Дело изъеденной молью норки - Эрл Стенли Гарднер

Мейсон остановился у телефона-автомата в квартале отресторана Морриса Албурга и позвонил лейтенанту Трэггу из отдела порасследованию убийств.

– Говорит Перри Мейсон, лейтенант, – представился адвокат. –Сделаете кое-что для меня?

– Черта с два.

– Почему нет?

– Потому что после этого у меня определенно возникнут лишниепроблемы.

– Вы даже не спросили, о чем я прошу.

– Догадываюсь. Если бы это не было чем-то, до чего вамстрашно прикоснуться шестом длиной в десять футов, вы никогда не позвонили бы…

– Минутку, минутку, – перебил его Мейсон. – Не кипятитесь. Япрошу о девушке. Ее сбил водитель, которого скорее всего винить нельзя. Девушкаубегала от человека, пытавшегося засадить ее в свою машину. Свидетелиутверждают, что у него был револьвер и…

– Это вы про то, что произошло за рестораном Албурга?

– Да.

– Вы ее знаете?

– Нет. Но у меня есть чувство, что девушке угрожаетопасность. Я хочу следующее. Она сейчас, наверное, находится в приемном покое.Я не представляю, насколько серьезны ее травмы, однако готов оплатить отдельнуюпалату и сиделок.

– Не может быть!

– Готов.

– С чего это вы вдруг стали филантропом?

– Пытаюсь помочь девушке.

– Почему?

– Потому что считаю, что, если ее поместят в обычную палатуна общих условиях, ее ждет смерть.

– Вы не правы, Мейсон. После того как пациент оказывается вбольнице…

– Знаю, знаю, – перебил его адвокат. – Мое очередноечудачество. Я идиот. У меня искаженные представления о том, что происходит. Явидел слишком много заключенных контрактов, которые оспариваются в суде. Явидел слишком много браков, закончившихся разводами. Я видел слишком многорасхождений во мнениях, которые привели к убийствам… Адвокату никогда неудается послушать рассказ о счастливом браке, он никогда не сталкивается сконтрактом, после выполнения которого удовлетворенными оказываются обе стороны.И в результате? Он превращается в циника… А теперь вернемся к нашим баранам. Выпоможете мне проследить, чтобы девушку перевели из приемного покоя в такуюпалату, где никто, совсем никто, не будет иметь к ней доступа, за исключениемлечащего врача?

– Что еще? – спросил Трэгг.

– Это все.

– Почему вы хотите этого?

– Я боюсь за нее.

– Вы знаете, кто она?

– Ни разу в жизни ее не видел. Вернее, не обратил на неевнимания. В общем, не узнаю, если встречу. Я скользнул по ней глазами, когдазаходил в ресторан Морриса Албурга. Я там ужинал, когда все произошло.

– Она не ваша клиентка? Вы в ней не заинтересованыпрофессионально?

– Я пообещал Моррису Албургу, что разберусь со всемипроблемами, которые могут возникнуть в связи с этим делом, и велел ему отсылатько мне всех, кто…

– Ладно. Согласен. Однако я не буду это афишировать. Счетпришлю вам.

– Спасибо, – поблагодарил Мейсон и повесил трубку.

Вернувшись к машине, адвокат обратился к Делле Стрит:

– Я хотел бы попросить тебя, Делла, снять ненадолго шубу,чтобы взглянуть на то место подкладки, где она пришита нитками другого цвета.Когда я осматривал шубу, там что-то прощупывалось.

– Мне кажется, что это ватин или какой-то другой подобныйматериал, – высказала свое мнение Делла Стрит. – Иногда портные таким образомпытаются скрасить недостатки фигуры.

– Сомневаюсь, что мы имеем дело как раз с таким случаем. Снимайшубу, Делла. Принимаемся разгадывать норковую тайну Морриса Албурга.

Делла Стрит выполнила просьбу адвоката.