Поцелованный богом - Лариса Соболева

Парни все выложили, он тщательно заткнул им рты тряпичными салфетками, лежавшими в шкафчике с посудой. Выглянул в коридор. Откуда-то из глубины дома шли Писарь и Шея. Сергей прижался спиной к стене, дверь приоткрылась...

Головы парней торчали над спинками дивана, телик работал...

Дверь закрылась. Шаги направлялись к выходу...

Ярослав усадил ее, нежно гладил по волосам, его ласковый шепот должен был успокоить Майю, но она почти не слышала, что он говорит:

– Ты неправильно ее поняла, это все фантазии ревнивой жены.

– Да, – механически сказала она.

– Мы сейчас поедем ко мне, я буду любить тебя...

– Да.

– А что наговорила Валентина, забудь. Ты же не веришь ей?

– Да.

– Я очень скучал...

– Да.

Взяв ее за плечи, Ярослав повернул Майю и только хотел поцеловать, как вдруг она закричала, оттолкнув его:

– Не надо! Я не могу... не хочу... нет.

– Майя, ты ведешь себя глупо, – огорчился Ярослав, но тон его стал суровым.

– Произошло недоразумение...

– Что? – окончательно очнулась Майя. – Ты называешь недоразумением то, что случилось в доме дяди? Почему вы всех убили?

– Обстоятельства заставили, Майя. Если б не я его, то он бы меня... и многих. Мы пришли к нему домой, потому что другого выхода не было, у него имелись пленки с записями, документы, цифры не липовые... Утром он собирался переправить их в генпрокуратуру. Свидетелей не оставляют. Мы сначала искали, только когда применили силу, он все отдал. Я не знал, что Спасский – твой родственник.

– А если б знал?

– Майя, – Ярослав поднялся, прошелся в задумчивости, резко повернулся. – Я люблю тебя и хочу, чтоб ты была со мной. Если и ты меня любишь, то забудь...

– Вдумайся, что ты говоришь!

– А что тут думать? У тебя нет выбора: либо ты со мной, либо...

– Ты убьешь меня? Хорошо, я согласна: буду с тобой.

Он смотрел ей в лицо, изменяясь на глазах. Этого Ярослава Майя не знала, нет, не представляла, что он может быть таким: хладнокровным, жестоким, без человеческого в глазах. Она вжалась в диван, так как Ярослав направил на нее пистолет:

– Майка, прости, я не могу принять жертву, на которую ты идешь от страха. Я не буду тебе верить, а жаль.

Майя зажмурилась... Грохнул выстрел! Майя ждала, что пуля врежется в нее, и станет больно, но ничего подобного не произошло. Звук разбиваемого стекла заставил ее приоткрыть глаза – это Ярослав стулом разбил окно и выпрыгнул в него. А кто те стрелял?

Федор его ранил специально, чтоб оставить на растерзание ментам. Выстрелив в руку с пистолетом, он заковылял к густым кустам, понимая, что сейчас из дома полезет народ. Разбилось окно, из него вылетел Ярослав и помчался к машине, уехал, бросив товарищей, наверное, подумал что их менты обложили. Выбежали всего два человека, зато каких! Шея с Писарем обежали дом, не заметив Федора, остановились неподалеку от него. И не поняли, дураки, что один из их компании уже слинял.

– Стреляли в доме, – сказал Шея.

– Нет, снаружи... – озирался Писарь. – Иди посмотри, что Ярик делает.

Вот он, миг, которого ждал Федор.

Во время выстрела Ренат, до этого изрядно попотев, открыл замок и вышел в коридор. А навстречу Серега!

– На пол! – вдруг заорал Сергей.

Ренат плюхнулся, не задумываясь, и очень вовремя это сделал, потому что клинок, пролетев над головой, врезался во что-то мягкое, после чего раздался стон и грохот. Ренат повернул голову – за ним лежал паренек с пистолетом, выпавшим из его руки.

– Вставай. Мне пацаны сказали, что наверху спит еще один, я решил, нейтрализовать его, чтоб он не мешал... Вот дурак, выскочил на свою голову, – вынимая из тела нож, сожалел Сергей. – Мальчишка, а туда же...

– Кто стрелял внизу? – поднимаясь, спросил Ренат.

– Федька, наверное.

Оба сбежали по лестнице, а там Шея дергал дверь за ручку Шея, сдавленно шипя:

– Открой, сука! Ты ж отсюда не уйдешь. Я твою сестричку трахал и тебя сейчас измочалю... Открой!

Сергей выстрелил ему в бедро. Шея скорчился от боли, привалился спиной к стене и мычал. Не давая ему времени опомниться, Сергей подскочил к нему, и забрал пистолет. Сцапав его за грудки, поставил на ноги, и сказал:

– Трахал, говоришь? Девчонку? Больше никого не трахнешь. – А ведь пригодилась знаменитая, удобная во всех отношениях «Гарпия». Сергей, вынув широкий нож из-за спины, с силой ткнул им в пах Шеи. Вопль едва не разрушил дом. Насладившись этим звериным ревом, Сергей отпустил Шею, тот рухнул на пол. – Живи, сволочь, разрешаю. А подохнешь, не обессудь, на то не моя воля.

Ренат стучал в дверь:

– Майя, отзовись! Майя, это мы! Ты жива?

Она открыла дверь, уткнулась ему в грудь и плакала, плакала...

Федор достал свой пистолет с тремя патронами и выжидал. На выстрел в доме Писарь оглянулся, тогда-то Федор и выстрелил в него. Снова прицелился так, чтоб только ранить. Пуля задела плечо, Писарь инстинктивно схватился за него.

– Это я, одноногий, – сказал Федор.

Писарь попытался поднять руку с пистолетом, получил вторую пулю, опять не смертельную.

– С прошлого раза у меня осталось три патрона, я их приберег для тебя. Слышь, Писарь, я давно ждал и дождался. Ты – мое главное дело по жизни...

Перепуганных охранников отпустили, обошли все комнаты в поисках жены Ярослава, отыскали ее на втором этаже и закрыли дверь.

– Где она? – спросила Майя, когда Сергей и Ренат спустились.

– Поехали, – бросил Сергей, идя к выходу.

– Что с ней? – семенила следом Майя.

– Задушена, – огрызнулся он. – Хорошая компания у тебя здесь была.