Шкура неубитого мужа - Анна Михалева

Но, увидав в полумраке прихожей чересчур спокойную физиономию Коли, она поняла, что ее худшие опасения подтвердились. Лихорадочный блеск в его глазах и особенно ссадина на щеке только усилили ее опасения.

Ноги ее ослабли, она обругала себя за неосторожность.

Нет, нужно было звать на помощь не хилого аристократа, а целый милицейский наряд, а лучше бы группу захвата «Альфа». Нужно было лететь в отделение милиции и умолять их составить ей компанию, в ногах у них валяться, лишь бы они согласились! Как она могла быть такой легкомысленной! Вот так и гибнут наивные дурехи!

— Маша, беги! — одними губами прошептал Колька. — Беги!

— Чего? — не поняла она. Он перебил ее лихорадочные мысли, мечущиеся в голове, словно стая испуганных птиц.

— Беги, дура! — сквозь зубы прорычал он.

Она отпрянула от двери. Хотела было крикнуть, но звук застрял в горле. Она услыхала глухой удар. Коля охнул и упал на колени.

Маша попятилась, начисто позабыв о существовании Александра. Она увидела того, кто стоял за Колей.

— Ты? — вырвалось из груди.

Она рванулась прочь, но негодяй, отпихнув осевшего художника, прыгнул за ней на лестничную площадку.

И вот тут что-то произошло. Она не поняла, что конкретно случилось. Сначала нечто тонкое со свистом пронеслось мимо ее локтя и обрушилось на руку нападавшего. Тот взвыл, но, подавшись вперед, вылетел на площадку.

Машу отнесло к противоположной двери. Она увидела, как сэр Доудсен сделал короткий выпад, трость в его пальцах крутанулась еще раз, конец ее задел голову противника чуть выше виска, тот хлюпнул и повалился ему под ноги.

Повисла пауза.

— Ну, чо там, а? — послышалось из глубины квартиры.

Александр схватил в охапку тело, прикрыл им себя как щитом и таким образом направился в распахнутую дверь.

Маше он жестом посоветовал двигаться следом, держась у него за спиной.

Они миновали темный коридор и оказались в комнате.

— Мать твою за ногу! — воскликнул персонаж, которого с дивана словно пружина подкинула.

Его напарник, стоящий у этюдника, выкатил глаза и раскрыл рот. Судя по всему, в немом удивлении.

— Здравствуйте, господа, — довольно спокойно для человека, только что выдержавшего схватку и теперь несшего в неудобном положении недвижимое тело, поприветствовал их Александр. — Может быть, вам покажется это странным, но я рад вас видеть.

— От, блин, опять двадцать пять! — недовольно буркнул тот, что топтался у дивана.

— Да, со времени нашей последней встречи в темной арке, помните, я все думал, когда же вы снова найдете в себе силы потолковать со мной.

— На кой хрен ты нам сдался! — ответил тип у дивана, который был не в пример словоохотливее своего товарища, застывшего у этюдника. — Мы вообще не тебя звали, а вот ее!

Маша вздрогнула, когда нахальный бандит у дивана ткнул в нее пальцем.

— Представляю, как вы разочарованы, — улыбнулся ему молодой аристократ. — Но с некоторыми ситуациями приходится мириться. Неужели вы надеялись, что настоящая леди, а Мария, несомненно, таковой и является, выйдет из дома одна в такой час? Господа бандиты, вы допустили, с точки зрения ваших работодателей, профессиональную ошибку. Ведь настоящий мастер вашего дела должен учитывать все нюансы…

— Ты как хочешь, а я его сейчас пристрелю, — неожиданно прохрипел тот, кто стоял у мольберта, и, с необыкновенной резвостью выхватив из-за пояса брюк пистолет, направил его на Александра.

— Послушайте. — Аристократ, к Машиному удивлению, остался абсолютно спокоен и, кажется, даже настроился на дружеское общение. — Однажды вы уже пытались свести со мной счеты под памятной всем нам аркой.

Тогда, признаюсь, я был не в лучшей физической форме.

Я только подумывал о пользе утренних упражнений. Но с той поры прошло довольно много времени. Я здорово занялся собой и, надо заметить без лишней скромности, преуспел в этом. Не думаю, что вам приятно вспоминать нашу встречу под аркой, но уверяю вас, удар мой стал точнее и сильнее. Хотя, вполне возможно, вы тоже времени даром не теряли… — Он пристально оглядел сначала одного сгорбленного типа, потом другого и наконец недовольно поцокал языком:

— Нет, вы не утруждали себя физическими упражнениями. Настоящий атлет отличается крепким сложением. Так что я бы посоветовал вам…

— Он когда-нибудь заткнется?! — взревел бандит, потрясая в воздухе пистолетом. — Слышь, если не заткнешься, я выстрелю.

— Очень жаль. — Александр подхватил поудобнее недвижимое тело, которое все еще держал перед собой. — Однако прошу прощения за философский настрой. Когда я вас увидел, что-то теплое колыхнулось в моей душе.

Знаете ли.., у меня не так много знакомых в Москве…

— Вот урод! — бандит у дивана со злостью сплюнул в сторону. — Теперь он к нам в друзья-товарищи набивается! Я этого не переживу.

— Попробуйте собраться и пересилить минутный порыв, — наставлял его сэр Доудсен. — Ваш босс — господин Бессмертный — ждет от вас решительных действий и скорых результатов.

— Вот именно! — Бандит у этюдника снова прицелился.

— Смею напомнить, — с ноткой легкой печали проговорил молодой аристократ, — что выстрел вам не пойдет на пользу.

— Да?! Может быть, скажешь почему? — съехидничал бандит с пистолетом.

Александр вздохнул и покорно пояснил:

— Во-первых, выстрел может привлечь внимание соседей, которые не преминут позвонить в милицию. Во-вторых, стреляете вы еще хуже, чем владеете приемами ближнего боя. Не сердитесь, но я делаю вывод, исходя из того, как вы держите оружие и как трясется ваша рука.

В-третьих, вы просто раните своего товарища. И, наконец, последнее, вам будет небезынтересно узнать, что возле подъезда в нетерпении ждут приглашенные мной господа. Признаюсь, я не рассчитывал увидеть здесь моих старых знакомых и не желал рисковать. Наверное, это сильно умаляет мои положительные качества в ваших глазах, но что ж поделать. Поверьте, если бы я знал, что встречу именно вас, я бы никого не стал беспокоить.

— Ты чо, ментов, чо ли, вызвал? — У бандита с пистолетом бессильно опустились руки. Надо признать, что с этого момента его лицо приобрело цвет штукатурки.

А человек в руках Александра совершенно некстати подал первые признаки жизни. Он дернул рукой, открыл глаза и уставился на своего товарища.

— Что ж… — Сэр Доудсен перекинул его на одну руку, другой вытащил из кармана пальто телефон и, набрав номер, прижал его к уху. — Наше интимное рандеву разрушили непростительным образом. Вы не рассердитесь, если я все-таки приглашу своих товарищей зайти. На улице, знаете ли, не то время, когда птички поют и душа радуется… Алло, можно заходить!

Парень в его руках начал вяло брыкаться. Александр перехватил трость, которую до этого зажимал под мышкой и, поддев ею пленника под подбородок, на некоторое время пресек какое-либо движение с его стороны.