Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы - Эрл Стенли Гарднер

Звук сирены, сначала похожий на писк назойливого комара, стремительно нарастал, потом, когда машина подъехала к дому, понизился от пронзительного требования уступить дорогу до басовитого протеста и наконец смолк.

На крыльце послышались тяжелые шаги, и Мейсон распахнул входную дверь.

– А вы что здесь делаете, черт возьми? – воскликнул сержант Дорсет.

– Организую торжественную встречу, – сухо ответил Мейсон. – Входите.

Полицейские прошли в комнату, даже не сняв шляп, и с любопытством уставились на женщин. На Салли Мэдисон – спокойную и собранную, с ничего не выражающим кукольным лицом, на миссис Фолкнер – откинувшуюся на спинку кушетки, с красными от слез глазами, издававшую звуки, слишком размеренные для рыданий и слишком тихие для стонов.

– О’кей, что расскажете на этот раз? – обратился сержант Дорсет к Мейсону.

Мейсон учтиво улыбнулся:

– Не стоит горячиться, сержант. Тело обнаружил не я.

– А кто?

Мейсон кивнул в сторону женщины на кушетке.

– Она его жена?

– Если быть точным, сержант, а я уверен, что вы этого хотите, она – его вдова.

Дорсет подошел к миссис Фолкнер и, просто сдвинув шляпу на затылок, дал ей понять, что хочет задать несколько вопросов. Остальные полицейские, разбежавшиеся по дому в поисках тела, почти одновременно собрались у двери ванной.

Сержант Дорсет подождал, пока миссис Фолкнер посмотрит на него.

– Итак? – произнес он наконец.

– Я действительно любила Харри, – едва слышно сказала миссис Фолкнер. – У нас случались ссоры, иногда он был просто невыносим, но…

– Об этом поговорим чуть позже, – прервал ее Дорсет. – Как давно вы его нашли?

– Всего несколько минут назад.

– Сколько? Пять? Десять? Пятнадцать?

– Не думаю, что прошло уже десять минут. Скорее чуть больше пяти.

– Мы ехали сюда шесть минут.

– Мы позвонили вам сразу, как только я нашла его.

– Насколько сразу?

– Немедленно.

– Через одну минуту? Две? Три?

– Не более одной.

– Как вы его нашли?

– Я пошла в спальню и открыла дверь ванной комнаты.

– Вы искали его?

– Нет. Я пригласила мистера Мейсона войти и…

– А он что здесь делает?

– Он стоял у двери, когда я подъехала. Хотел поговорить с мужем.

Дорсет резко повернулся к Мейсону.

Тот кивнул.

– Об этом поговорим чуть позже, – снова сказал сержант.

Мейсон улыбнулся:

– Сержант, со мной была мисс Мэдисон. Впрочем, мы с ней не расставались часа два.

– Кто такая мисс Мэдисон?

– Я, – с улыбкой ответила Салли.

Сержант внимательно оглядел ее. Его рука непроизвольно потянулась к шляпе, он снял ее и положил на стол.

– Мейсон – ваш адвокат?

– Нет, не совсем.

– Как вас понимать?

– Ну, я еще не договорилась с ним окончательно, не наняла его, просто подумала, что он сможет мне помочь. Захочет помочь, понимаете?

– В чем помочь?

– Убедить мистера Фолкнера профинансировать изобретение Тома Гридли.

– Какое изобретение?

– Оно касается лекарства для рыб.

– Эй, сержант, взгляните-ка сюда, – раздался голос из спальни. – У него в ванной плавает пара золотых рыбок.

– Сколько рыбок плавает? – переспросил Мейсон.

– Две, сержант.

– Последний вопрос задал не я, а Мейсон, – сердито пробурчал Дорсет.

– О! – Появившийся в дверях спальни широкоплечий полицейский угрожающе посмотрел на Мейсона. – Простите, сержант.

– Прошу вас, позвольте мне позвать кого-нибудь, – заговорила миссис Фолкнер. – Я не вынесу одиночества после того, что произошло. Меня уже тошнит.

– Простите, мадам, но в ванную комнату входить нельзя, – сказал один из находившихся в спальне полицейских.

– Почему?

Некоторая щекотливость ситуации заставила полицейского промолчать.

– Вы… вы не увезете его? – спросила миссис Фолкнер.

– Пока нет. Нужно все сфотографировать, снять отпечатки пальцев. Многое предстоит сделать.

– Но мне так плохо, как я должна поступить?

– В доме нет второй ванной?

– Нет.

– Послушайте, почему бы вам не провести эту ночь в отеле? – предложил Дорсет. – Быть может, у вас есть друзья…

– Нет, только не это. Я не в состоянии ехать в отель. Я так расстроена. Я… меня тошнит… Кроме того, не думаю, что мне удастся снять номер в столь поздний час, просто позвонив им.

– У вас есть друзья, у которых вы могли бы остановиться?

– Нет, таких нет. Подруга может приехать сюда. Она живет в квартире с еще одной девушкой, у них нет лишней комнаты для меня.

– Как зовут подругу?

– Адель Фэрбэнкс.

– Хорошо. Позвоните ей.

– Я… о… – Миссис Фолкнер закрыла рот ладонью.

– Бегите на улицу, – посоветовал второй полицейский.

Миссис Фолкнер метнулась к черному ходу. Все слышали, как ее рвало.

– У нее есть подруга, которая скоро придет сюда, – сообщил Дорсет полицейскому в спальне. – Им понадобится ванна, поторопитесь с отпечатками пальцев.

– Уже занимаемся, сержант, но их слишком много. Не успеем классифицировать и сфотографировать к тому времени, когда приедут забирать труп.

Сержант Дорсет быстро принял решение:

– Хорошо. Снимайте на липкую пленку. – Потом он повернулся к Мейсону. – Выйдите на улицу. Когда понадобитесь, позовем.

– Я могу сообщить все, что вас интересует, прямо сейчас, а если понадобится дополнительная информация, вы найдете меня завтра в моей конторе, – предложил в ответ Мейсон.

Дорсет колебался.

– Подождите на улице минут десять-пятнадцать. Могут возникнуть вопросы, не терпящие отлагательства.