Пятая авеню - Кристофер Смит

– На самом деле нет. Скорее, унизительно. Не знаю, сколько людей слышало наш разговор, но даже если его свидетелем был хотя бы один из гостей, то сейчас об этом знает уже весь Манхэттен, а я наверняка стала посмешищем. Как ты думаешь, я это заслужила?

– Дайана…

– Помолчи, Эрик. Просто помолчи. Как ты не устаешь от собственного голоса? Я, например, устала. После всего, что я сделала для тебя, имей вежливость хотя бы выслушать меня не перебивая.

Паркер счел за лучшее не открывать рот.

– Ты сказал, что купил это ожерелье мне, потому что любишь меня. Что, по-твоему, я могла почувствовать, узнав, что твоя любовь не более чем фарс? – Дайана не стала ждать его ответа, поскольку не желала слышать очередную ложь, и перешла к следующему вопросу. – Ты сказал мне, что ушел из «Редман Интернэйшнл». Ты сказал мне, что сделал это потому, что у вас с Селиной все кончено. Сказал, что тебе было бы трудно продолжать работать там, поэтому ты и уволился. Уволился… Я поверила тебе, потому что всегда считала тебя честным человеком. Я ошибалась. Час назад Сэм Митчелл сказал, что Джордж уволил тебя. И я хочу знать почему.

– А вот это тебя не касается.

Она заставила себя оставаться спокойной.

– Это меня касается, потому что ты врал мне. Я потратила на тебя уйму времени, заботы и любви. Я в твоей квартире была избита двумя бандитами, которые хотели посчитаться с тобой, а за что, ты так и не объяснил. Если бы не я, ты до сих пор лежал бы в луже собственной крови. А если бы я не обратилась за помощью к своим знакомым, твое имя до сих пор не сошло бы с первых полос бульварных газетенок. Ты должен сказать мне правду, и мы будем в расчете. Если ты этого не сделаешь, то с треском вылетишь и отсюда, и из моей жизни. Видишь, как все просто?

Эрик потянулся за костылями, с трудом поднялся и заковылял к окнам, расположенным в противоположном конце комнаты. Подойдя к окну, он стал смотреть на город, а Дайана в это время смотрела на него.

Она заслужила то, чтобы знать правду. Но как он сможет рассказать ей о том, что поначалу было ужасной ошибкой, случившейся во время приема по случаю открытия «Редман Интернэйшнл», затем, как снежный ком, обросло другими обстоятельствами, и в итоге превратилось в кошмар, который так для него еще и не закончился, поскольку Лиана Редман до сих не получила сполна за то, во что она его втянула?

У врачей все еще не было уверенности в том, что он сможет полностью восстановить подвижность ноги. Повреждения мышц и нервов оказались более тяжелыми, чем показалось вначале. Несомненно, Лиана заплатит за все, и с этим он еще разберется. Однако он должен хоть что-то сказать Дайане. Сейчас она была единственным человеком, на которого он мог положиться. Разве он сможет выжить, не имея ни квартиры, ни зарплаты? А впереди еще и судебные процессы. Ему, как минимум, будут необходимы ее советы и руководящие указания.

Он двинулся к ней.

– Это правда, – произнес он. – Меня выставили из «Редман Интернэйшнл».

– За что?

– За то, что я был дураком.

– Тоже мне, новость. И в чем же заключалась твоя глупость?

– Я почти переспал с Лианой в ту ночь, когда был прием по случаю открытия «Редман Интернэйшнл». Мы уже были готовы совершить это, но я был настолько пьян, что у меня не встал. – Паркер снова опустился в кресло. – Ты удовлетворена моей откровенностью? Она тащила меня в постель, умоляя не переживать по поводу моей несостоятельности и вялого члена, и как раз в этот момент в комнату вошла Селина. Все происходило в пентхаусе Джорджа и Элизабет. Непонятно, как она нашла нас там. Видимо, кто-то навел.

– Какая досада! – произнесла Дайана тоном, от которого температура в комнате упала на добрых десять градусов.

– Это ничего не значило, Дайана. Мы оба были пьяны и обозлены на жизнь и на Селину. Это, конечно, была ошибка.

– И довольно серьезная, я хочу сказать.

Температура в комнате опустилась еще на десять градусов.

– Селина, должно быть, рассказала обо всем Джорджу, – сказал Эрик. – После этого он меня и уволил. Вот и все.

– А кто напал на нас в тот вечер?

– Этого я не знаю. Они могли быть кем угодно. Может, это было ограбление.

– Ой, да что ты, – поморщилась Дайана, и температура в комнате слегка повысилась. – Это не было ограблением, и ты это отлично знаешь. Из твоей квартиры ничего не пропало. Я все проверила в тот же день, как только вернулась из больницы. Эти парни каким-то образом прошмыгнули мимо охраны и прошли в твою квартиру, которая была запертой. В полицейских отчетах сказано, что дверь не взламывали и что замок не был поврежден. Те, кто навестили нас, имели ключ.

Наступило молчание.

– Скажи правду, – прервала паузу Дайана. – Кто это сделал?

Друзья Лианы.

– Я не знаю.

– Я тебе не верю.

– Да неужели ты думаешь, что я позволил бы тем, кто причинил мне – нам – такое, остаться безнаказанными, если бы знал, кто они такие? Дай мне только срок, ради бога. Пойми, Дайана, да если бы я знал, кто искалечил эту мою долбаную ногу, я бы не обратился в полицию, а разделался бы с ним самостоятельно.

В этом, по крайней мере, была какая-то доля правды.

– Но у тебя же есть какие-то предположения, догадки? – не отступала она.

– Есть, и даже слишком много, – ответил Эрик. – За все годы работы в «Редман Интернэйшнл» у меня были конфликты со множеством людей. Я нажил кучу врагов, особенно пока занимался делом «УэстТекс». И ты знаешь об этом не хуже меня. Это мог быть любой из них.

Дайана снова откинулась на спинку кресла. Может быть, он и вправду не знает. А важно ли это для нее? Она не была уверена, и это вызывало у нее злобу на саму себя. Она допила свой кофе и вновь наполнила чашку.

– Ну а что ты намерен делать сейчас?

– Ты о чем? – изумился Эрик. – Я надеялся, что смогу остаться здесь.

– В этом я не сомневаюсь.

– Только на то время, пока моя квартира будет ремонтироваться.

– Что ты говоришь? – притворно удивилась она. – Откуда такая бесцеремонность? Ремонт твоей квартиры может затянуться на несколько месяцев. Я бы не хотела такого поворота событий и не намерена видеть тебя здесь, – кивком головы она указала на драгоценности. – Продай все украшения. Это обеспечит тебе крышу над головой.

– Мне потребуется твоя помощь.

– Я знаю.

– Я бы хотел остаться здесь.

– Скажи мне вот что, – спросила Дайана, – как ты планируешь заплатить за ремонт своей квартиры? Тебе надо оплатить счета из больницы, заплатить адвокату и, если ты проиграешь процесс, покрыть ущерб за испорченного Ван Гога, двух поврежденных Моне, а также за пришедшую в негодность мебель времен Генриха VIII. Я не понимаю, как ты собираешься оплачивать квартиру, Эрик, не говоря уже обо всем прочем.