Городской детектив. Тени прошлого - Мария Карташева

Так он застыл надолго, пока к нему не подошла официантка убрать грязную посуду. Кирилл очнулся, воткнул ложку в недоеденный десерт, рассчитался и выскочил на улицу. Его щёки горели, в душе тяжёлым узлом повисла бессильная злоба на себя самого и детские поступки. Он вдруг понял, что он всё это время пытался доказать только Кириллу Одинцову, что уже вырос из пелёнок, а мать, как оказалось, это уже давно поняла.

Сейчас он осознал, что означало клише «сгорал от стыда», он физически чувствовал эту боль обиды и разочарования. Первым желанием было бросить всё и уехать в Питер, а там подать рапорт и махнуть на Тибет или в Индию, примкнуть к какой-нибудь тусовке и найти себя. Но через минуту он понял, что так можно себя только потерять. А если сейчас совершить поистине взрослый поступок и принять критику, а потом выполнить свою часть работы, то он наконец победит маленького капризного Кирилла.

И, пожалуй, впервые в жизни он сделал осознанный выбор. Мужчина набрал номер телефона и сказал:

– Анна Михайловна, я сейчас поеду ещё раз к соседям Нефёдовых, есть мысли, а потом в школу. Как раз успею к концу уроков. – Он помолчал. – Хотел посоветоваться. Я могу допросить Нефёдова.

– Если ты посчитаешь нужным. – Спокойно ответила Лисицына.

– Как Глаша?

– Вовремя мы её вытащили. Кирилл, я тебе сейчас перешлю фото священника и название, – она задумалась, – прихода или церкви, не знаю, как правильно назвать. Пожалуйста, очень быстро найди мне по нему информацию.

– Будет сделано! – С лёгким сердцем он повесил трубку и сразу же получил сообщение.

Кирилл обосновался на скамейке, нужную информацию он нашёл минут за пятнадцать и когда получил обстоятельный ответ по священнику, который должен был приехать в тот приход, где удерживали Глашу, то сильно удивился.

– Анна Михайловна, – он снова набрал номер матери, – в тот приход направляли совершенно другого священника. Это вообще разные люди, совпадает только возраст и слегка внешность.

– Сейчас отпечатки снимем, нужно пробить по базе этого «батюшку». – Ответила женщина. – Отлично! Жду остальную информацию.

Теперь Кириллу стало легко. Он понял, что сегодня он по-настоящему повзрослел.

***

Когда к Лисицыной на телефон пришёл ответ от Кирилла, она попросила привести человека, говорящего что он священник. Белобородова после задержания сразу отправили в место заключения, откуда он бежал и поместили в одиночную камеру, ожидать своего долгого, но абсолютно не светлого будущего. А «батюшку» оставили пока что в избе участкового, где была надёжная клетка для особо буйных. Раньше в ней держал медведя местный алкаш. Он поймал зверя ещё малышом и вырастил в огромного злющего от вечного голода зверюгу. Но, когда местный участковый заступил на службу, судьба медведя решилась быстро. Животное уехало в приют, где его пытались подготовить к жизни в лесу, а живодёр поехал отбывать наказание за свои деяния, среди которых было не только удержание в неволе дикого зверя.

Лже-священник пришёл со смиренным видом, осенил всех крестом и присел перед Лисицыной.

– Говори сестра. – Сказал он.

– Может хватит придуриваться? – Спросила Лисицына.

– Я виноват перед Богом. Перед ним и отвечу. – Спокойно сказал мужчина.

– Сначала Коля Щуплый ответит перед полковником следственного комитета. – Твёрдо сказала она. – Когда ещё мелкому вору Щупликову Николаю Васильевичу выпадет такая честь.

Мужчина переменился в лице, с него слетела напускная кротость, он резко выдохнул и почесал подбородок.

– Закурить есть? Прям душу рвёт. – Он сгрёб на груди майку, в которой его и доставили.

– Меня, Коля, твоя душа мало заботит, как ты сам сказал, это ты перед Богом ответишь. – Лисицына положила перед собой бланк протокола. – Когда, где и при каких обстоятельствах ты убил Яльского Геннадия Ильича, то есть святого отца Дмитрия.

– Ты чё? – Испуганно вскинулся Коля. – Я не убивал, никогда на мокрое не ходил. Это ты что! Нет, нет.

– Коля, каждый совершенствует свою профессию. Тебе, видимо, стало мало своей масти, и ты пошёл на убийство. Ты же в розыске? Это же вы напали с дружками на инкассаторов в Московской области? Коля, ну вспоминай! Что я за тебя всю работу делаю. – Кинула на стол ручку Лисицына, притворно находясь в возмущении, а сама тем временем наблюдала за всей гаммой чувств, которая легко читалась на лице Щупликова.

Тот усиленно кусал губы, вздыхал, пожимал плечами, потом зло глянул на Анну и спросил:

– Добровольное зачтётся?

– Коля, тебе сейчас всё зачтётся. И как ты священника убил и то, что ты удерживал следователя, и сговор. Я, Коля, устала очень, поэтому перечислять сейчас все твои заслуги не буду.

Коля резко выдохнул, глянул на вошедшего Визгликова и, скрипнув зубами, сказал:

– Меня водилой на тот налёт взяли. Ну, когда инкассаторов, – он хлюпнул носом, – там наркоша один был, он пальнул. – Он потряс руками. – Я им говорил, что нельзя нарколыгу брать, они мутные, сделали бы по-тихому, без жертв. Так нет. Короче, мы тогда пошли без согласования со старшим. – Он опустил глаза. – Ну, просрали весь налёт. Наркоша водителю в голову пальнул. Второй, машину открыл сразу, ну он-то прикормленный был. – Коля потёр макушку ладонью. – Всё ж на мази было. Короче, весь навар пришлось отдать, чтоб нас спрятали, а наркошу того старший попросил гасануть. А там как раз свежачок подоспел, документы этого святоши принесли. Там чё-то перетёрли и меня определили сюда. Фото подогнали и вот я здесь. Ну к местным ребятам в тюрьму по мелочи носил, а потом мне сказали, что Друдж у меня с бабой пересидит, типа здесь искать не будут.

Лисицына от такого обилия информации даже немного оторопела, мозг начал бешено работать и подгонять детали разрозненного пазла, а Визгликов присел напротив и, подперев подбородок рукой, спросил:

– Коля, как ты с таким изысканным лексиконом смог так долго священником прикидываться?

– Веришь начальник, весь мозг вскипел уже. Выть хотелось. Водки нет, баб нет, курево только ночью и в подвале. Посты соблюдай, молись каждый день. Уйти нельзя, меня потом бы к колоколу за причинное место вместо штуки этой повесили и звонили. – Возмущался Коля.

– Ну я понял. Одно могу сказать, теперь ты переедешь в другой приход, и хотя водки и баб, простите Анна Михайловна, там тоже нет, но и притворяться уже будет не нужно.

– Не беда, там выпивку достать можно. Да и вообще как-то роднее и ближе. Можно я в клетку пойду, мне немая обещалась жратвы принести и самогонки? – Посмотрел на них Коля.

– Иди Коля, я даже возражать не буду. – Выдохнул Стас, и когда Коля вышел, сказал. – Вот такого даже могила не исправит.

– Ты понимаешь, что он сейчас сказал? – Спросила Анна.

– Я не всю беседу застал. Видимо, пропустил всё самое интересное.

– В квартире Нефёдовой, мы нашли сейф! Там были помеченные банкноты с ограбления в Московской области. Коля был одним из грабителей! Им пришлось отдать всё своим старшим, так как пошли самостоятельно. Всё это пошло в общак. Коле там дали документы убитого священника. И, видимо, те же люди попросили его принять Белобородова. А тот сказал о твоей дочери. Ты понимаешь, что мы ухватили сейчас самый кончик ниточки?! – Торжественно закончила Лисицына.