаном-сержантом была взаимная симпатия.

— Его и Эрни Пайпера я выдернул из дома. Приедут, как только смогут. Полагаю, дело поручат мне, раз я тут оказался, хотя суперинтендант местного участка, возможно, будет настаивать, что это их юрисдикция.

— И совершит глупость. — Дэйзи вспомнила жалкого в своем отчаянии Кокрейна, блеск в глазах Марченко и пылкое обвинение Консуэлы Делакоста. — У меня такое чувство, что скоро вам предстоит подробно узнать, что такое артистический темперамент.