Наследие Луны - Дэвид Линн Гоулмон

– Я не сомневаюсь, что за терактами стоит тот самый маньяк, который поливает тебя грязью в своих выступлениях. Он же организовал похищение «Колумба» и покушение на тебя. И он не остановится, пока мы его не остановим. Прикажи арестовать этого сукиного сына. Возможно, тогда Маккейб поймет, что ему не заплатят, и мы спасем немало невинных жизней.

– Спасибо, дружище. Я уже дал ФБР соответствующее распоряжение. Теперь отдохни; посмотрим, удастся ли нашим людям добраться до Луны.

Найлз не нашелся что сказать, поэтому только кивнул.

Картинка на экране снова сменилась синим фоном. Комптон снял очки и нашарил рукой упавшее кресло. Тяжело опустился в него и закрыл глаза руками. Затем выпрямился, глубоко вдохнул и впервые в жизни решил послушаться президентского совета. Он встал и вышел из кабинета. Всего за минуту его настроение изменилось на прямо противоположное. Направляясь к лифту, Найлз бросил секретарям:

– Я поеду в Лас-Вегас, буду наблюдать за запуском с доктором Поллок. Сегодня не вернусь. Если будут звонки по поводу запуска или полковника Коллинза, переадресуйте на мой сотовый.

Директор вышел из приемной, а помощники с облегчением смотрели ему вслед. Наконец в его глазах снова горел огонь, а походка излучала уверенность.

Клиника Джорджтаунского университета,

Вашингтон

Президента осматривали сразу три специалиста, два из которых, по его мнению, еще даже не окончили медицинский. Он успел выйти к окнам в тесном окружении шести агентов секретной службы, затем выразил свои соболезнования семьям сотрудников охраны, погибших при исполнении, а также вдове советника по национальной безопасности. Теперь в палату снова принесли телефон. Предстоял разговор, который, как думал президент, на его веку никогда не состоится: следовало вразумить председателя Китайской Народной Республики.

– Здравствуйте, господин председатель, – произнес президент, когда связь настроили.

Он посмотрел на госсекретаря, который тоже присутствовал при разговоре вместе с официальным переводчиком. Нужно было удостовериться, что с ними беседует именно председатель.

Послышался ответ на китайском, переводчик перевел. Госсекретарь кивнул: на другом конце провода действительно восьмидесятилетний глава КНР.

– Господин президент, чрезвычайно рад слышать ваш голос и убедиться, что вы хорошо себя чувствуете. Я лично и весь мой народ желаем вам скорейшего выздоровления.

– Благодарю, господин председатель, за добрые слова и за то, что отвечаете на звонок в такой поздний час.

– Не стоит. Я не собирался спать, пока не увижу, как ваша страна произведет запланированный двойной запуск. Надеюсь, вы понимаете мое любопытство. Очень хочется увидеть, не постигнет ли американскую сторону та же беда, что и другие страны в последние несколько дней.

Президент понял намек, больше похожий на обвинение под оберткой политического велеречия. Тем не менее он решил не спорить с пожилым председателем, а перешел к делу.

– Господин председатель, я звоню, чтобы просить вас о сотрудничестве в том, что касается лунных находок. Вы сами видели, что страны, предпринявшие попытку запустить свои миссии, столкнулись с противодействием неизвестного нам врага, который не остановится ни перед чем, чтобы помешать человечеству вернуться в космос.

На том конце провода повисло долгое молчание.

– Господин президент, не вижу причин, по которым мой народ должен прислушиваться к диктату Запада. Эти дни уже в прошлом. Запугать нас не так легко, как вам, наверное, кажется. «Великолепный дракон» на полпути к месту назначения. Должен еще раз подчеркнуть, что мы не потерпим вмешательства других стран, – точно так же, как нам все эти годы не было дела до объявленной Штатами монополии на космические исследования.

– Господин председатель, я обращаюсь к вам не от лица страны, а лично. Мне бы искренне хотелось…

Лидер КНР перебил президента и переводчика; последний даже не знал, куда себя деть.

– Мы располагаем сведениями, что Запад давно знает об этих находках, но за все это время не пожелал делиться ни информацией, ни технологиями с Народной Республикой и рядом других государств. Вы так долго стерегли тайну хранящихся в Эквадоре артефактов, а теперь требуете от нас содействия? Возможно, если б вы были открыты с моими предшественниками, данного положения удалось бы избежать.

– Уверяю вас, находка была совершена нацистами и после этого затерялась. Мы сами лишь недавно узнали о ее существовании. Соединенные Штаты и союзные государства с величайшим почтением относятся к…

Президенту снова не дали договорить.

– Господин президент, позвольте вновь выразить мою радость по поводу того, что вы пережили все тягости сегодняшнего дня. Уверен, как только «Великолепный дракон» вместе с нашими героическими тайконавтами совершит посадку, весы будут уравновешены, и мы сможем вернуться к вопросу взаимоотношений на паритетных началах. Кроме того, это позволит нам плодотворнее обсудить положения «Плана Блау», если угроза извне действительно настолько реальна. Желаю вам доброй ночи и всяческой удачи в сегодняшнем запуске.

Госсекретарь молча сидел и слушал, глядя на президента. Тот покачал головой.

– Председатель повесил трубку, сэр.

– Чтоб их всех! – в сердцах произнес президент и ударил трубку о столик. Взором, не предвещавшим ничего хорошего, он выпроводил врачей из палаты и потянулся за стаканом с водой. – Свяжите меня с космическим центром Джонсона. Пусть к конференции подключат центр Кеннеди, «Ванденберг» и мыс Канаверал. Всем полная готовность.

Пока президент запивал лекарства, в палате повисла тишина. Глава государства поднял глаза к потолку и решительно кивнул.

– Принесите мне брюки и пиджак. Я ухожу.

– Куда? – спросил госсекретарь.

– Домой. Хочу увидеть жену и детей.

Международный аэропорт Хартсфилд

Атланта, штат Джорджия

Джеймс Маккейб сидел в лимузине, поджидая Лорел Роулинз. Даже несмотря на тонировку, ему казалось, что каждый прохожий смотрел прямо на него, а все из-за того, что он оставил Джека Коллинза в живых. Что ж, пускай это будет уроком: когда делаешь что-то масштабное, нужно соблюдать правила. Теперь его подозревают в совершении терактов. Завтра придется снова исчезнуть, однако для этого нужна дочь благообразного святого отца в качестве залога, что ему заплатят за выполненную работу. Потом он покажет Лорел с Механиком, что никто не сговаривается за спиной Джеймса Маккейба.

Дверь открылась; хотя Джеймс знал, что это дочка Роулинза, трудно было не вздрогнуть: в конце концов, его сейчас разыскивают все спецслужбы планеты. По иронии судьбы, план, который он заготовил для Джека, обернулся бумерангом и больно ударил его самого. Теперь они вдвоем возглавляли список самых опасных преступников.

Лорел скользнула на заднее сиденье роскошного черного «Линкольна», и водитель тронулся. Девушка по обыкновению наклонилась к щеке Маккейба, но он жестом остановил ее.