Убийственная лыжня - Йорг Маурер

Выражение благодарности: неминуемая и тем не менее всегда охотно читаемая завязка в конце (реже — в начале, никогда — в середине) книги. Выражение благодарности — использованная впервые Рёдьярдом Киплингом (1894 г. в «Книге джунглей») форма, для того чтобы назвать всех помощников, информантов и участников работы над книгой (названные им «Служебные слоны»), расхвалить их в самых высоких тонах и обозначить кратко и по-деловому их функции; при этом (по Ф. Науману «„Книга джунглей“ как литературная форма», Гамбург, 1967) блоки текста, как, например… «за их самоотверженные поиски»… «за всегда свежий кофе»… «за обеспечение возможности отступления»… и т. д. комбинировались в загадочной последовательности и связывались с конкретными именами. В данной книге все иначе. Из множества «служебных слонов» я выбираю только тех, без которых роман ни за что не прошел бы сквозь джунгли дезинформации.

В первую очередь следует назвать врача и психолога д-ра Пиу Вольф из местной клиники, которая предоставляла при такой работе как эта, квалифицированные медицинские консультации, и поэтому заслуживает специальной благодарности. Однако иногда я позволял себе некоторые вольности: Если, например, укол ка-то (стилетом) не дает желаемого смертоносного действия, то это на моей ответственности [смотри также: Ф. Найч. «Колотые раны в литературном контексте»].

При выражении благодарности следует назвать также реального следователя, гаупткомиссара уголовной полиции Нико Витте; его полезные и в полицейской практике много раз проверенные советы часто чуть-чуть направляли действие в сторону реалистичности. Он предоставил мне возможность дополнительно ознакомиться с коллекцией признательных писем, которые поступали в баварскую полицию с 1904 года.

Множество самых различных задач, которые выполняет редакционная коллегия, здесь невозможно перечислить полностью. Но особую сердечную благодарность я высказываю моему редактору, пребывающей всегда в хорошем настроении, д-ру Корделии Борхардт, которая сопровождала книгу с самой первой туманной идеи вплоть до угрожающего срока сдачи в драматургическом, эстетическом, вкусовом, грамматическом, логическом [дальнейшие прилагательные по запросу] аспекте и совершенствовала до упора; (смотри также Ф. Ноподер. «Кнут — исследования функции редакционной коллегии в криминальной литературе современности»); метким глазом литературного ястреба улавливала она кое-какие небольшие ляпы на скошенном лугу стилистических «перлов» и сбрасывала их с небес Фишера до уровня Маурера.

И не в последнюю очередь тот автор может считать себя счастливым, который может закончить и украсить свои высказывания благодарности именем Марион Шрайбер, которая убирала из рукописи слишком отталкивающее, не пропускала слишком грубое и неприятное для Баварии («баварофобское»), которая вырывала, как сорняк, многие второстепенные действия, запутанные подробности и ненужные отступления. Она вычеркивала и уничтожала, так что радостно было смотреть, целые нити действия, целые фигуры, целые главы вдруг исчезали и были забыты. Но одно замечание я все же должен сделать: вычеркнуты оказались, к сожалению, и некоторые прекрасные отрывки.

Гармиш-Партенкирхен, осень 2009