Пакости в кредит - Галина Куликова

— Что-что?

— Да, Софья Николаевна! Когда все побежали посмотретьна трупы, я тоже побежал. А потом как увидел этого парня на асфальте, меняпрямо будто ударило. Я и подумал: вдруг я Софью Николаевну в какое-нибудьнехорошее дело втянул? Ведь вас уже и по башке били… Не просто же так.

— А ну-ка сядь, — приказала Софья. —Расскажи, как дело было. Да поподробнее!

— Ну, однажды я вышел на улицу, он подошел. Говорит:"Ты работаешь в «Артефакте»? Я говорю: «Да». Он говорит: «У вас там естьтакая Софья Елисеева». Я говорю: «Есть». Он говорит: «Хочешь подзаработать?Стащи для меня какую-нибудь ее шмотку, чтобы приметная была. Чтобы все знали,что ей принадлежит. Лучше всего сумочку с документами». Я говорю: «Меня поймаюти посадят, будто я вор». Тогда он говорит: «Ну, хорошо, стащи не сумочку, ачто-нибудь дешевое. Такое, из-за чего в тюрягу не посадят. Но только чтоб сразустало понятно, чья шмотка. С одного взгляда». Я говорю: «Сколько дашь?» Онговорит: «Сто баксов». Ну, тут я, Софья Николаевна, и сломался. Представляете,сотня баксов практически за просто так?

— Представляю, — пробормотала Софья, во все глазаглядя на Веню. — А этот Аникин, он не сказал, зачем ему понадобилась моявещь?

— Не-а.

Впрочем, Софья, кажется, и сама догадалась. Кофту обнаружилирядом с одеждой несчастного Брюковца. Ее могли опознать тот же Мохов,молоденькая Люся и Марфа, если бы были достаточно внимательны. Софья отличнопомнила, что в прошлую лютую зиму несколько раз пивала у них в редакции чай,кутаясь именно в эту кофту. Судя по всему, ее, Софью, хотели подставить.Впутать в дело об убийстве.

— Софья Николаевна, так вы меня прощаете? —спросил явно повеселевший Веня.

— Да, — рассеянно ответила она. — Иди, иди,занимайся делами.

— Кстати, деньги я уже потратил.

Софья посмотрела на него столь мрачно, что Веня поспешилубраться от греха подальше. Он вылетел за дверь навстречу новым приключениям.

Софья чувствовала себя так, словно ей поскребли спинунаждачной бумагой. Ее продирала дрожь, а мысли, напитавшись страхом, стали такимитяжелыми, что не могли уже спокойно течь, а все до единой потонули в бездоннойпучине ужаса. Она подошла к окну и открыла форточку, чтобы глотнуть свежеговоздуха. Взглянула на дом напротив и тут же вспомнила Романа и его вчерашнеебегство.

Поддавшись порыву, Софья быстро оделась и рванула через всюМоскву в контору, где Роман проводил большую часть рабочего времени. Внизу ейсообщили, что он на месте. Софья побежала по лестнице на второй этаж. Те егоколлеги, которых она хорошо знала, попадаясь навстречу, улыбались ей слегкарастерянно. Из чего Софья заключила, что о предстоящем разводе широко известно,

Роман сидел в кресле, положив ноги на стол, и сосредоточеннометал дротики в мишень, висевшую на противоположной стене. Увидев Софью, онразинул рот и уронил ноги на пол. Софья молча двинулась к нему.

— Ты чего это? — испуганно спросил Роман.

— Учти, меня видели люди, — предупредилаСофья. — Румяную и счастливую. Так что не вздумай шутить с этимистрелками. Кстати, как производительность труда?

— У меня перерыв, :

— буркнул Роман, с завидной скоростью приходя всебя. — Знаешь, а я по тебе совсем не соскучился.

— Значит, ты кровно заинтересован в том, чтобы япоскорее ушла.

— Что я должен для этого сделать?

— Сказать мне, что тебя связывает с Люкиным.

— Кто такой Люкин?

— Не финти! — прищурилась Софья. — Ты смотрелв бинокль на окна его квартиры! Несколько раз подряд.

— Ты в своем уме? — рассердился Роман. — Японятия не имею, что за… А-а-а… Подожди-ка! Это не тот тип, которого кокнули натретьем этаже?

— Смотри-ка, значит, ты все-таки его знаешь!

— Всего лишь слышал. Господи, с чего ты взяла, что яимею к нему какое-то отношение?

— Потому что ты прятался с биноклем под аркой.

— Черт! Меня совершенно другой тип интересует.

Софья взяла стул, села на него и закинула ногу на ногу,показывая, что никуда не торопится.

— Господи, но зачем тебе знать?

— Слишком долго объяснять. Впрочем, не хочешь — неговори. Я тоже могу заартачиться. Начать препятствовать обмену квартиры,например.

Роман побарабанил пальцами по столу, потом неохотно сообщил:

— Я познакомился с Розой возле входа в твое рекламноеагентство. Ты задерживалась, я скучал в машине, а она шла мимо ипоскользнулась. Подвернула ногу. Я помог ей добраться до квартиры. С этого всеи началось.

— Просто потеха, — пробормотала Софья и тут жеспохватилась:

— Она что, живет в том же подъезде, что и покойныйЛюкин?

— В соседнем. И не она, а ее друг.

— Друг?

— А что такого? — принял бойцовскую петушиную позуРоман. — До нашей встречи я жил с тобой, а она с другом.

— И что?

— И… и… И теперь она завершает свои с ним отношения.Поэтому время от времени появляется у него.

Софья присвистнула.

— Так ты ревнуешь, мой бедный рыцарь! И заглядываешь вокна соперника, чтобы не сойти с ума? Тогда зачем ты вчера побежал, когда язадала тебе тот же самый вопрос?

— Шутишь? Ты ведь была не одна! Я что, должен былисповедоваться в присутствии этого типа с надраенными зубами?

— Господи, какая разница! Из-за тебя я угробила почтидва часа драгоценного рабочего времени! — вздохнула Софья и встала.

— Подожди! Почему ты копаешься в каком-то деле обубийстве? — окликнул ее Роман.

— Тренируюсь. Хочу открыть частное сыскное агентство.

— Ты?! — Роман, обидно захохотав, откинулся наспинку вращающегося кресла и не рассчитал нагрузки. Колесики поехали вперед, ион свалился на спину, мелькнув ботинками над краем стола.

Раздался грохот, и Софья, удовлетворенно усмехнувшись,захлопнула за собой дверь.

Когда Софья возвращалась в агентство, неожиданно зазвонилтелефон Дымова. Он молчал слишком давно, и Софья была почти уверена, что насчету закончились деньги. Впрочем, она продолжала исправно заряжать батарею.

— Алло! Дмитрий? — спросила трубка хорошоузнаваемым голосом Ардочки Зимодаскиной.

— Это его ассистентка, — вздохнув, откликнуласьСофья.

— Ах, это вы! Неужели Дымов до сих пор недоступен?

— До сих пор. А что случилось?

— К счастью, ничего ужасного. Завтра в своей студии яустраиваю частный показ работ. Только для друзей. Вы придете?