Шакал и волки - Владимир Колычев

Он остановил машину прямо посреди дороги. А пусть только кто скажет, что так делать нельзя. Шнур любого уроет. Он сейчас очень хотел на кого-нибудь наехать, чтобы эта красотка увидела, какой он крутой...

Но женщина даже не смотрела в его сторону. Она села в новенький «Фольксваген Гольф». Машина класс. А еще номера московские. Теперь ясно, из каких краев в эту глушь залетела райская птичка.

Шнуру доводилось бывать в Москве. По этапу на столицу шел, на Владимирский централ. Давно это было, еще по первой ходке. И Москву он видел через зарешеченное окошко столыпинского вагона.

Он решил припарковать свою машину. И сделал это очень оригинально. Вплотную прижался бортом к корме «Фольксвагена».

Женщина красивая, стильная, к тому же еще и москвичка. Но и Шнур тоже суперской пацан. Ему тоже за тридцатник. И прикид у него расколбасный. Короткая кожаная куртка на «молнии», кожаные штаны в обтяг, бундесверовские боты со шнуровкой. И скажи после этого, что он есть деревня. Да он тоже москвич, в натуре...

Он выскочил из джипа с гусарской улыбкой, лихо подрулил к женщине. Она как раз выходила из машины. Он протянул ей руку, но она почему-то пренебрежительно оттолкнула ее.

– Фу-ты ну-ты, пальцы гнуты. Я что-то не так сделал? – удивился Шнур. – Да ладно... Как там погода у нас в Москве?

– Будет снег и мороз... – недовольно вздохнула она.

– Какой мороз в мае месяце!

– Будет мороз. Пока вы не уберете свою машину!.. Освободите проезд, мне нужно ехать...

Она смотрела куда-то в пустоту. И носик сморщен, как будто от Шнура чем-то воняет... Невежливая какая-то мадам, некультурная. Нельзя себя так вести. Пусть она со своим хорем понты колотит. А со Шнуром гоношиться не надо, он пацан нервный...

– Куда вам ехать? – мрачнея, спросил он.

– Это мое лично дело, вам не кажется?.. Уберите машину!

– А не уберу! Мне с тобой про Москву поговорить охота!

– Мы с вами уже на «ты»? – без особого возмущения спросила она.

– А у нас тут все просто, без выпендросов, – осклабился Шнур. – Это в Москве носы задирают...

– Ну, если у вас все просто... Тогда...

– Что тогда?

Наконец-то женщина удосужилась одарить его взглядом. Но лучше бы она на него не смотрела... Никак не думал Шнур, что женщина может смотреть так сильно. Ее взгляд излучал колючую энергию. На какое-то время он ощутил себя провинившимся второклассником перед разгневанным директором школы.

– Что тогда? – повторил он.

– А не пошел бы ты! – уничтожающе усмехнулась она.

– Ты за базаром следи! – взвился Шнур.

Но женщина лишь рассмеялась:

– Ты, Казанова доморощенный! Разве с дамами так разговаривают... Ты вообще кто такой?

– Шнур я, поняла?!

– Шнур?! – задумалась она.

Сейчас вся дешевая спесь сползет, как омлет со сковородки. Все в городе знают Шнура, все его боятся...

– Нет, не знаю никакого Шнура.

– Не знаешь, так будешь знать.

– Ну что ж, буду знать. Шнур, это тот человек, который мешает мне ехать домой... Он, наверное, хочет познакомиться со мной?

– Хочет. Очень хочет.

– А вот я с тобой не хочу.

– Это еще почему?

– Потому что у меня есть муж. И вообще... Слушай, Шнур, тебя еще раз послать?

Или эта женщина была совсем не въезжающая, не знала, с кем имеет дело. Или она чересчур уверена в себе... Похоже, и то и другое.

– А тебе еще раз про базар напомнить? – сквозь зубы процедил Шнур.

– Ты машину уберешь или нет?

– Нет!

Она села в машину, завела мотор, передними колесами переехала через низкий бордюр и дала задний ход, объезжая джип.

Если она хотела обидеть Шнура, то она его обидела. Он скрипел зубами от злости, наблюдая за ее маневрами.

Что за день у него сегодня. Все его боятся, все от него бегут. Эта не боится, но все равно бежит... Думает, что от него так просто убежать. Ошибается...