Гоблины. Пиррова победа - Андрей Константинов

— Что за грязные намеки? — насупился Мешок.

— Категорически возражаю! Напротив, самые что ни на есть чистые! — шутливо вскинулся Григорий. — Кстати, как у тебя с ней? Вытанцовывается что-нибудь? Я к тому, что раз уж у вас с Леркой все накрылось медным тазиком, то сейчас самое время…

— Не зарывайтесь, господин подчиненный!

— Виноват, господин начальник! Зарапортовался!.. Ладно, с Ольгой более-менее понятно. А вот по каким таким причинам в твой список попал Крутов?

— Исключительно по логико-прозаической. Как ты помнишь, Женька абсолютно спокойно принял предложение сыграть роль двойника судьи Зимина. И более чем реально рисковал своей шкурой, когда Зеча выпустил в него весь автоматный рожок.

Холин задумался:

— Знаешь, пожалуй, здесь я с тобой соглашусь. Но… лишь отчасти.

— А почему по частям?

— Да я вот сейчас припомнил, что мне тогда очень долго не давали покоя обстоятельства этой вашей канители на Фонтанке.

— И в чем ты узрел подвох?

— Ты когда-нибудь стрелял из автомата в движении? Да еще на такой скорости? Да еще с воды?

— И что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что вести прицельную стрельбу в таких условиях практически нереально. Значит, либо мы имеем дело с суперпрофи, либо…

— Что и требовалось доказать, — с удовлетворением констатировал Мешок. — Поскольку сейчас есть все основания полагать, что Зеча именно таковым и является. Он и есть спецназёр. Следовательно, профи.

— Но это только одна из версий.

— А есть и другая?

— Есть.

— Озвучь! Вернее, сначала налей, а потом озвучь.

— Лучше наоборот. А то ты окажешься не в состоянии ее грамотно воспринять. Короче, почему бы не допустить, что то было не покушение на судью, а всего лишь имитация? Пораскинь мозгой: судья, вернее его двойник, остался жив, даже не ранен, но цель все равно была достигнута — судью, в целях безопасности, отстранили от процесса, а сами слушания перенесли в столицу.

— Гришка, ну ты и сволочь! Ты только что, своими руками, разрушил мне очередную картину мироздания. Вернее, посеял в мою душу сомнения в правильности ее изначального построения.

— Ну, извини.

Мешечко на какое-то время умолк, собираясь с мыслями:

— Знаешь, при таком подходе у меня возникает гораздо больше сомнений и вопросов не в случае с Крутовым, а в истории с Ильдаром.

— А что Ильдар?

— Сейчас объясню. Наливай…

Мурманск,

17 сентября 2009 года,

четверг, 21:27 мск

…В 21 час 20 минут душевный и телесный покой помощника оперативного дежурного УВД по Мурманской области старшины милиции Почепцова был бесцеремонно нарушен явлением двух девиц с чемоданами, в ультимативной форме потребовавших незамедлительной транспортировки на ведомственную базу отдыха. Старшина Почепцов заметно нервничал, ибо в комнате дежурного в данный момент его ожидали с любовью разделанный окунь горячего копчения, вскипевший чайничек и начавшийся второй тайм матча Лиги чемпионов «Динамо» (Киев) — «Рубин». И хотя наши пока вели в счете, самая интрига еще только начинала раскручиваться…[15]

— …Женщина, а я вам еще раз говорю: никаких распоряжений на ваш счет не поступало! Перестаньте скандалить и покиньте, пожалуйста, помещение.

— Старшина, вы что, издеваетесь над нами?! Я — капитан милиции! Вот мое удостоверение. Мы только что с самолета. Прибыли к вам по важному и ответственному заданию. Немедленно соедините меня с Ледневым! Я сама с ним переговорю.

— Я не могу соединить вас с Игорем Всеволодовичем.

— Почему?!

— Потому что в данный момент он находится в городской больнице, в палате реанимации!

— Ежики пушистые! Час от часу нелегче! А что случилось?

— Аппендицит, — устало пояснил Почепцов. — Очень запущенный случай. Развился перитонит. Со всеми отсюда вытекающими.

— Кошмар какой! — ужаснулась Прилепина. — Ну хорошо! Тогда соедините меня с кем-нибудь из вашего руководства.

— Да какое вам руководство? Вы че, не с самолета, а с луны свалились? — искренне удивился старшина. — Все уже давно по домам разошлись.

— Но телефоны-то у них имеются?

— Имеются. Но не буду же я каждому встречному-поперечному раскрывать служебную тайну? Все! Приходите завтра, с утра.

— Конгениально! А где мы, по-вашему, должны торчать до утра? На вокзале? На скамейке в парке культуры и отдыха?

— Зачем на скамейке? У нас в городе полно гостиниц… Короче, очистите помещение. А то я вам устрою ночевку. В КПЗ. Вплоть до выяснения.

— Господи, какой кретин! — в бессилии проскрежетала Ольга.

— Что-о?!!!

Все это время с пренебрежительной ухмылочкой наблюдавшая за межведомственной милицейской перебранкой Юля потянула Прилепину за рукав:

— Да ладно тебе. Ты что, первый раз в жизни тупорылого мента увидела?

— Что-о?!!!!

— Ничего. Рот закрой — муха залетит и нагадит! Пошли, Ольга…

Барышни подхватили свои чемоданы и сердито поплелись на выход. Старшина Почепцов проводил их недобрым взглядом, запер входную дверь на засов и пробурчал возмущенно:

— Тоже мне — коза! Капитанша вшивая, а гонору как у генеральши. По ходу, питерские совсем оборзели. Возомнили о себе, понимаешь…

Выпустив столь нехитрым образом пары (включая пивной: а как вы хотели? — при наличии окуня горячего копчения!), страж мурманского порядка торопливо возвратился в свою коморку — досматривать футбол и заново греть чайник…

— …Гад! Вот гад!!! Ну, погоди! Я завтра его руководству такое устрою!

— М-да, как сказал классик: «Он вид имел весьма злодейский, но был работник милицейский», — усмехнулась Нежданова и, заприметив проезжающее такси, призывно помахала рукой. — Сторожи вещи, я сейчас.

Юля спустилась по ступенькам, профессионально покачивая бедрами, подошла к притормозившей машине.

— Мужчина, не подскажете, какая у вас тут есть приличная гостиница?

— Если из приличных — «Морская», «Губернская», «Полярные зори»… — начал вспоминать таксист.

— Стоп! Вот, мне название понравилось, «Полярные зори». Это далеко отсюда?

— Минут за пять доедем.

— А там хотя бы горячая вода в номерах имеется?