Дело о бархатных коготках - Эрл Стенли Гарднер

– Послушайте, – сказал он. – Я хочу узнать один номер, вот ивсе.

– Что вам, собственно, нужно? – не понимала девушка.

– Это совсем просто, – объяснил он. – Я позвоню из городаодному человеку. Вероятно, он не подойдет сразу же к телефону, но рано илипоздно появится. Сейчас он у парикмахера. После разговора со мной он позвонитпо одному номеру. Я хочу знать, что это за номер.

– А что, если он не станет звонить отсюда? – спросиладевушка.

– Вы все равно получите двадцать долларов, – ответил Мейсон.

– Нам нельзя давать такого рода информацию, – притворносопротивлялась девушка.

– Именно поэтому вы и получите двадцать долларов, –улыбнулся Мейсон. – И за то, что вы послушаете, о чем он будет говорить.

– Ох, но я не могу подслушивать и повторять то, что кто-тоговорит.

– Вы вовсе не обязаны повторять, что будут говорить, –заверил Мейсон. – Я сам вам расскажу содержание беседы. Вы только подтвердите,прав я или нет, чтобы я был уверен, что это тот номер, который мне нужен.

Она поколебалась, но недолго. Украдкой осмотрелась, как быопасаясь, что какой-нибудь случайный наблюдатель может догадаться, о чем ониговорят. Перри Мейсон достал из кармана две десятки и начал их крутить впальцах. Девушка не сводила глаз с денег.

– Договорились, – сказала она.

Мейсон отдал ей двадцать долларов.

– Этого человека зовут Фрэнк Локк. Я позвоню через паруминут, а вы пошлете за ним посыльного. Разговор будет приблизительно таким:Локк позвонит кому-то и спросит, может ли он заплатить четыреста долларов засообщение об одной женщине. Тот ответит, что может.

Девушка медленно покивала головой.

– Телефоны из города также проходят через вас? – спросилМейсон.

– Только если вы попросите тринадцатый внутренний.

– Договорились, я попрошу тринадцатый внутренний.

Он еще раз улыбнулся ей и вышел из отеля. Он нашел заближайшим перекрестком лавочку, в которой был телефон-автомат. Мейсон набралномер отеля и попросил тринадцатый внутренний.

– Все в порядке, – сказал он, услышав голос девушки. – Яхочу говорить с Фрэнком Локком. Пошлите за ним посыльного, только не забудьтесказать, чтобы он пришел в вашу кабину. Вероятно, он не придет сразу, но этоничего, я подожду. Локк сейчас у парикмахера, но вы не говорите этогопосыльному. Скажите ему только, чтобы он заглянул к парикмахеру.

– Я поняла, – ответила девушка.

Он ждал, может быть, пять минут, после чего услышал ее голосв трубке.

– Мистер Локк сказал, чтобы вы оставили номер, он позвонитчерез минуту.

– Прекрасно. Мой номер: Гаррисон, двести тридцать восемь –пятьдесят. Только скажите посыльному, чтобы он пригласил Локка наверх.

– Ясно, не беспокойтесь.

– Скажите ему, чтобы он спросил мистера Смита.

– Без имени?

– Да. Просто Смит и номер. Это все.

– Понимаю. Я передам ему.

Мейсон повесил трубку. Он ждал минут десять, прежде чемтелефон отозвался. Он ответил высоким сердитым голосом и услышал в трубкеосторожный голос Фрэнка Локка.

– Слушайте, – сказал Мейсон все тем же высоким голосом. – Яне хочу никаких недоразумений. Вы Фрэнк Локк из «Пикантных известий»?

– Да, – ответил Локк. – Кто вы такой и как вы меня здесьнашли?

– Я зашел в редакцию вскоре после того, как вы ушли. Мнесказали, что я смогу найти вас в одном кабаке на Уэбстер-стрит или позже здесь,в отеле.

– Откуда они это знают, черт возьми? – удивился Локк.

– Вы меня спрашиваете? Сказали, и все.

– Хорошо, и что вы хотите?

– Послушайте. Я знаю, что вы не любите разговаривать о делахпо телефону. Но это такое дело, которое должно быть сделано сразу же. Вы непросто так издаете эту газету, я знаю об этом не хуже вас. Но и у меня головане просто так приставлена.

– Хорошо, хорошо, – голос Локка был осторожным. – Я не знаю,кто вы такой, но приходите поговорить. Вы далеко от отеля?

– Ну, не слишком близко, – сказал Мейсон. – Слушайте, я могувам дать важные сведения. По телефону я вам этого не скажу, но если вас это неинтересует, то у меня есть покупатель. Вы хотели бы узнать, что за женщина былавчера с Гаррисоном Бурком?

В трубке наступила тишина.

– Наша газета всегда интересуется пикантными сведениями,касающимися значительных персон, – наконец сказал Локк. – Мы всегда цениминтересную информацию.

– Не рассказывайте мне сказки! – ответил Мейсон. – Выпрекрасно знаете, где собака зарыта, я это понимаю не хуже вас. Был сделансписок свидетелей, но Гаррисона Бурка в этом списке нет. И нет женщины, скоторой он был. Вы заплатите тысячу долларов за совершенно достовернуюинформацию о том, кто была эта женщина?

– Нет, – ответил Локк решительно и подчеркнуто твердо.

– Ну, – поспешно сказал Мейсон, – а пятьсот заплатите?

– Нет.

– Тогда я вам скажу вот что, – настаивал Мейсон, придаваясвоему голосу заискивающий оттенок. – Я продам эти сведения за четыреста. Ноэто уже самый нижний предел, потому что у меня есть другой покупатель, которыйдаст мне триста пятьдесят. У меня была масса хлопот, чтобы поймать вас, и выдолжны заплатить четыреста, если хотите получить эти сведения.

– Четыреста долларов – это солидная сумма, – торговалсяЛокк.

– Сведения, которые я вам дам, стоят того.

– Вы должны будете доставить мне нечто большее, чем простосведения, – заявил Локк. – Мне нужны будут доказательства на случай процесса обоскорблении.

– Разумеется, – согласился Мейсон. – Если вы мне заплатите четырестадолларов, то я дам вам доказательства.

Локк молчал пару секунд. Наконец он сказал:

– Я подумаю над этим делом. Я позвоню через минуту и дам вамответ.

– Я жду по этому номеру, – ответил Мейсон.

Он повесил трубку, сел на высокой табуретке у стойки смороженым и без каких-либо признаков нетерпения выпил стакан содовой. Взгляд уадвоката был спокойным и сосредоточенным. Прошло шесть или семь минут, преждечем телефон снова зазвонил. Мейсон вернулся в кабину.

– Говорит Смит, – сказал он тем же заискивающим тоном.

В трубке раздался голос Локка: