Девять жизней черной кошки - Лариса Соболева

– Подозревали – да, – согласился Андрей. – Но не обвиняли. Кстати, Савичев, сядь, отсюда никто не выйдет. Охранники получили задание и соответствующую плату – не выпустят. Знаете, я поделюсь с вами своими мыслями, и, думаю, вам тоже станет ясно, кто он. Это будет просто.

– Ну, давай, давай, – согласился Бубулин, однако настроение у него явно испортилось.

– А я не хочу слушать всякую ахинею! – вскипел Савичев. – Мне хватило похищения, допроса, потом идиотского обмена… Что вы о себе возомнили, парни? Кто вам дал право устраивать над нами эксперименты?

– А я, пожалуй, послушаю очередной бред, – заявил Науменко и с готовностью развернулся корпусом к Андрею. – Давай вещай.

– Вы ешьте, ешьте, – гостеприимно предложил Черкесов. – Все пришли сюда после трудового дня, а в тюрьме так не покушаешь. Давайте выпьем?

– Позже выпьем, – встал Андрей, чтобы лучше видеть всех. – Расскажу то, что стало известно мне. Я не интересовался причинами, по которым убивали Черкесова, не было времени, причины будут выяснять следователи, это их работа. Итак, тридцатого декабря после заседания думы Черкесов сел в машину и поехал к Алле. По дороге прихватил приятеля и забежал в магазин. Приятель сел на место водителя, видимо, человеку безлошадному захотелось подержать руль крутой тачки. Но его любопытство привело к смерти. Машину взорвали…

– Нам это известно, – хмуро перебил Волокуша. – Нельзя ли покороче?

– Стараюсь, – развел руки в стороны Андрей. – Я хочу, чтоб наш общий «друг» понял, где он допустил ошибки. Итак, первая ошибка: киллеры приняли приятеля Васи за него самого и взорвали подложенную в машину бомбу. Представляете, каково было Васе? Разумеется, он дал деру из города, добрался до деревни, несколько дней провел в доме покойного отца. Мы познакомились, я отвез его к Алле. Он жил у нее несколько дней, и вдруг однажды ночью Васю пытаются убить прямо в квартире Аллы! Это была вторая ошибка, и серьезная.

Андрей закурил, исподволь наблюдая за приглашенными. Про себя отметил – каждый из них ждал, что обвинение бросят ему. Это было странно, но и забавно. Андрей продолжил:

– Черкесов чудом спасся от убийц, пришел домой. А Лариса выгоняет его, угрожая пистолетом, вызывает милицию и говорит, что в дом пробрался двойник мужа. Вася после всяких злоключений вернулся в деревню. Но! Он разболтал и Алле и Ларисе, что жил все это время в деревне. И вот, опять же ночью, туда приехали какие-то люди и побывали в доме Черкесова. Однако он находился у Лизы. Лиза вызвала меня, и мы сообразили, что приезжали убийцы, которые не добили Василия у Аллы. Я забрал Черкесова к нам. И тут мы допустили ошибку – не проверили дом его отца. А там наверняка оставались те, кто охотился за ним. Они узнали, куда мы отвезли Васю, и в отместку выкрали Лизу с дочерью, а затем предложили поменять их на Черкесова. Это была третья ошибка, и главная.

– Стоп, стоп! – остановил его Бубулин. – Я так понял: где Вася прячется, узнали двое – Лариса и Алла. Верно?

– Правильно, – согласно кивнул Андрей. – Как раз Аллу я и заподозрил, решил, что она наверняка имеет отношение к покушениям на Черкесова, ведь киллеры открыли ее квартиру ключом, а не взломали замок. Мы решили взять ее в оборот, но нужны были деньги и одежда для Назара. И мы забрались в дом Черкесова, а там нашли убитую Ларису.

– А говорят, она застрелилась, – вставил Науменко.

– Нет, ее убили, – сказал Андрей. – И тут была четвертая ошибка, потому что самоубийство плохо состряпано. Тот, кто выстрелил в Ларису, явно не знал, что пистолета под ее рукой на полу мало для доказательства самоубийства.

– Я не понял… – снова одолело любопытство одного Бубулина. – О том, что это было убийство, я догадался по тем вопросам, которые задавали мне следователи. Но я не понял, как догадались, что Ларису убили?

– Элементарно, – вступил в диалог Назар. – Самоубийца приставляет ствол к голове, при выстреле пуля вылетает с огнем и вокруг ранки остается ожог. Есть и еще характерные признаки, по которым легко отличить самоубийство от убийства. У Ларисы все эти признаки отсутствовали. Не могла же она вытянуть руку на три метра от себя и выстрелить в свой висок? Значит, стреляли с расстояния. К тому же собака была отравлена. Верно, Гришаня?

– Без сомнения, – пробубнил тот с набитым ртом.

– А скажите, зачем было травить собаку? – спросил Назар сидящих напротив и сам же ответил: – Чтобы выйти из дома без хозяйки. Или, возможно, чтобы впустить в дом исполнителя, который застрелил Ларису.

– Следопыты… – скептически заметил Науменко.

Андрей на реплику ухмыльнулся и продолжил:

– Итак, не Лариса заказала мужа. Но ее за что-то убили. За что? Думать нам было некогда, у нас требовали Черкесова. Тогда мы заманиваем Аллу, привозим в деревню, допрашиваем. Нас интересовало одно: как убийцы взяли ключ от ее квартиры? И выяснили, что ключ кто-то отдал киллерам во время вечеринки у Савичева…

– Что-что? – нервно встрепенулся Савичев. – Выходит, это я?! Ну, говори, говори! Это я? Действительно легко! А ты, Андрей, не допускаешь, что ошибаешься?

– Да погоди ты! – шикнул на него Бубулин. – Ну и?

– Вот после этого мы едем в город и вяжем всех, кто был у Савичева на вечеринке, – сказал Андрей.

– Но я-то там не был! – недоуменно поднял плечи Бубулин.

– Вы за компанию попали, – объяснил Андрей. – Поскольку к Ларисе приходил человек свой, то есть часто бывавший в доме, мы поинтересовались, кто еще числится в друзьях Васи и Ларисы. Черкесов назвал вас. Я сомневался, что вы причастны к этому. И вдруг выясняется, что вы последний, кто виделся с Ларисой, что ее убили час спустя после вашего ухода. Возникло подозрение: вдруг вы ушли, а затем вернулись…

– Андрей, – помрачнел Бубулин, – ты серьезно считаешь, что я мог застрелить Ларису? И Васька так думает?

– Я? – встрепенулся Черкесов, наливая себе. – Что – я? Меня, господа, вы так достали… то есть… кто-то из вас достал… еще не знаю – кто. Но узнаю! – погрозил пальцем четверке.

– Помолчи, Черкесов, – осадил его Андрей. – Назар, забери у него коньяк.

– Поч-чему? – не отдавал бутылку Василий Романович, прижав ее к груди двумя руками. – Я хочу выпить. Вдруг меня… кто-то из них… а я не напился.

Назару удалось-таки забрать коньяк. Черкесов обиделся, встал из-за стола и упал в кресло у окна. Андрей говорил теперь, обращаясь только к Бубулину:

– А как бы вы думали на моем месте? Вы хорошо знакомы с Аллой, покрывали ее и Черкесова, по просьбе Ларисы познакомили ее с Аллой у себя дома. Вы защищаете интересы военных, а группа бандитов экипирована была, как военные, вплоть до масок на лицах, если вы помните. Впрочем, успокойтесь, вас уже никто не подозревает.

– Слава богу, – откинулся тот на спинку стула. – Тогда я выпью. Назар, налей-ка мне. А то после таких стрессов… Уф, дышать стало легче.

– Бабуин! – выкрикнул Черкесов из кресла, вскинув руки над головой. – Я знал, что это не ты… не вы, Прохор Никитич. Вы хороший человек, я вас уважаю…