Дело гастронома № 1 - Евгений Латий

Беркутов разговаривал с Лидой. Они пили чай с тортиком в кабинете Зои. Лида, переговорив с Зоей, докладывала мужу о первых результатах ее поездки в Кострому. Зоя была обескуражена тем, как ее там принимали. Договоры хоть и подписали, но всего на год и в объемах, установленных для областных гастрономов. Намекнули, что позже можно будет вернуться к прежним объемам, они сами заинтересованы. Подарки не взяли. Часть она съела с горя, часть везет обратно. Беркутов выслушал короткий доклад жены, огорчился, но тут же улыбка вспыхнула на его лице.

– А какой был чудный город Кострома, – вдруг вспомнил Беркутов, взглянув на жену.

– Но голосок у Зои веселый! Я поняла, что она не одна поглощает наши деликатесы, – интригующе сообщила Лида, следя за выражением лица мужа.

– Я рад за нее! – кивнул Беркутов.

– Давай я сегодня приду пораньше, пожарю судачка, сделаю польский соус, у нас есть пара бутылочек «Твиши», и мы… – Лида намеренно оборвала течение фразы.

– Закатим пир во время чумы, – продолжил ее мысль Беркутов.

– Я хоть и не то имела в виду, но и это мы тоже закатим! – повеселев, кивнула Лида.

– Все, пошел работать!

Беркутов поднялся и вышел из кабинета.

Они лежали на берегу речушки, Зоя расстелила широкую и яркую скатерть-клеенку. Вытащила икру, севрюжий балык, финский сервелат, вино. Рядом стояла «Волга». Скачко съел бутерброд с икрой, крякнул от удовольствия. Зоя выпила пару глотков вина и вдруг снова заговорила о своем женском одиночестве.

– Неужели ты никого не любила? – засомневался полковник. – Что-то слабо в это верится!

– Почему не любила? Любила! И сильно любила! А тебя увидела, и все остальные любови сломались…

Она нежно улыбнулась ему.

– А если бы я попросил тебя о чем-то важном для меня, ты бы сделала?!

– Все бы сделала!

– Прямо все-все?!

– Прямо все-все! – потянувшись к нему губами, прошептала она. – Что ты хочешь, сладенький мой?!

Они поцеловались. Скачко выдержал паузу. Потом усмехнулся, махнул рукой.

– Да нет, это так! Замнем для ясности!

– Нет уж! Раз начал, то говори!

– Потом!..

– Нет, сейчас!

Скачко вздохнул, улыбнулся.

– Говори-говори!.. Ну скажи, я тебя очень прошу! – она с мольбой смотрела на него. – Скажи! Я все сделаю для тебя! Все-все! Обещаю! Все-все!

– Женщины непостоянны!

– Женщины постоянны! – возразила Зоя. – Настоящая женщина хочет боготворить своего мужчину и служить ему! Это ее самая желанная мечта и цель!

Павел Сергеевич улыбнулся.

– Скажи, что ты хочешь, чтоб я сделала для тебя?!

– Я хочу знать все о Беркутове Георгии Константиныче! Обо всех его темных делишках.

Зоя недоуменно взглянула на него.

Люся печатала на машинке, поглядывая в приоткрытую дверь, откуда доносились радостные голоса.

– Спасибо, Георгий Константиныч! – прогудел басовитый голосок.

– Заходите, Юлиан Семеныч!

Вернулся Беркутов, радостно потирая руки, подошел к Люсе.

– Кто это был, Георгий Константиныч? Знакомое лицо!

– Писатель Юлиан Семенов! Не слышала о таком?

Люся пожала плечами:

– Я вообще-то больше поэзию люблю!

– А телесериал «Семнадцать мгновений весны» видела?

– Еще бы! – обрадовалась она. – А кого он там играл?

– Он там не играл. Он написал сценарий фильма. Он писатель, сценарист!

Люся влюбленно смотрела на директора, но тут в приемную вошел мужчина в строгом костюме с портфелем в руках. Он увидел Беркутова, отдал поклон, радостно заулыбался, протянул, крепко пожал руку Беркутову, тотчас заулыбался.

– Петр Петрович Салтыков, судья, из Верховного суда России! – представился он. – Я звонил вам по поводу заказика! Сын женится, так сказать, важное событие… Куда деваться?! – подобострастно проговорил он.

– Помню-помню! Прошу в кабинет, – сухо кивнул Беркутов, и они прошли в кабинет.

Люся перестала печатать и, почти с завистью посмотрев им вслед, вздохнула.

– Как на курорте! Кого только не увидишь!

И она снова принялась стрекотать на машинке.