Король без завтрашнего дня - Кристоф Доннер

— Да здравствует король! — воскликнули несколько роялистов при его появлении.

Церковь была заполнена странного вида людьми — в основном калеками и увечными. Выражения лиц у присутствующих были так похожи, что все они казались родственниками. Возможно, некоторых из них в самом деле связывало кровное родство, но еще сильнее — нечто другое: общие моральные пытки, увечность сознаний. Всечеловеческая идентичность в чистом виде.

Церемония была проведена необыкновенно ревностно. Анри часто доводилось бывать на митингах, манифестациях, торжественных собраниях, он также присутствовал на нескольких пышных похоронах, но здесь было иное. Эмоции были искренними и чистыми, принц Людовик — высоким и красивым, с ясным взглядом, волевым подбородком, гладкой матовой кожей, и к тому же совсем юным — ему только недавно исполнилось двадцать лет, — что еще сильнее связывало его с умершим в детстве родственником, мучеником из Тампля, которому он сегодня воздавал честь — в церкви, где Нормандец некогда был крещен, где Иисус принял его в сердце Свое.

На следующий день, 8 июня 2004 года, Анри вместе с Дорой отправился в базилику Сен-Дени, чтобы присутствовать на церемонии захоронения сердца Людовика XVII в усыпальнице французских королей, рядом с гробницами его предков. Сын Людовика XVII и Марии-Антуанетты наконец воссоединился со своей семьей.

Сегодня Анри с женой предстоял обед со знаменитостями. В усыпальницу выстроилась очередь. Придется долго стоять, а потом еще изображать светского человека… Дора уже давно ушла, когда Анри в конце концов смог спуститься в склеп, чтобы увидеть реликвию вблизи — первый раз в жизни. Он пытался сосредоточиться, хотя до конца не сознавал, что значит это паломничество для него — некрещеного атеиста, охваченного внезапной любовью к Богу.

Анри миновал одну за другой гробницы Людовика XII, Людовика XIII… словно листая словарь имен, пока, наконец, не остановился возле маленького хрустального сосуда с вырезанными на его стенках звездами и королевской лилией. Сердце Людовика XVII было здесь. Анри все еще не знал, что делать: преклонить колени, запечатлеть на святыне поцелуй? Некоторые посетители уже оставили здесь свои ex-voto[15]. И вот, неожиданно для самого себя, он впервые в жизни, неловким жестом, удивившим его самого, перекрестился.