В присутствии врага - Элизабет Джордж

— Первое расследование, — сказала Барбара, — всегда самое трудное. Мое было таким. Я думаю, вы отлично справитесь.

— У меня было пять высших оценок, — серьезно заявил он. — Я даже думал поступать в университет.

— Почему не стали?

Он стряхнул пепел в щелочку приоткрытого окна.

— Из-за мамы, — ответил он. — Ее астма то лучше, то хуже. У нее бывали очень серьезные приступы, и я не мог оставить ее одну. — Он глянул на Барбару. — Видимо, у вас создается впечатление, что я маменькин сынок.

Только не у меня, подумала Барбара, вспомнив о своей матери. Но сказала лишь:

— Теперь у нее есть Сэм, поэтому у вас на горизонте замаячила свобода, да?

— Вы имеете в виду нашего «дружочка»? — с сарказмом осведомился он. — О да. Конечно. Если дело закончится браком, я буду свободен. Если дело закончится браком.

Он говорил как человек, который уже не раз обманывался в своих надеждах.

Они въехали на мост, перекинутый через канал Кеннета и Эйвона.

— Уилкот, — произнес Робин, указывая на крытые тростником коттеджи, протянувшиеся вдоль канала, как бусины примитивного ожерелья. И добавил, что место назначения уже недалеко. Барбара посмотрела на часы на приборной доске: четыре пятьдесят две. Точно по расписанию, подумала она.

Когда они въехали в Аллингтон, небо вместо черного стало серо-сизым.

— Мы приближаемся, — сказал Робин, но прежде чем продолжить путь, объехал вокруг деревни, чтобы показать Барбаре две дороги, подходившие к ней со стороны шоссе. Одна из них шла мимо Парк-фарм и полудюжины грубо оштукатуренных домов с красными черепичными крышами. Вторая, более близкая к Уилкоту и дороге, по которой приехали они, проходила через Мэнор-фарм, укрывшуюся за кирпичными, увитыми зеленью стенами.

Дороги сливались в ухабистый проселок, и по этому-то проселку, по которому они теперь тряслись — Робин извинился за подвеску своей машины — до места обнаружения тела было еще полторы мили.

Барбара, старавшаяся примечать детали, рассеянно кивнула. Даже в пять утра в трех домах горел свет. На улице никого не было, но если неделю назад в такой же час здесь проехала машина, кто-нибудь мог ее услышать, увидеть, и требовались только правильно поставленные вопросы, чтобы освежить память свидетеля.

— Ваши сотрудники обошли эти дома? — спросила она.

— Первым делом.

Робин переключил скорости, машина неудобно накренилась, и Барбара ухватилась за приборную доску.

— Наверно, еще раз придется с ними со всеми поговорить.

— Можно.

— Они могли забыть. Кто-нибудь должен был уже встать. Сейчас люди встали. Если проезжал автомобиль…

Робин присвистнул сквозь зубы, как бы сомневаясь, но не желая облечь сомнения в слова.

— Что? — спросила его Барбара.

— Вы забываете, — сказал он. — Тело бросили утром в воскресенье.

— И что?

Он сбросил скорость, чтобы преодолеть яму размером с воронку от снаряда.

— Вы же городская. Воскресенье в деревне — день отдыха, Барбара. Фермеры встают до зари шесть дней в неделю. А на седьмой день они делают то, что повелел Бог, и позволяют себе поваляться в постели. Встают они, вероятно, к шести тридцати. Но в пять? Только не в воскресенье.

Барбара ругнулась.

— Да, это дела не облегчает, — согласился он.

Там, где дорога поднималась к мосту, Пейн резко свернул влево и выключил двигатель, который, чихнув три раза, замолчал. Они вышли на утренний воздух.

— Туда, — показал Робин и повел ее на другую сторону моста, где откос, густо поросший травой, спускался к тропинке, идущей вдоль канала.

Здесь в изобилии росли камыши и множество полевых цветов, усеивавших темно-зеленые берега розовыми, белыми и желтыми звездочками. Из камышей поднялись вспугнутые ими утки, и их внезапные крики казались единственными звуками на много миль вокруг. К западу и востоку от моста у берега стояли на якоре два катера, и Робин объяснил, что это туристы. Их не было здесь, когда нашли тело. Их не будет здесь завтра.

— Идут вверх до Брэдфорда-на-Эйвоне, — сказал он. — В Бат, Бристоль. Эти катера ходят по каналу с мая по сентябрь. Останавливаются только на ночь, где можно пришвартоваться. В основном горожане. — Он улыбнулся. — Как и вы.

— А где они берут катера?

Робин достал сигареты, предложил Барбаре. Дал прикурить от спички сначала ей и, прикрывая пламя, взял в ладони руки Барбары. Его кожа оказалась гладкой и прохладной.

— Берут напрокат, — ответил он. — Практически в любом месте рядом с населенными пунктами кто-нибудь сдает в прокат катера.

— Например?

— Ну, скажем, в Хангерфорде. В Кинтбери, Ньюбери, Девайзисе, Брэдфорде-на-Эйвоне. Даже в Вуттон-Кроссе. Там есть пункт проката.

— В Вуттон-Кроссе?

— Дальше по Мальборо-роуд есть пристань. Там канал проходит через деревню. Катера берут там.

Барбара понимала всю сложность этого дела. Прищурившись сквозь сигаретный дым, она посмотрела на дорогу, по которой они приехали.

— Куда она приведет, если ехать дальше? — спросила Барбара.

— Продолжает идти по полям, — ответил Пейн. — И заканчивается у кленовой рощицы примерно через три четверти мили.

— Там есть что-нибудь?

— Только деревья. Межевые изгороди. Больше ничего. В воскресенье днем мы всё там прочесали. Можем еще раз пройтись, если вы захотите, когда развиднеется.

А тем временем небо на востоке становилось все светлее. Барбара обдумала предложение. Она понимала, насколько невыгодно их положение в этом расследовании. С момента исчезновения Шарлотты Боуэн прошло пять дней, шесть, если считать этот. Сорок восемь часов прошло с тех пор, как обнаружили ее тело, и одному богу известно сколько — с момента ее смерти. Чем больше утекало песка в песочных часах, тем больше остывал след и тем меньше оставалось надежды на успешное раскрытие дела. Барбара это понимала. И в то же время ощущала в себе необыкновенную решимость повторить уже пройденное. Почему? — удивлялась она, но ответ знала. Это был ее шанс отличиться — в точности как и для детектива-констебля Пейна, — и она собиралась воспользоваться им по полной программе.

— Если ваши люди ничего там не нашли… — начала она.

— Ни пылинки, — сказал Пейн.

— Тогда займемся тем, что у нас есть.

Они прошли несколько ярдов вдоль канала, точно к тому месту, где лежало в камышах тело. Обратно к мосту первой пошла Барбара. У основания его кирпичной арки из воды выступала узкая полоска бетона. Барбара бросила в канал окурок и, заметив, что Робин поморщился, сказала:

— Простите, но еще темновато, а мне нужно было посмотреть… — Вода текла на запад. — Два варианта, — сказала Барбара и похлопала по кирпичному своду у себя над головой. — Он паркуется наверху, спускается сюда по тропинке, прячется с телом под мостом. Сколько ему на это потребовалось, десять секунд? Бросает здесь тело в воду. Тело плывет. Течение прибивает его к камышам.