Обманутые иллюзии - Нора Робертс

Движение руки – и вот он раскачивает над головой ничего не подзревающего ассистента только что украденные у того часы. Отвлекая осмотром наручников обоих сбитых с толку добровольцев. Люк вытаскивал практически у них из-под носа их бумажники, ручки и даже мелочь из карманов.

– Значит, когда мы их закроем, в моем распоряжении будет тридцать секунд, Гарри? – он улыбнулся стоявшему рядом невысокому очкарику. – Я могу звать тебя Гарри?

– Конечно.

– Ну, Гарри, я попрошу тебя засечь время. У тебя есть секундная стрелка на часах?

– Да, да, – доброжелательный Гарри поднял руку, показывая запястье, и тотчас же резко нахмурился.

– Он действительно молодец, правда? – прошептала Дори из-за плеча Роксаны.

Заканчивая этот номер. Люк раздал глуповато ухмылявшимся добровольцам их имущество. Оркестр заиграл бойкую мелодию.

– Вы молодцы. Вы были просто великолепны. Теперь можете отдохнуть. И не расстраивайтесь, – он подмигнул, протягивая Гарри галстук, который так же ловко снял с его шеи. Потом Люк как бы желая помочь, оправил на Гарри рубашку, суетливо одернул пиджак, рукава.

– Что он делает? Изображает из себя лакея? – спросила Дори.

– Смотри, смотри.

Люк все одергивал, приглаживал, поправлял, затем в последний раз сердечно ударил добровольного ассистента по плечу. Когда Гарри повернулся, чтобы спуститься со сцены, Люк схватил его рубашку сзади за торчащий воротничок и быстро дернул вверх. Нежно-голубая рубашка Гарри осталась у него в руках, а тот в недоумении таращил глаза на обнажившуюся под пиджаком голую грудь.

– Вот это да! Как он это делает? Как он вытащил рукава из-под пиджака?

Роксана смеялась, как смеялась всякий раз, когда Люк показывал этот необычный фокус.

– Извини, профессиональный секрет, – она еще раз усмехнулась и вышла на сцену.

Следующий номер они делали вместе с Люком. Это была красивая и быстрая дуэль двух фокусников-профессионалов. Они стояли в двух концах сцены, костюм Роксаны – как зеркальное отображение костюма Люка: черный приталенный смокинг с блестящими лацканами. В этом номере точное чувство времени было так же необходимо, как и ловкость рук. Различные предметы появлялись и исчезали у них в руках, то вдруг их становилось много, то они меняли цвет и размеры.

В завершение Люк выжал все, что мог, из своего обещания показать номер с освобождением. Он долго и льстиво упрашивал Роксану быть его ассистентом. Та отказывалась.

– Давай, Рокси, что же ты ставишь меня в неловкое положение перед всеми этими милыми людьми.

– Сделай это сам, Каллахан. Я помню, что было в последний раз.

Разводя руки, Люк повернулся к зрителям:

– Ну, она исчезла на несколько часов. Но в конце концов я ее вернул.

– Нет!

– Ну, дай мне шанс, – она опять покачала головой, и он театрально вздохнул. – Ладно, тогда просто подержи для меня занавес.

Роксана изучающе посмотрела на него подозрительными, прищуренными глазами.

– Ты хочешь, чтобы я только подержала занавес?

– Ага.

– И никаких шуточек?

– Абсолютно никаких, – он повернулся в сторону публики и наигранно подмигнул.

– Хорошо, я согласна, но только потому, что сегодня собрались такие замечательные зрители. Знаешь что? Я лучше надену на тебя твои же наручники.

И она со звоном тряхнула наручниками, вызвав взрыв хохота у зала. Люк широко открыл глаза и беспомощно ощупал свои карманы.

– Очень ловко, Роксана.

– О-о, у меня еще много разных фокусов в рукавах. Давай, иди сюда, Каллахан.

Он протянул запястья, и вновь грянула музыка. Театрально размахивая руками, Роксана надела на него наручники, щелкнула их и сверху обмотала цепью – для подстраховки. Потом, открыв крышку, она провезла по кругу сундук, чтобы все могли увидеть, что у него есть четыре стенки и дно. Люк забрался в сундук, и Роксана, воспользовавшись его скованными руками, наклонилась и изо всех сил чмокнула в губы.

– На счастье, – затем затолкнула его голову вниз и опустила крышку. Закрутив болты, она достала из кармана ключик и заперла каждый болт. Встав на крышку сундука, Роксана опустила со всех четырех сторон белый занавес так, что теперь он закрывал все, кроме ее головы.

– Считаем до трех, – крикнула она. – Раз. Два. Ее голова исчезла, а взамен появилась голова Люка.

– Три.

Зал взорвался аплодисментами. Они гремели, не смолкая, и потом, когда Люк отдернул занавес. Теперь на нем был белый, блестевший серебром смокинг. Он несколько раз церемонно раскланялся, затем рассеянно повернул голову к сундуку. Оттуда слышался громкий стук.

– Оп! Кое-что забыл, – он щелкнул пальцами, и в пальцах возник ключ. Отперев сундук, он снял болты и откинул крышку.

– Ловко, Каллахан. Очень ловко!

Он только усмехнулся, наклоняясь вниз и доставая из сундука Роксану. Она тоже была в белом смокинге, но теперь ее руки были скованы наручниками и цепями. Люк поклонился в последний раз с Роксаной на руках и понес ее за сцену.

– Готова? – прошептал он.

– Почти. Давай.

Он повернулся обратно, к продолжавшейся овации. Он все так же держал ее, только теперь ее руки были свободны, а его – в наручниках.

– Могла бы быть на несколько секунд побыстрее, – сетовал он, опуская Роксану на пол перед ее костюмерной. – Во время фокусов ты все время немного отставала.

– Нет, это ты немного спешил, – она улыбалась, потому что почувствовала, как сильно билось его сердце, когда он нес ее за сцену. – Может, подеремся, Каллахан?

– Нет, черт побери. Просто разберись со временем.

– Уже разобралась. Мое время пришло, – прошептала она, когда он отвернулся.

Роксана очень надеялась, что не ошиблась. Господи, она нервничала, как кошка, но – или сейчас, или никогда. Уже в пятый раз она смотрелась в зеркало. Ее волосы были искусно начесаны, глаза – чуть-чуть подкрашены. Длинное платье из шелка цвета слоновой кости нежно облегало все изгибы тела. Роксана побрызгала в воздух духами и затем прошла сквозь облако летучего аромата. Наконец, она решилась. Девушка вышла из каюты, направляясь вниз по коридору и через холл к каюте Люка.

Он тем временем разделся, оставшись в одних серых плавках, и пытался уснуть. Лежа в постели. Люк обдумывал варианты нового номера с освобождением.

Он только хмыкнул, услышав стук в дверь. Люк рассеянно наблюдал, как дверь открывалась, и вдруг вытаращил глаза от изумления, он увидел Роксану.

– Что такое? Что-то случилось?

– Не думаю, – она прислонилась спиной к двери. Это движение было не столько провокационным, сколько ей хотелось обо что-то опереться и унять предательскую дрожь в ногах. Она щелчком закрыла замок. – Я хочу разобраться со временем, – проговорила она, идя к нему через комнату. Он вскочил и набычился, готовый оттолкнуть ее. Но Роксане было достаточно прикоснуться ладонью к его обнаженной груди, чтобы враждебность развеялась, а Люк вздрогнул.