Стокгольм delete - Йенс Лапидус

ЙС: Конечно… я понимаю.

М: Когда я открыл глаза, все было черно. Как в могиле. Попробовал подняться и ударился головой в потолок… не в потолок, конечно. Не знаю, как называть поверхность в паре дециметров над твоей головой. Пощупал руками – доски. Запах дерева.

И я понял. Из меня словно выпустили воздух. Полный паралич воли. Я лежал в деревянном ящике. Может быть, в гробу. Они затолкали меня в гроб…

Я взял себя в руки и попытался успокоиться. Вдохнул и выдохнул несколько раз и начал кричать.

Начал кричать – и не мог остановиться:

– Выпустите меня отсюда!

Минут через двадцать прямо над моим лицом в гробу открылся люк. В глаза брызнул яркий свет, и я зажмурился.

Эту физиономию я не забуду никогда.

– Затихни, – сказал он. – Ты что, жрать хочешь? Или в сортир?

– Выпустите меня!

– Если в сортир, пошли. Только вначале я тебя свяжу.

– Что вам надо? Пожалуйста… скажите, что вам от меня надо?

– Этим занимаюсь не я. Думаю, так: заплатишь – никто тебя задерживать не будет.

А потом… вряд ли я могу рассказать подробно. В памяти провалы, да и то, что помню, – как в тумане. Должно быть, я сам подсознательно вытеснил из памяти несколько суток, что пролежал в этом ящике… деревянный ящик, по-моему, меньше, чем багажник у «Вольво». Единственное, что могу сказать, – во всем этом участвовал не он. Не тот, кто меня похищал. Не тот, кто первым открыл люк и предложил мне еду. Я помню, как изменилось его лицо, когда он потом увидел, что они со мной сделали.

Другие люди пришли в первый же день. Я не знал, кто они, – всегда в масках. Сначала решил, что это «торпеды» Себбе. Что он меня не простил. Что хочет выжать из меня еще больше – за то, что я его обманул. Было же сказано: надо заплатить. Но вскоре я понял – дело не в деньгах. Им был нужен мой компьютер. Им нужно было знать, кому я рассказывал, что видел в конференц-отеле в усадьбе. Это не были люди Себбе. Это не были люди Кума. Они представляли какую-то другую мафию.

Куда более темную.

Они выдернули семь ногтей на пальцах рук. Они гасили об меня сигареты. Они засовывали в меня бутылки. Они… (неразборчиво)… то есть… я не в силах рассказывать.

ЙС: И не надо. Я читал протоколы суда, вы же все там рассказали?

М: В основном – да. Единственное, что я не сказал, – им был нужен компьютер. Не сказал, потому что боялся за семью.

ЙС: Это можно понять.

М: Как бы там ни было, через пять суток и пять часов они меня отпустили. Потом Сесилия рассказала. Ей позвонили – твой муж в наших руках, нам нужен его компьютер.

ЙС: И она отдала?

М: Да. Отдала. И одновременно заявила в полицию о похищении. Не знаю, что уж там предпринимала полиция, но как только она передала комп, тут же нашлись мои следы.

ЙС: А что случилось с компьютером?

М: Не знаю. Он попал к ним в руки. Больше ничего не знаю.

ЙС: И только одного человека осудили за все это? Из всех них – только одного?

М: Да. Того самого, кто меня похитил, а потом открыл гроб и предложил поесть. Его имя – Тедди Максумич.