Врата изменников - Энн Перри

– Даже не знаешь, когда ушла из дома миссис Чэнселлор?

– Кто это, Томми? – послышался за ним мужской голос.

– Это из полиции, Джордж.

Дверь открылась пошире, и суперинтендант увидел перед собой мужчину, чья правая рука была на перевязи. Он с подозрением смотрел на непрошеного гостя.

Питт протянул ему свою визитную карточку.

– Войдите, сэр, так будет лучше, – неохотно предложил мужчина. – Не знаю, что мы можем вам рассказать.

Мальчик чуть отступил и дал полицейскому войти. В буфетной, загроможденной овощами, кастрюлями и сковородками, потерянно стояла маленькая горничная с красными от слез глазами, сжимая в руках край передника.

– Мистер Ричардс сейчас занят, – объяснил Питту мужчина с перевязанной рукой и провел его через кладовую в кухню, а оттуда в каморку дворецкого. – Лакей – в холле. Горничные так расстроены, что не в состоянии открывать дверь.

Томас, принявший человека с больной рукой за лакея, понял, что ошибся.

– А вы кто будете? – спросил он.

– Я кучер, Джордж Брэгг.

Суперинтендант посмотрел на его руку.

– А что с рукой?

– А, это вчера, – горько посетовал кучер. – Всего лишь ожог. Скоро заживет.

– Значит, не вы отвозили миссис Чэнселлор вчера?

– Нет, сэр. Она наняла кеб. Хозяин помог ей его найти. Она уезжала надолго, а мистер Чэнселлор тоже собирался куда-то, и ему нужен был экипаж.

– У ваших господ всего лишь один экипаж? – удивился Питт. Он был уверен, что экипажи, богатая сбруя и ливрейные лакеи – верные показатели положения в обществе. Многие стремились иметь несколько экипажей и часто, чтобы содержать их, залезали в долги.

– О нет, сэр, – поспешил рассеять его сомнения Брэгг. – Но миссис Чэнселлор не говорила, что собирается уезжать, поэтому большой экипаж не приготовили. Сам мистер Чэнселлор решил воспользоваться одноконной коляской. А миссис Чэнселлор ехать было совсем недалеко, днем она обычно преодолевала этот путь пешком.

– Значит, она уехала, когда уже стемнело?

– Да, сэр. Около половины десятого. Кажется, собирался дождь. Но она все же ушла. Лили видела, как она уходила. Лучше спросить у Лили, она вам расскажет куда больше, если сможет. Она не просыхает от слез. Лили очень любила миссис Чэнселлор.

– Если вам не трудно, найдите, пожалуйста, эту девушку, – попросил Томас.

Джордж ушел, оставив его одного на целых пятнадцать минут. Наконец он вернулся с девушкой, лицо которой было красным, а глаза опухли от слез. На вид ей было лет восемнадцать.

– Здравствуйте, Лили, – тихо поздоровался суперинтендант. – Садитесь, пожалуйста.

Лили, не привыкшая к тому, чтобы ее приглашали сесть в присутствии старших, попросту не поняла Питта.

– Садись, Лили, тебе говорят, – легонько подтолкнул ее к стулу кучер.

– Джордж сказал мне, что вы видели, как уходила миссис Чэнселлор вчера вечером, – осторожно начал Томас. – Это верно?

– Да, сэр, – всхлипнула девушка.

– Вы не помните, когда это было?

– Около половины десятого, но точно ли, я как бы не уверена.

– Расскажите, как это было.

– Я как бы стояла на площадке лестницы. Только что постелила постели в спальне и видела, как госпожа прошла через холл к двери. – Лили судорожно глотнула воздух. – Она была в своей любимой накидке, как бы синей такой… Я видела, как она открыла дверь и вышла. Клянусь, что это было так. – Лили не удержалась и расплакалась, но очень тихо и с каким-то удивительным достоинством.

– Вы всегда стелите постели в половине десятого?

– Да, сэр… да.

– Спасибо, Лили. Это все, из-за чего я вас побеспокоил. Хотя… Вы сказали, что видели миссис Чэнселлор вечером; может, вы также видели и мистера Чэнселлора?

– Нет, сэр. Он, должно быть, уже уехал.

– Понимаю. Спасибо, Лили.

Брэгг заботливо помог ей встать со стула, и девушка ушла.

– Вы хотите поговорить еще с кем-нибудь, сэр? – справился он у полицейского.

– Вы сказали, Джордж, что мистер Чэнселлор уехал позднее.

– Да, сэр.

– Но не вы его везли, не так ли? – Питт посмотрел на забинтованную руку конюха.

– Нет, сэр. Я к тому времени уже ошпарил руку. Это случилось до того, как он уехал. Мистер Чэнселлор сам правил. Он хорошо умеет править легким экипажем, особенно одноконным. Он заранее предупредил меня, что ему будет нужен одноконный экипаж, и все было готово.

– Понимаю. Благодарю вас. Вы не помните, когда он вернулся домой?

– Нет, сэр. Он часто возвращается поздно. Заседания кабинета и другие затягиваются иногда до полуночи, когда что-то случается в правительстве, а случается, сами знаете, довольно часто.

– Это верно. Спасибо, Джордж. Думаю, что я, кажется, все узнал – по крайней мере, пока. Если вы не хотите сами что-то добавить.

– Нет, сэр. Более ужасной вести я еще не слышал. Как могло это случиться? – печально и растерянно произнес кучер.

Суперинтендант покидал дом Чэнселлоров, полный сомнений и недобрых предчувствий. Он шел по Брутон-стрит, погруженный в нерадостные раздумья. Сьюзен сказала мужу, что едет к Кристабел Торн, что было неправдой. Конечно, что-то могло заставить ее изменить свои планы. Это, должно быть, произошло где-то на Маунт-стрит, спустя десять минут после того, как она вышла из дома.

Но зачем ей было прибегать ко лжи, если, конечно, она не скрывала что-то от супруга? Куда она направлялась, на встречу с кем, если решила утаить это от него? Возможно, ей была известна личность предателя в Министерстве по делам колоний или она кого-то подозревала. Но не была ли она сама виновницей, тайком от мужа собиравшей секретную информацию? Может быть, Лайнус брал на дом секретные бумаги, а его жена знала об этом? Или он обсуждал с нею что-то важное, поскольку она принадлежала к семье известных банкиров? Или Сьюзен в тот вечер направилась прямо в германское посольство? Кто-то, возможно, остановил ее, перехватив на полдороге где-нибудь между Беркли-сквер и Верхней Брук-стрит, затем увел к реке и там убил. Очевидно, он поджидал ее.

Или все объясняется предельно просто и банально: любовное свидание. Кристабел Торн не верит в это, хотя не исключает такую возможность. Что может связывать Сьюзен и Крайслера? Не являются ли их яростные споры об Африке предлогом для встреч или никаких споров нет, а причина раздоров лишь в чувстве вины?

Почему кебмен не явился в полицию? Он должен был это сделать, как только газеты оповестили весь Лондон о происшествии. А произошло это в считаные часы. Утренние выпуски газет уже сообщили о найденном теле, а во время ланча мальчишки-газетчики должны были кричать об этом на каждом углу.