Криминальный гамбит - Евгений Сартинов

— Они что, совсем ох…!

Он так и не понял, в чем дело. Выскочивший из «ауди» Колодников начал крошить из автомата салон «БМВ». Он стрелял с метра, не более, и каждая пуля находила свою цель. Андрей не делал пауз и отпустил скобу спуска, лишь когда опустел магазин.

В наступившей внезапно тишине показалось, что заложило уши, он даже тряхнул головой, стараясь избавиться от неприятного ощущения. В воздухе стоял запах пороха и крови… Опустив автомат, Колодников отошел к «ауди», положил оружие на сиденье. А со стороны центра города неслись друг за дружкой еще две патрульные машины и «Нива» вневедомственной охраны. Выскочившие из них с оружием наперевес милиционеры окружили иномарки. Намерения у них были самые серьезные.

— Руки! — закричал кто-то из рядовых, передергивая затвор автомата, но капитан тут же дал этой команде отбой.

Хорошо, что в одной из машин прибыл капитан Могильнов.

— Отставить! Это свои, — сказал он и подошел к Колодникову.

— Хорошо, Андрюха, что я тебя признал, а то бы еще чуть-чуть и расстреляли бы на хрен.

Все это время Паша Зудов неподвижно сидел в машине. Колодников наклонился к другу и обеспокоенно спросил:

— Паша, ты чего?

Тот поднял на него глаза, и Андрей понял, что капитан находится в состоянии, называемом боксерами «грогги». В последний момент перед столкновением «БМВ» Паша крикнул непристегнутому ремнями безопасности Колодникову: «Держись!» — и рукой придержал Андрея, но сам ударился головой о лобовое стекло.

— Ничего, все нормально, — сказал Зудов, попытался завести машину, но стартер гудел впустую.

— Бесполезно, сдохла тачка, — сказал он, неуверенно выбираясь из машины.

У дома номер семь стояло машин пять, но все милиционеры столпились у простреленной «Нивы», а Колодников с Зудовым поспешили во двор.

Всегда чистенький и ухоженный, сейчас дворик напоминал поле боя. Повсюду битое стекло, на асфальте блестят латунью стреляные гильзы, яркими пятнами на стенах дома и на завалинке алеет кровь…

Увидев застреленного пса, Колодников рванулся в дом. Паша чуть замешкался и услышал сдавленный крик Андрея. Выхватив пистолет, он осторожно вошел в полутьму коридора. Он понял, куда девался майор, когда увидел черный провал подпола. Наклонившись над люком, спросил:

— Андрей, ты где?

— Да здесь я, здесь!

— Не ушибся?

— Нет, тут уже кто-то есть, так что я мягко приземлился. Дай руку.

Паша помог Андрею выбраться.

— Кто-то стонет, ранен, что ли, — начал рассказывать опешивший Колодников.

— Не Юрка?

— Нет, я по голове случайно провел — лысый. А где же наш Юрок?

Они разбежались по разным комнатам, и вскоре Паша позвал Колодникова:

— Андрей, помоги мне!

— Вот, рацию его нашел! — сказал Колодников, выходя из зала.

Увидев расстрелянную дверь, он присвистнул, потом приналег плечом, и вдвоем они сантиметр за сантиметром начали отодвигать пока невидимую преграду.

Когда зазор увеличился настолько, что мог проникнуть человек, худой Колодников сумел пролезть в комнату. Первое, что он увидел в полутьме, — лежащего на полу лейтенанта с залитым кровью лицом.

— Ну, с-суки, что делают! — скрипнул зубами Колодников. Вслед за ним протиснулся и Паша.

— Мертв? — спросил он.

— Не знаю, — майор попытался приподнять голову Юрия. Неожиданно тот застонал, и Андрей обрадованно вскрикнул:

— Жив! Вызывай «скорую», реанимацию! А пока давай вынесем его.

Но это оказалось не так-то просто. Сначала им пришлось оттащить в сторону слоновий комод, и лишь потом, полностью открыв дверь, они смогли вынести раненого лейтенанта. Колодников лишь раз покосился в сторону кровати, но, увидев широко открытые испуганные глаза Ольги Орловой, больше не обращал на злополучную мисс Кривов никакого внимания. "Как же он за нее дрался!

Собственным телом закрыл. Дает Астафьев!" — подумал майор.

За воротами стояла «скорая помощь», приехавшая еще раньше. К сожалению, убитому милиционеру помочь ничем уже было нельзя, а для оперативников приезд врачей был очень кстати.

— Носилки! — закричал Колодников. Юрия положили на носилки, стали грузить в машину.

— Куда ногами вперед! — возмутился Андрей, но врач «скорой» его успокоил:

— Какая разница, лишь бы быстрей.

Когда «скорая» уехала, в переулке появилось такси, из которого вылезла белая как бумага Анна Владимировна Орлова. Она сразу поняла, что произошло что-то страшное, и трясущимися губами спросила:

— Что… с Ольгой что-то?

— Да жива ваша дочь. Она свой лимит на смерть исчерпала. Паш, — обратился Андрей к другу. — Ради бога, сходи, закрой этот чертов люк, а то все так и будут туда падать.

— А этот? — Зудов показал пальцем вниз.

— Да черт с ним, потом разберемся! Никто его не заставлял туда нырять, так что пусть пока посидит.

Анна Владимировна в сопровождении Паши прошла в дом, а Колодников потащился к древней лавочке у калитки и без сил опустился на нее. Вытянув последнюю сигарету из пачки, он закурил и, взглянув снизу вверх на подошедшего Могильнова, спросил:

— Этот день когда-нибудь кончится? Столько приключений на собственную задницу я не находил за все годы службы. Что там у тебя?

— Пименов убит. «Нива» как решето, — сказал Могильнов, опускаясь рядом с Колодниковым. Закурил. — А ведь только что ее получили, какой-то месяц назад.

— Черт с ней, с машиной. Парня жалко.

— Что дальше делать будем?

— Надо Гуся брать.

— А санкции?

— Думаешь, прокурор не даст?

Могильное подумал и уверенно кивнул:

— Даст. После этого, — он посмотрел на изрешеченную «Ниву». — Даст, никуда не денется.