По заказу - Дик Фрэнсис

– А что случилось потом? – задал я очередной вопрос.

– Я металась в панике, но Питер полностью успокоился и оправился от потрясения, – продолжила Джульет. – Не знаю почему, но он то и дело упоминал, что хотел бы выстрелить еще раз и создать впечатление, будто Билл покончил с собой. Он желал выстрелить из окна, но я решила, что это опасно. Ведь в темноте легко попасть в одну из лошадей в конюшнях.

Она явно любила лошадей куда сильнее, чем своего хозяина.

– Я предложила выстрелить в ведро с песком для тушения огня, – призналась она. – И вышла во двор.

Джульет посмотрела на меня почти умоляющим взглядом.

– Понимаю, я не должна была этого делать. И мне очень жаль.

Она прервала себя, расплакалась и повторила:

– Клянусь, я не желала смерти Биллу!

Поверил ли я ей? Да и что значит моя вера? Пусть суд определит, говорила она правду или нет.

– И что же вы сделали? – спросил я.

– Питер уехал домой, а я просидела всю ночь здесь, на кухне. И не знала, как мне поступить. По-прежнему считала, что мне нужно позвонить в полицию, хотя меня беспокоило, что они начнут расспрашивать, почему я оказалась в чужом доме среди ночи и зачем искала Билла. Ну вот, я и дождалась раннего утра, когда обычно приходила на работу, и позвонила им.

Я вспомнил, в каком шоковом состоянии застал Джульет, подъехав в то утро к дому Билла. Несомненно, она довела себя до этого шока, намеренно нагнетая страх и тревогу. И также вспомнил ее вопрос: «Как он мог это сделать?»

Тогда я решил, что она говорила о Билле, но теперь понял – речь шла о Питере.

– Но почему вы избрали Марину своей мишенью? – попробовал разобраться я.

– Питер сказал, что вас все равно не остановишь, а значит, нападать на вас бессмысленно. Он пояснил, что никакое насилие вас не запугает и вы от своего не отступитесь. А я сперва предложила ему убить вас.

«Спасибо, – подумал я. – После такого откровения я не стану особо стараться и добиваться ее освобождения из тюрьмы».

– Почему же он отказался? – полюбопытствовал я.

– Он считал, что это разрушит наши планы. Тогда полиция наверняка догадается, что смерть Билла не была самоубийством.

Добрый старый Питер.

– Он заявил, что путь к вам проходит через вашу подружку.

Да, почти так оно и было.

– Питер не слишком умен, – заметил я.

– Он умнее вас, – возразила она, до последнего сохраняя ему верность.

– Будь он действительно умен, – разъяснил я, – то убил бы вас, прежде чем у вас появилась возможность рассказать мне обо всем.

– Но он меня любит, – упорствовала Джульет. – Он не стал бы от меня избавляться. Или хоть как-нибудь обижать.

Она тоже была не слишком умна.

– Поступайте как хотите, – ответил я, – но на вашем месте я следил бы за каждым его шагом. Да и вообще почаще оглядывайтесь по сторонам. Вы не сможете дать показания против Питера, если будете мертвы.

Она сидела и не сводила с меня глаз. Не знаю, поверила она мне или нет, но я посеял в ее душе семена сомнения.

Кивнув Крису, я дал знак, что ему следует выйти из кабинета вместе со мной. Вынул ключ из кармана и отпер дверь.

Джульет осталась сидеть в кресле и рассматривала свои руки. Интересно, не сожалеет ли она о разговоре с нами? Немного поразмыслив, я вынес в коридор видеокамеру и пленки.

– Я просто не в силах этому поверить! – воскликнул Крис, когда я закрыл за нами дверь. – Как тебе удалось разработать такой план? И что теперь будет?

– Прежде всего ты должен сесть за стол и написать статью, – проговорил я. – Если Джульет предъявят обвинение, ты не сможешь ее опубликовать. Это будет незаконно.

– Ты совершенно прав, черт бы тебя побрал. Что же ты станешь с ней делать?

– Я бы охотно удушил эту сучку, – признался я.

– У тебя не получится, – возразил он. – С твоей-то одной рукой.

Я улыбнулся Крису. Напряжение исчезло.

– Наверное, я передам все это полиции, – заметил я, указав на пленки. – А затем позволю им заняться расследованием.

– И содержание твоих пленок, конечно, сочтут в суде неприемлемым, – предостерег меня он.

– Возможно, но я полагаю, что полиция сможет почерпнуть из моей работы кое-какую информацию о Джульет. Даже если они откажутся от подобной сделки.

– Ладно, не отдавай им пленки, пока мою статью не опубликуют, – предложил он.

– Твоя статья способна оказать давление на суд и повредить ходу следствия, – в свою очередь насторожился я.

– Мне это безразлично, – пожал плечами он. – Я хочу выставить этого ублюдка Питера Энстона на всеобщее обозрение. И также хочу, чтобы его выскочка-папаша скорчился, увидев заголовки на первой странице.

Я тоже хотел этого.