Программист жизни - Надежда и Николай Зорины

Где может быть этот чемодан? На антресоли между кухней и прихожей или в кладовке. Или еще где-нибудь. Я методически обшарил всю квартиру, но белого чемодана так и не нашел. Зато в шкафу в нашей бывшей комнате обнаружил огромную картонную коробку, тщательно заклеенную со всех сторон скотчем. Сходил на кухню, принес нож. Открыть удалось ее с большим трудом. Но зато как же мне повезло! Или, наоборот, не повезло. В коробке оказались чуть ли не все вещи брата. Даже записная книжка и телефон. И, что самое главное, плеер.

Записную книжку, телефон и плеер я положил в пакет, аккуратно заклеил коробку, поставил на место, скрыл следы своего пребывания и вышел из квартиры. Пробыл там минут двадцать, не больше, но все это время меня не оставляло ощущение, что я делаю что-то противозаконное. Дверь закрылась так же легко, как и открылась, спасибо техническому гению Борису.

* * *

Ситуация с Борисом, воровское посещение родительской квартиры – все это оставило неприятный осадок. Полина сразу почувствовала, что настроение у меня хуже некуда, хоть я и старался это скрыть. Мы поужинали, натянуто, принужденно разговаривая на совершенно неинтересные, пустые темы, потому что о главном сейчас не решались заговорить. Я видел, что Полине не терпится начать работать с плеером, поэтому сразу после ужина мы и приступили к делу. Полина села в кресло, я протянул ей плеер. Не знаю, что чувствовала она, а мне было не по себе. Еще никогда нам не приходилось «подсматривать» за своими близкими. А кроме того, я за нее боялся.

Полина прикрыла глаза, настраиваясь. У меня жутко заколотилось сердце… И тут раздался звонок в дверь. Мы оба синхронно вздрогнули.

– Кто это может быть? – испуганно спросила Полина.

– Не знаю, двенадцатый час, время, скажем, не самое подходящее для визитов.

Снова раздался звонок. Бросив на Полину тревожный взгляд, я пошел открывать. Сначала мне представилось, что это Стас. А потом в голове замелькали картины несчастий, одна страшнее другой: мои родители решили раньше вернуться с дачи, по пути попали в аварию; в доме Полининых родителей произошел пожар… На пороге стояла и радостно улыбалась моя двоюродная сестра из Питера Людмила. Вернее, Людочка – все и всегда почему-то звали ее только так. Впрочем, и она сама всех называла исключительно ласкательными именами. Я испытал такое облегчение, что не передать. Хотя появление Людочки да еще в такой неподходящий момент уже само по себе несчастье. Совершенно несуразная особа, моя двоюродная сестрица. Жутко эмоциональная, часто не по делу активная, страшно утомительная, а главное, невыносимо болтливая.

– Привет, Витюша! – весело прощебетала она и залилась счастливым смехом. – Приятный сюрприз, не правда ли? – Людочка шагнула в квартиру и широким шутливым жестом бросила в угол прихожей большую дорожную сумку. – Принимайте гостью! Вообще-то я не хотела устраивать никаких сюрпризов, звонила тебе весь день, но у тебя телефон отключен. Наверное, разрядился, а ты и не знаешь. Ах ты, растяпа. – И она звучно поцеловала меня в щеку.

– Телефон у меня украли, – весело, невольно перенимая ее тон, сказал я.

– Да?! – Людочка с наигранным ужасом на меня уставилась. – Так найди вора, ты же сыщик. – Она мельком взглянула на себя в зеркало, быстрым жестом поправила прическу, хотя, на мой взгляд, поправлять там было особо нечего: свои прекрасные ярко-рыжие кудрявые волосы она постригла почти под корень. Людочка, по профессии визажист, то и дело экспериментировала со своей внешностью, искала тот единственно неповторимый образ, который наконец поможет ей обрести счастье. В личной жизни ей катастрофически не везло: за свои неполных тридцать лет Людочка уже три раза выходила замуж, и все неудачно. – Нет, серьезно, ты в полицию заявил?

– Нет еще.

– Заяви обязательно, сейчас телефоны на раз-два-три находят. – Она опять глянула в зеркало, нахмурилась: новый образ ее явно не устраивал. Интересно, что она предпримет в следующий раз – подстрижется наголо и разрисует лысину ромашками?

Людочка разулась, сняла куртку, под ней у нее оказалась невообразимого цвета футболка. Ярко-желтые брюки были какого-то странного покроя – на бедрах висели мешком, а книзу сильно сужались.

– Проходи! – пригласил я.

– Ага! – Людочка изобразила на лице восторг, готовясь встретиться с Полиной. Я немного задержался в прихожей, вешая ее куртку и переставляя на тумбочку сумку. – Полюшка! – заверещала она в следующий момент. – Сто лет тебя не видела!

Полина улыбалась, но я видел, что она раздосадована. Плеер лежал на маленьком столике рядом с креслом. Ну да, «встречу» со Стасом теперь придется отложить на неопределенный срок. Я прекрасно ее понимал, но, хоть это и нечестно было с моей стороны, испытывал облегчение и втайне радовался, что все сорвалось.

– Как поживаете, дети мои? – разливалась Людочка и, не выслушав ответа, продолжала: – А я к вам в творческий отпуск.

– В творческий отпуск? – переспросил я. – Это как?

– Хочу у вас поучиться, набраться опыта. Вы ведь мне не откажете в помощи? – Она хитро прищурилась, посмотрев в мою сторону.

– Конечно, поможем. Ты только скажи, в чем.

– Да вот, послала я свой салон красоты к чертовой матери, достало все, сил нет. – Людочка устроилась в кресле напротив Полины, закинула ноги на подлокотник. – Представляете, одна дурында, моя клиентка, распустила про меня слух, будто я применяю просроченную косметику. У нее рожа какой-то сыпью покрылась, уж не знаю отчего, ананасов, может, пережрала. Она решила, что от пудры. Подняла шум, думала в суд подать. До этого, слава тебе господи, дело не дошло, но всех постоянных клиенток распугала. Хотели меня попереть из салона, да я сама ушла. – Людочка расхохоталась, хотя ничего смешного в этой ситуации не было. – Теперь решила коренным образом изменить род деятельности. Собираюсь открыть у нас в Питере детективное агентство. Как вам моя идейка?

Я не знал, что и сказать. Людочка-детектив – это сильно. Посмотрел на Полину, она с трудом сдерживала смех.

– Одобряете? – Людочка обвела нас взглядом. – Не одобряете, – заключила она по нашим лицам и тяжело вздохнула.

– Да нет, – поспешил я ее успокоить. – Просто все это… несколько неожиданно. И потом, нужна лицензия, а для этого – подходящее образование.

– Я очень легко обучаюсь, – возразила Людочка, надувшись.

– Это прекрасно, но корочки. Понимаешь, диплом – это, конечно, чистая формальность, но без него лицензию тебе не дадут.

– Жаль. – Людочка совсем скисла. – А я думала у вас поучиться. Свое дело хотелось открыть. Быть частным детективом – куда интереснее, чем рожи этих заносчивых дурынд малевать целый день. Да и прибыльнее, наверное. – Она обвела взглядом комнату, но, видно, не усмотрев доказательств прибыльности, рассмеялась и беззаботно махнула рукой: – Но главное – интересно. Деньги – дело десятое. А я чувствую, что у меня бы получилось.

– Не сомневаюсь, – заверил я ее.

– Ты, наверное, голодная, – перевела разговор Полина.