Ложь во благо, или О чем все молчат - Диана Чемберлен

Дрожащей рукой я набрала номер моей матери. Было 4 часа утра. Последний час я провела с Айви, не перестававшей кричать и плакать, и не знала, кто из нас сильнее испуган. Я надеялась, что боли пройдут, но приступы только учащались, и я поняла, что мне остается одно – позвонить матери. Как объяснить, что я сделала? Но нет, тревоге за саму себя сейчас не было места. Совсем рядом Айви сходила с ума от боли. Я не думала, что это случится вот так – неожиданно и стремительно. Оставалось надеяться, что не происходит что-то ужасное. Я бы никогда себе не простила, если бы, увезя ее, причинила вред ей и ребенку.

– Алло… – Голос матери был глухой и встревоженный.

– Мама, я в порядке, – зачастила я, – но мне нужна твоя помощь. Прости, что…

– Что случилось? – Она мигом проснулась. Мне попадет за эту ночную побудку, но она обязательно мне поможет.

– Одна из моих подопечных… – начала я. – Это трудно объяснить, но она здесь. У меня дома. Она беременна, начались схватки. Я не знаю, что делать.

Мать молчала – собиралась с мыслями.

– Почему она у тебя? – спросила она наконец.

– Я ее привезла. Сегодня утром меня уволили. То есть вчера утром. Ну и…

– Тебя уволили?!

– Да. Это долгая история, сразу не объяснишь. Эта девушка… ей только пятнадцать лет, я не могу везти ее в больницу. Приедешь – я все объясню. Ей еще рано рожать, я думала, что успею получить помощь одного знакомого адвоката, но… – К моему удивлению, у меня сел голос. Действительность подвела меня, не пожелав следовать моему плану. Айви продолжала надрываться. – Я не знаю, что делать, мама!

– Вызови «Скорую».

– Я не могу отправить ее в больницу. Ты можешь приехать? Пожалуйста! Я все тебе объясню. Сейчас я слишком испугана.

Снова молчание. От волнения я чуть не раздавила телефонную трубку.

– Сейчас приеду, – сказала она, и я облегченно перевела дух. В одиночку я бы больше не выдержала.

– Спасибо, – сказала я, но она уже положила трубку.

Я вернулась в гостевую комнату с намоченным холодной водой полотенцем и прижала его ко лбу Айви. Теперь у нее не было времени перевести дух между схватками.

– Сейчас приедет моя мать, – сообщила я ей.

– Нет! Она же…

– Нам нужна помощь.

– Она заставит меня ехать в больницу!

Я покрутила головой.

– Я не позволю, – сказала я, хотя знала, что если мы с матерью не справимся, то останется только вызвать «Скорую». – Я сделаю так, чтобы…

– Тебя уволили! Ты ничего не можешь! Не хочу, чтобы приезжала твоя мать!

– Айви, тебе скоро рожать, сосредоточься на этом. Милая, она нам обязательно поможет, обещаю!

Она зажала себе уши.

– Замолчи, замолчи, замолчи!

Я так и сделала. Я вытирала ей лоб, позволяла ей сжимать мне руку при очередном приступе и помалкивала. Я напрягала слух: когда приедет мать? Я молилась, чтобы она не мешкала. Я почти ничего не знала про роды, не то что моя мать, произведшая на свет двоих детей: это что-то да значит!

Видимо, она подъехала в тот момент, когда Айви опять зашлась криком, потому что я ничего не услышала и вздрогнула, когда снизу донеслось ее приветствие.

– Мы здесь! – крикнула я. – Наверху, в гостевой комнате!

– Нет! – взмолилась Айви. – Мне страшно!

– Все будет хорошо, – сказала я, слыша шаги матери на лестнице.

Поднявшись, она застыла в двери, разглядывая нас. Вид у нее был бодрый, на то, что я разбудила ее среди ночи, указывали только отсутствие губной помады и непричесанные седеющие волосы. Но ее красоте можно было позавидовать даже сейчас.

– Это Айви, – сказала я ей. – Айви – это…

– Я ей не доверяю, – прошептала Айви так громко, что моя мать ее услышала. Она посмотрела на меня, потом опять на Айви.

– А зря, – сказала она, подходя к кровати. Она привезла большой чемоданчик первой помощи, всегда стоявший у нас в кладовке: в детстве мы с сестрой постоянно чем-то резались и набивали ссадины на коленках. Но какой толк был от него при родах?